Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга первая (страница 94)

Отдохнув в поезде и перевалив треть пути, В.К. Арсеньев снова садится за письмо руководителю музея члену-корреспонденту Л.Я. Штейнбергу, известному этнографу и знатоку дальневосточного края. В письме он перечисляет свои многочисленные должности, сетует на 16-часовой рабочий день и умоляет Штейнберга поскорее принять положительное решение о приеме на работу. Он пишет: «Только отъезд может разгрузить меня от массы дел, ничего общего не имеющих с тем делом, которое у меня на руках уже 25 лет... Если вы, Лев Яковлевич, одобряете переход к Вам в музей, то я прошу поддержать мою кандидатуру. Если нет и посоветуете остаться в Хабаровске, я останусь и, может быть, перейду на какую-нибудь другую службу во Владивостоке. Боюсь только, что меня не выпустят дальневосточные власти, но я буду домогаться освобождения».

Арсеньев еще не знал, что он уже зачислен в музей, и в письме просил не столько совета, сколько, может, в тайне от себя, подтверждения своим нараставшим сомнениям: ехать ли в Ленинград?

Тем временем поезд оставил позади Тюмень, Ялуторовск, Заводоуковск, промелькнула Новая Заимка... Арсеньев решительно запечатывает письмо в конверт. Остановка в Голышманово. Он выходит из вагона и опускает депешу в почтовый ящик...

Увы! В.К. Арсеньеву так и не удалось вырваться с дальневосточных окраин. Можно предположить, что раздумья, охватившие его на всю оставшуюся часть пути, позволили сделать для себя весьма важный вывод: помехой в творческой работе служат не столько многочисленные обязанности, возложенные временем и судьбой, сколько характер человека, его глубокая заинтересованность и высочайшая гражданская ответственность за судьбу района, которому он посвятил всю свою жизнь. Плодотворная, на максимуме отдачи, работа возможна во всякое время, в любом месте и независимо от обстоятельств.

ПОСЛЕДНИЙ ЭНЦИКЛОПЕДИСТ ТЮМЕНИ

Если судить об уровне развития того или иного производства в народном хозяйстве в зависимости от оснащения, богатства учебных корпусов, качественных показателей профессорско-преподавательского состава высшего учебного заведения, то наиболее развитым в стране должно быть сельское хозяйство: Тимирязевская сельскохозяйственная академия всегда была одним из лучших, если не лучшим, высшим учебным заведением России... Я хожу по городку академии, любуюсь главным корпусом (зданием аудиторий), построенным по проекту архитектора Н.Л. Бенуа еще в 1865 году, слушаю мелодию-заставку курантов и колокольный звон на башне здания, с наслаждением вдыхаю весенний аромат свежей листвы в аллеях парка, на берегу пруда, возле центрального фонтана. Как и в начале XX века, здесь бегает шустрый трамвайчик, звеня на крутых поворотах, стоят старинные здания с характерным архитектурным почерком прошлых столетий. Почти каждый факультет имеет свое отдельное помещение и музей. Когда пытался уяснить себе общее количество памятников, мемориальных досок и барельефов, посвященных выдающимся деятелям сельскохозяйственной науки России, то сбился со счета: вуз чтит память своих ученых. Поражает своей ухоженностью и чистотой современное здание центральной библиотеки, где мне предстояло работать несколько дней...

Что же привело меня, человека весьма далекого от сельскохозяйственной науки, сюда, в академию? Здесь более четырех десятков лет с 1930 года на кафедре ботаники вел интенсивную научно-преподавательскую работу профессор Мартэн Павел Августович – тюменец, отдавший нашему краю лучшие годы своей зрелости.

Меня давно интересовал этот замечательный человек, педагог и ученый. Краткие сведения о его работе как директора Тюменского сельскохозяйственного техникума удалось узнать от бывших учеников Павла Августовича. Разрозненные данные буквально по крупицам нашлись в подборках тюменской газеты «Трудовой набат» за 1920–1926 годы. К сожалению, оказался утраченным архив техникума, но помогли местные краеведы, сохранившие групповые фотографии, как было принято тогда, да и сейчас, где вместе с учащимися запечатлены преподаватели во главе со своим директором, Мартэном. Большую помощь в подборке материалов оказала московская семья Павла Августовича, щедро поделилась своими воспоминаниями друг семьи Мартэнов, выпускница техникума Людмила Николаевна Карпова, проживающая в Тюмени.

Считается, что после общепризнанного энциклопедиста конца XIX – начала XX века И.Я. Словцова, директора реального училища в 1879–1906 гг., другой, достойной его, фигуры в тюменской истории науки и образования больше не было. Мои познания о Павле Августовиче позволяют сделать заключение, что у Ивана Яковлевича в Тюмени, в том же здании, где когда-то размещалось реальное училище, был достойный преемник, во многом продолживший усилия нашего замечательного ученого-земляка по изучению тюменского края. Так, вслед за И.Я. Словцовым, опубликовавшим в конце XIX века свои предположения о наличии нефти на территории Западно-Сибирской низменности и на Ямале, Павел Августович в середине двадцатых годов обнародовал в «Трудовом набате» свои мысли о возможном скоплении нефти в Тобольском и Тюменском районах на основании изучения древней фауны в приуральской зоне.

Подобно И.Я. Словцову, П.А. Мартэн, считавший себя специалистом-биологом, изучал растительный мир и лекарственные растения тюменского края, минералогию смежного Урала (в техникуме была богатая минералогическая коллекция), хорошо знал историю Зауралья, его сельское хозяйство; был первым организатором специального среднего и высшего образования в Тюмени. В молодые годы, работая в Петербурге, он защитил и опубликовал магистерскую диссертацию по онтогенезу особей плесневых грибов и предвосхитил последующие исследования плесени, ставшей источником получения пенициллина.

П.А. Мартэн много сделал для популяризации научных сведений. Листая подшивки тюменских газет двадцатых годов и встречая его фамилию или псевдоним, не перестаешь удивляться широте и многообразию научных интересов ученого. Здесь статьи об анабиозе и его практическом использовании в крестьянском хозяйстве (он предлагал, например, с целью экономии кормов подвергать анабиозу домашних животных на зимнее время); заметки по пчеловодству и опыту выращивания богатых урожаев арбузов в Затюменке, пудовых вилков капусты, баклажанов, ароматных дынь, турнепса и сахарной свеклы; очерки состояния ветеринарии в Тюменском округе, о работе промышленности Тюмени, в том числе о производстве ковров и рогож, о лесе, о разработке местных торфяных залежей и мн. др. Павел Августович живо откликался на новости научной жизни края. Он писал об экспедициях на Полярный Урал ботаника Б.Н. Городкова, геолога А.Н. Алешкова и археолога П.А. Дмитриева. Будучи одним из организаторов и руководителей Общества по изучению местного края, способствовал ее регулярной работе, ставил актуальные темы для докладов, публиковал отчеты о работе Общества, издавал журнал, налаживал деятельность краеведов. Таков вкратце круг его разнообразных интересов.

Его биография необычна. Он родился в 1881 году в семье французского коммунара – героя Парижской Коммуны 1871 года Августа (Огюста) Мартэна, эмигрировавшего в Россию после поражения восстания. Мать – Паулина Стоцкая. полька по происхождению.

Мартэн – довольно распространенная во Франции фамилия. Известен изобретатель, предложивший процесс плавки стали в печах, получивший название по имени своего создателя мартеновский. Многие зачитывались романом «Семья Тибо» писателя Мартэна Дюгара... И вот еще один Мартэн, но уже в России. Детские годы его прошли в Сызрани на Волге. Первоначальное образование он получил в Самарской мужской гимназии. На выбор будущей профессии оказала влияние общая обстановка в культурной семье отца, учителя французского языка и музыкально одаренной матери: прогулки на природе с рассказами отца о жизни зверей и растений, вечерние собрания семьи со свечами за роялем – стареньким «Беккером». В 1901 году Павел Августович становится студентом естественного отделения Казанского университета. Подобно большинству своих сверстников, он увлекался революционными идеями, посещал студенческие сходки: был канун 1905 года. Мартэн-дружинник разоружает полицейских, патрулирует улицы города, митингует, не пропускает манифестации. Так продолжается несколько дней, а затем арест, побег в Чимкент и продолжительное, около двух лет, пребывание в Средней Азии. Здесь впервые П.А. Мартэн всерьез занялся научными исследованиями. Минералогическая коллекция и гербарий, подаренные им Казанскому университету, способствовали упрочению авторитета Мартэна как серьезного испытателя природы. На него обратили внимание университетские ученые. Павел Августович успешно заканчивает университет с дипломом первой степени и его оставляют преподавателем кафедры ботаники. Почти одновременно он заканчивает Петербургский лесной институт и получает приглашение на работу в столицу. Свое образование он закончил прослушиванием лекций в археологическом институте. В итоге – три диплома!

Интенсивные научные исследования, защита магистерской диссертации, успешная преподавательская деятельность на кафедре ботаники не остались незамеченными. Его награждают орденом Станислава третьей степени. Однако спокойная академическая жизнь продолжалась недолго. За поддержку выступлений студентов лесного института П. Мартэна в 1911 году ссылают с невестой и матерью на Урал, в Красноуфимск. С тех пор на много лет его судьба была связана с Уралом и Зауральем. В годы гражданской войны он участвовал в боях против Колчака, был взят в плен под Красноуфимском, приговорен к смертной казни, но бежал из тюрьмы накануне расстрела, подкупив охрану. Шел 1919 год.