Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга третья (страница 113)

Водонапорная башня давно не выполняет свою первоначальную роль, но как редкий памятник промышленной архитектуры прошлого, равно как и необычная история башни, заслуживает бережного отношения.

К истории логарифмической линейки. Молниеносное, в масштабе исторического времени, проникновение в нашу жизнь сначала карманных калькуляторов, а затем персональных компьютеров в течение нескольких лет привело к летальному исходу одного из самых замечательных изобретений человечества – логарифмической линейки. В этом счетном устройстве, миниатюрном и надежном, предшествующим поколениям математиков гениально удалось заменить операции с числами на их логарифмы. Как итог: процесс вычисления свелся к простейшему поступательно-линейному перемещению движка и бегунка относительно неподвижного корпуса. Еще каких-нибудь три – четыре десятка лет назад работающего инженера без традиционной счетной линейки в руках представить себе было невозможно, как, впрочем, и без чертежной доски. Хорошо помню конец 1940-х годов, когда я, тогда студент-первокурсник, приобрел на свою первую стипендию простейшую логарифмическую линейку в кожаном чехле, быстро и самостоятельно освоил все ее премудрости, и только вслед за покупкой, а не после вступительных экзаменов, осознал, наконец, что я учусь на инженера. Линейка стала зримым и ощутимым рубежом между средней школой, в которой, мягко говоря, ее использование не поощрялось, и высшим учебным заведением.

В Музее истории науки и техники при нефтегазовом университете экспонируется стенд истории логарифмической линейки. Корни этой истории уходят в глубь веков и обязаны изобретению логарифмического исчисления И. Бюрги и Д. Непером (1614–1620). Прообразом счетного прибора стала так называемая линейка Э. Гантера, английского математика (1623 г.). Таким образом, в 2003 году логарифмической линейке исполнится 380 лет. Гантер в своей линейке сложение отрезков шкалы проводил с помощью циркуля. В 1630 году У.Отред заменил циркуль линейкой-движком. В 1850 году к линейке добавили прозрачный бегунок с риской посередине. Он существенно упростил обращение с прибором. В том же 19-ом столетии разнообразные формы «линеек», теперь уже это слово следует писать в кавычках, дополнились вращающимся циферблатом в виде часов и подвижной стрелкой – прообразом современных круглых «линеек» (цвет. илл. 556). В зависимости от назначения расчетов в тех или иных отраслях промышленности инженеры придумали бесчисленные варианты конструкций линеек, в том числе невероятно сложные (цвет. илл.557). В начале 1950х годов во время военных лагерных сборов мне, тогда студенту, приходилось видеть логарифмические линейки для расчетов и корректировки артиллерийской стрельбы. Этот шедевр вычислительной техники середины минувшего столетия занимал вместе с подсобными приспособлениями внушительный по объему чемодан.

В коллекции нашего музея линеек самого различного назначения, в том числе – круглых в виде карманных часов, насчитывается не один десяток (цвет. илл. 558). Наиболее экзотические из них показаны на цветной иллюстрации 559. Здесь можно видеть навигационные раздвижные и круглые линейки для авиационных штурманских расчетов. Они предназначены для облегчения вычислений параметров полета на борту самолета. Такие линейки были популярны во времена, когда о бортовых компьютерах штурманы не могли и мечтать. На той же фотографии показана линейка для расчета параметров искусственного искривления скважины в нефтепромысловом деле.

Наконец, в музее экспонируется «могильщик» логарифмической линейки, крайне редкий экземпляр самого первого в России карманного калькулятора. В ограниченных количествах он был выпущен одной из экспериментальных лабораторий АН СССР в начале 1975 года. Мне в ноябре 1976 года довелось присутствовать на годичном собрании Сибирского отделения АН в Академгородке Новосибирска. Как председателя головного совета программы «Нефть и газ Западной Сибири» меня усадили в президиум собрания. В перерыве заседания я оказался за обеденным столом в одной из комнат Дворца науки. Узкий круг присутствующих включал академиков Г.И. Марчука, В.А. Коптюга и А.П. Окладникова, министра образования РСФСР И.Ф. Образцова и самого почетного гостя из Москвы академика А.П. Александрова, тогда – председателя Президиума АН СССР. В непринужденной беседе мне более всего запомнился рассказ Александрова о том, как был создан у нас в стране первый карманный калькулятор.

Надо сказать, что в начале семидесятых годов карманные калькуляторы за рубежом уже появились. Я сам весной 1975 года приобрел такой в одном из магазинов Токио. До сих пор им пользуюсь. Более всего меня поразило в магазине не столько разнообразие различных типов калькуляторов, о котором в России в 1975 году не приходилось и мечтать, сколько необычная сценка, свидетелем которой мне пришлось стать. К продавцу обратился респектабельный гражданин США и попросил отобрать для него по одному образцу калькуляторов всех имеющихся систем. Их набралось десятка три. Вручив доллары склоненному по пояс благодарному японцу, американец небрежным движением ладони сгреб приборчики в кожаный портфель и важно удалился. Мне тогда подумалось, что, возможно, и США в те годы не располагали столь распространенной индустрией калькуляторов, какую имела Япония.

Вернусь к воспоминаниям А.П. Александрова.

Как он рассказывал, после посещения США он привез на родину приобретенный там карманный калькулятор. Вызвал к себе в кабинет одного из электронщиков, показал ему калькулятор и упрекнул его за бессилие отечественной науки создать нечто подобное.

– К моему изумлению, мой помощник отнесся к упреку спокойно и совершенно неожиданным образом.

– Сколько времени вы, Александр Петрович, даете нам для производства опытной партии более совершенного, чем этот, и более миниатюрного калькулятора? В финансировании, разумеется, не должно быть ограничений ...

– А сколько времени вы бы потратили?

– Шесть месяцев!

– Действительно, – сказал Александров, – через полгода мы передали всем академическим институтам необходимое количество калькуляторов.

Предлагаю и вам, уважаемые собеседники, обратиться по моей рекомендации в институт. Мы выделим посильную для нас партию калькуляторов в вузы.

Надо ли говорить, что я при первом же посещении Москвы стал обладателем десятка первых отечественных карманных электронных калькуляторов. Они разошлись по кабинетам ректоров Тюмени и по кабинетам Минвуза РСФСР, а два из них стали экспонатами музея. Надо сказать, прибор в клеенчатом футляре был исполнен очень изящно, с закрывающейся крышкой дисплея, очень тонкий по отношению к таким же зарубежным собратьям (илл. 560). В инструкции к прибору его авторы писали: «Уважаемый коллега! Вы становитесь обладателем первого отечественного маломощного микрокалькулятора с индикатором на жидких кристаллах «Электроника БЗ-04». Не будучи в состоянии удержать восторг по поводу создания шедевра электронной техники, его авторы на корпусе калькулятора отразили цифру, надо полагать поразившую их самих, – «6000 транзисторов!» Единственным недостатком прибора стало бледно-серое свечение цифр на жидких кристаллах. При ярком дневном освещении шкала смотрелась плохо. С этих знаменитых калькуляторов начался закат эры логарифмических линеек.

Экспозиция «революционных» технологий. Такого рода экспозиция впервые создается в Музее истории науки и техники. Слово «революционные» взято в кавычки только потому, что, возможно, оно звучит здесь несколько высокопарно. Лучше было бы назвать эти технологии необычными или малоизвестными. Дело, однако, не в названии, а в том, чтобы показать посетителю музея, особенно школьного возраста, действительно необычные явления техники, способные поразить воображение молодого человека. Экспонатов подобного назначения в музее немало. Один из них показан на илл. 561. Он представляет собой небольшую подставку размером 8x12 сантиметров, в которой скрытно вмонтирован магнит определенной конфигурации. Поперек подставки установлена пластинка из обычного стекла. В нее упирается магнитная гантель. Благодаря взаимодействию двух магнитных полей, гантель выталкивается в сторону стекла, опирается о его поверхность и зависает в воздухе. Можно, подобно волчку, закрутить гантель и она будет долго вращаться, не имея, казалось бы, условий для устойчивого равновесия. Эффект поразительный! В какой-то мере он демонстрирует работу магнитной подушки, используемой для высокоскоростных железнодорожных магистралей. Экспонат поступил в музей из Дзиминьского университета, расположенного недалеко от Пекина (дар профессора Г. А. Панфилова, 2002 год). Китайцы в своем университете уже создали музей революционных технологий.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Остались позади несколько лет работы над трехтомником «Окрика памяти». В книги вошли мои многолетние итоги поисков новых фактов истории техники, биографий замечательных инженеров и ученых. Много времени и сил пришлось потратить на создание при нефтегазовом университете Музея истории науки и техники Зауралья, материалы и описания экспонатов которого составили значительную часть «Окрика ...». В книгу вошли не только впервые выявленные элементы истории техники, но и размышления и воспоминания автора, возможно, субъективные, о своей повседневной жизни и работе. Без субъективизма в писательской работе обойтись невозможно. Тут я целиком солидарен с Александром Фадеевым, русским прозаиком, который любил говорить, что «кроме своей биографии писателю писать не о чем ...». Что получилось в моих книгах, а что нет – судить не мне, для этого существует решающее мнение читателя. Надеюсь, многолетняя моя работа оставит, как и любая книга, какой-то след в истории нашего края.