Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга первая (страница 10)
В марте 2000 года почта донесла мне письмо директора Вагайского районного краеведческого музея Галины Васильевны Глухих. По моей просьбе она щедро поделилась теми материалами о Э.Г. Лаксмане, которыми располагает музей. Они оказались в музее благодаря деятельности клуба путешественников «Русь» из г. Орла. Как выяснилось, упомянутый клуб давно, еще с 1991 года, интересовался судьбой Лаксмана. Неутомимые исследователи побывали на его родине в Финляндии в городе Савонлинна, что недалеко от границы с Карелией. Город расположен в живописной местности на берегу озера Патусенселькя и знаменит средневековым замком Олавинлинна(1475 г.)
Самым неожиданными для меня стали сведения о находке портрета неизвестного художника.
Портрет найден в Португалии у единственного из ныне живущих потомков Э.Г. Лаксмана Эдгара Лаксмана – крупного бизнесмена. Репродукция портрета сначала оказалась у финских краеведов, а ксерокопия – у клуба «Русь» и в Вагайском музее. Вместе с портретом сохранился автограф ученого (илл. 11).
Памятный знак возле Сычево был сооружен руководителем экспедиции В.Я. Сальниковым (на илл. 12 – слева) ведущим программы «Версты» Орловского телевидения, и врачом-краеведом Н.А. Акуловым 2 августа 1996 года. Щит с памятным текстом привезли из Орла, а стойки и сварочные работы выполнены местным умельцем Н. Мельниченко. При установке памятной доски присутствовала и Г. В. Глухих.
Стоит заметить, что еще в 1985 году, также по инициативе В.Я. Сальникова и редакции журнала «Турист», в устье реки Вагай на месте гибели Ермака был сооружен памятный гурий – каменная кладка высотой один метр и с металлической доской-табличкой. На табличке текст: «Атаману Ермаку – открывателю Сибири, 1585–1985. Экспедиция журнала «Турист».
Мои сомнения относительно редкого географического курьеза – совпадение в одном месте двух названий одного и того же села – окончательно развеяла статья в Вагайской районной газете «Сельский труженик» от 11 сентября 1996 года под названием «Так где же была Дресвянка?» Ее автор Н. Плесовских – ветеран войны из села Вагай, написал свою статью по воспоминаниям старожилов района. Как оказалось, село Дресвянка существовало еще в 30-х годах ушедшего столетия, была она и на карте района в первые послевоенные годы. Две деревни, Сычи и Дресвянка, стояли почти рядом, их разделяла деревянная церковь, сохранившаяся с конца XIX века, с кладбищем. Постепенно Сычево раздвинуло свои границы и после объединения двух соседних деревень осталось одно название – существующее.
Если Вы, читатель, знакомы с трудами одного из энциклопедистов Сибири П. А. Словцова (1767–1843 гг.), то, вероятно, помните, как в своем сочинении «Историческое обозрение Сибири» великий тобольчанин с похвалой отзывался о приборах (термометр, барометр), которые собственноручно изготовил и передал в Тобольск Э.Г. Лаксман и которые пережили своего создателя на многие десятки лет.
ШТРИХ К БИОГРАФИИ ОТКРЫВАТЕЛЯ ВОЛЬТОВОЙ ДУГИ
Среди замечательных имен русских ученых конца XVIII – и начала XIX веков почетное место отводится академику Петрову Василию Владимировичу (1761–1834 гг.) – основоположнику отечественной практической электротехники. Будучи профессором Инженерного училища и Санкт-Петербургской медико-хирургической академии, он, знаток нескольких европейских языков, заинтересованно следил за достижениями в области физики и химии, регулярно просматривая зарубежные публикации. Особенно внимательно он прочитал статью Александра Вольта, напечатанную в 1800 году, о созданном в его лаборатории «искусственном электрическом органе», позже во всем мире названном вольтовым столбом.
Первый в истории человечества постоянный источник электрического тока не только заинтересовал В. В. Петрова, но и вдохновил его на усовершенствование необычного прибора. Русский физик поставил перед собой задачу построить грандиозный по тому времени генератор высоковольтного напряжения, надеясь с помощью последнего провести исследования в совершенно неведомой области знания. В итоге Петров соорудил «огромную наипаче баттерею» длиной около 12,5 метра, содержащую 4200 гальванических пар из медных и цинковых кружков диаметром полтора дюйма.
Строительство батареи, впервые в мире позволившей получить небывалое по тому времени напряжение около 6000 вольт, было закончено в апреле 1802 года. В одном из опытов на концах угольных стержней при размыкании электрической цепи В. В. Петров с изумлением наблюдал яркое свечение – «вольтову» дугу, как ее позже и совершенно необоснованно назвали за рубежом. По недоразумению открытие дуги приписывают англичанину Г. Дэви, опубликовавшему в Лондоне аналогичные опыты спустя 10 лет, в 1812 году. Заслуга Дэви состоит только в том, что он первым назвал дугу вольтовой в честь великого исследователя гальванического электричества. Выдающееся открытие положило начало таким отраслям техники как электрическое освещение, сварка, электрохимия и электрометаллургия.
Кроме классического открытия вольтовой дуги, В.В. Петров занимался изучением люминесценции, изолирующих свойств и окисления различных материалов, изобрел электрофорную машину с воздушным насосом и многим др. Только одного открытия вольтовой дуги оказалось бы достаточным, чтобы имя русского физика навеки осталось в памяти благодарного человечества. Мы, сибиряки, можем также гордиться тем, что свои молодые годы будущий академик провел в наших краях. А случилось это так.
В 1788 году правительственная комиссия с участием академика С.Я. Румовского отбирала в Санкт-Петербурге учителей для горных училищ Урала и Алтая. Академик, наслышанный об успехах Петрова при обучении в учительской семинарии, рекомендовал командировать перспективного выпускника на Алтай сроком на два года. Получив назначение, В. Петров отправляется в Барнаул в горную школу при Колыванско-Воскресенских заводах в качестве преподавателя математики, а также русского и латинского языков.
В конце XVIII столетия путь на Алтай проходил по знаменитому Сибирскому тракту через Екатеринбург, Тюмень и Тобольск. Вряд ли столь малозаметное событие, как проезд молодого учителя через зауральские города, осталось зафиксированным в каких-либо документах. По-видимому, мы никогда не узнаем места, где останавливался будущий ученый с мировым именем. Разве что не возбраняются попытки поиска постоялых дворов в деревнях по Сибирскому тракту, если их пощадило время. С такими намерениями мне недавно довелось побывать в старинном селе Байкалово, что недалеко от Тобольска.
Когда-то поселение стояло на бойком месте, через него проходил путь в Сибирь. В деревне находились почтовая контора и постоялый двор при ней (илл. 13). По свидетельству местных знатоков двор, построенный в конце XVIII или начале XIX веков, сохранился до нашего времени рядом с почтовым отделением, изрядно перестроенным за два века. Мне оставалось снять двор памятник истории, на пленку, пока его шаткие конструкции не рухнули из-за ветхости или подругам случайным или намеренным причинам, столь характерным для нашего времени. С большой долей вероятности постоялый двор в Байкалово посещал герой моего рассказа. И не однажды, поскольку два года спустя, в самом начале 1891-го, В. В. Петров на обратном пути с Алтая в Петербург снова проезжал по тем же местам.
Двухлетнее пребывание Петрова в заводской среде Алтая, ознакомление с традициями выдающихся алтайских инженеров, заложенных трудами механика И. И. Ползунова, гидротехников К.Д. Фролова, П.К. Фролова и др., оказало решающее влияние на формирование научных интересов ученого, жестко привязанных к промышленной практике. Из Санкт-Петербурга на Алтай уезжал семинарист, а возвращался в центральную Россию ученый Муж.
К сожалению, история не оставила нам ни одного фотопортрета В.В. Петрова: зачатки фотографии появились только в конце жизненного пути русского физика. Уже в наше время, а это случилось в 1952 году[1], небольшой акварельный портрет (1804 г.) был обнаружен в запасниках Государственного Эрмитажа. В.В. Петров в возрасте 40 лет изображен на нем за производством опыта с магнитом и... машиной, возможно вольтовым столбом. Протекание тока по проводам исследуется при нагревании последнего спиртовкой (илл. 14).
ГУБЕРНАТОР-ПРОСВЕТИТЕЛЬ
Собирая материалы о замечательном сибирском ученом, лауреате премии Стокгольмской (Линнеевской) академии, члене Русского географического общества, археологических обществ Финляндии и Берлина, основателе в Тюмени Александровского реального училища И.Я. Словцове, я не однажды встречал на страницах его книги ссылки на причастность к исследованиям сибирского генерал-губернатора Николая Геннадьевича Казнакова. Иногда это были благодарные посвящения за содействие и помощь, а чаще – перечисление научных заслуги неустанных губернаторских инициатив по развитию в крае науки и просвещения. Кем же был этот человек и чем запомнился современникам?
Чрезвычайные трудности в управлении обширнейшим сибирским краем заставляли власти постоянно думать о совершенствовании районирования Сибири. Появились губернии, области, казачьи войска и, наконец, генерал-губернаторство. Первым генерал-губернатором Западной Сибири с резиденцией в Тобольске стал П.М. Капцевич, он же настоял на переводе в Омск Главного управления. С тех пор почти на протяжении века нашим краем, включая Тобольск, Тюмень и северные районы, управляли омские генерал-губернаторы. Из них наиболее заметный след в сибирской истории оставили Г.Х. Гасфорд, А.О. Дюгамель и особенно Н.Г. Казнаков (годы жизни 1824–1885, губернаторства 1875–1881).