Виктор Климов – Будет только хуже (страница 60)

Алексей не успел договорить, Джессика в прыжке бросила в него внезапно оказавшийся в её руке нож, и рванулась к выходу. Нож ударил в стену рядом с головой Алексея, выбив их неё старую штукатурку. Увернувшийся, пограничник, в падении потянулся, пытаясь схватить американку за ногу, но та хоть и врывалась, всё-таки упала, подняв облако заплесневелой пыли.

Секунды, которая ушла на то, чтобы Джессика успела подняться и побежать, хватило Владу на то, чтобы схватить с пола обломок кирпича и запустить ей в след.

Камень, пролетев над головой Алексея, врезался в спину Джессики, и та упала уже второй раз, распластавшись по трухлявому полу. В следующий миг её уже настиг Алексей и придавил коленом между лопаток к полу, заводя её руки ей за спину. Ещё через секунду кисти её рук уже были стянуты пластиковым хомутком.

Алексей поднялся на ноги и сделал глубокий вдох. А потом, взяв Джессику за ворот и ремень брюк, потащил её обратно в комнату. Здесь он уже связал таким же хомутком ей ноги, и усадил, прижав спиной к стене.

Джессика, морщась, тихо постанывала. Видимо, удар кирпичом был сильным, да и на лице американки после того, как она упала, расплывался синяк с кровоподтёком.

— Алекс, Влад, зачем? — шептала она. — Я же вам ничего не сделала. Прошу, отпустите. Просто отпустите. Я уйду. Просто уйду.

Алесей отошёл от неё и поднял с пола автомат. Проверил затвор.

— Ты лучше скажи, какова вероятность того, что сейчас за нами следует группа перехвата, а, мисс?

— Я не понимаю о чём ты? — Джессика продолжала стонать от боли. — Вы оба спятили!

— Серьёзно? — Алексей присел перед ней на корточки. Выглядел он на удивление спокойным, и это по-настоящему пугало. — Просто вот взяли и спятили? Прямо-таки оба?

— Ты сошёл с ума! — она жалобно посмотрела на Влада. — Влад, помоги, прошу! Я ни в чём не виновата! Я не убивала твою жену. Ты же видишь, Алекс не в себе! Ну, какой квантовый сдвиг?! Какой генератор поля?! Влад, посмотри, он же просто сошёл с ума…

Она плакала, и слезы стекали по пыльным щекам, оставляя грязные полосы, тянущиеся к шее.

— Влад, — она посмотрела мокрыми глазами, — у него погибли товарищи, жена и дети, он получил контузию, прошу тебя, поговори с ним! Он же сошёл с ума!

— Ну, поговори со мной, Влад, — ёрничал капитан, усаживаясь на прежнее место у стены и беря в руки пакет с недоеденным пайком. — Вдруг ты меня сможешь переубедить?

Влад, молча, смотрел на американку, потом на капитана. Потом снова на Джессику. В голове сейчас было столько мыслей! Кому верить? Своему капитану, или американке, о существовании которой он узнал несколько дней назад? Необходимо было сделать выбор.

— Где твой акцент, Джессика? — вдруг спросил он, и американка буквально оцепенела, словно оказавшись в ледяной воде. Она даже перестала всхлипывать.

— Что? — выдавила он из себя.

— Акцент, Джессика. Куда он пропал?

— Я, я не понимаю, — прошептала она, снова имитируя акцент.

— Вот, сейчас, он у тебя опять появился, — тихо произнёс Влад. — Но ещё несколько минут назад ты говорила совершенно чисто. Так куда пропал твой акцент?

— Я просто волновалась, — попыталась оправдаться американка. — Это всё от волнения, мне больно.

Влад тяжело вздохнул.

— Хм, — горько усмехнулся Алексей. — От волнения человек, скорее всего, потеряет над собой контроль и не сможет притворяться. Избавиться от акцента на почве волнения — довольно сомнительно. А вот забыть его изображать — очень даже.

Джессика, казалось, отмерла и снова стала плакать, её тело подёргивалось от накатывающих приступов истерики.

— Ты ничего не хочешь нам рассказать? — продолжал капитан. — Пока есть такая возможность.

Она молчала, и только её глаза бегали от одного к другому, пытаясь найти в них хоть какое-то сочувствие. Когда Влад посмотрел на неё, она тут же уставилась на него, стараясь зацепиться глазами, в которых читалась мольба о помощи, но Влад быстро отвёл взгляд.

— Влад, — позвал Алексей.

Тот только посмотрел на него.

— Глянь у неё в карманах ключи от машины.

Вот чего-чего, а обыскивать женщину Владу хотелось в последнюю очередь. Даже при всех остальных вводных.

— Ты в неё кирпичом запустил, а п-проверить, есть у неё ключи, стесняешься? — уловил его мысли Алексей.

Влад не стал отвечать, а только встал, подошёл к американке и стал методично проверять карман за карманом. Подсознательно он надеялся, что пограничник ошибается. Джессика смотрела на него, и её взгляд менялся от выражения побитого щенка до презрения и высокомерия, а потом опять становился как у выпрашивающей подачку собаки. В одном из карманов он нашёл ключ от «Патриота». Джессика закрыла глаза.

— Талант не п-пропьёшь! — финализировал обыск капитан. — Ловко ты, ничего не скажешь.

Он встал, подошёл к ней, взял её за плечи и усадил поровнее.

— А знаешь, как было на самом деле, п-подруга, — обратился к ней капитан.

Джессика откинула голову, не желая встречаться взглядом с пограничником. Тот присел перед ней на корточки.

— Начнём с того, что Джессика, скорее всего, вовсе и не Джессика. Скорее всего, она была девочкой лет десяти-двенадцати, когда её родители эмигрировали вместе с ней в США. Русский она к тому времени уже знала хорошо, и получить американский акцент при разговоре на русском не рисковала. Но при этом у неё было достаточно времени, чтобы освоить английский практически на уровне носителей языка. Учитывая разнообразие американских вариантов английского, в Европе или в России вряд ли кто-нибудь догадался бы, что Джессика — дочь эмигрантов в первом поколении. Я правильно излагаю?

Джессика смотрела куда-то в сторону, отрешенным взглядом.

— Но это самый простой вариант. Есть ведь и другой, куда гораздо более интересный, так, Джессика? Однако, что мне сейчас по-настоящему интересно: это, каким образом ты передала информацию о цели для удара. Причём прямо в режиме онлайн. Если не смартфон, не спутниковый телефон, то что?

Он протянул руку, взял её за подбородок и повернул её голову из стороны в сторону.

— В тебя что-то вшили?

Джессика резким движением высвободила голову из руки Алексея.

— Что, неужели прямо в голову запихнули? Ну, достижений Силиконовой долины я никогда не отрицал. А потом, значит, был взрыв, и твоя техника дала сбой на почве электромагнитного импульса. Мда, законов физики ещё никто не отменял. Тебя не смогли отслеживать. И кто-то, кто тебя отправил на задание, посчитал, что цель уничтожена.

Но вот мы вылезаем из колодца, выходим на военных, и информация о спасшейся гражданке США уходит наверх. А я должен был сообщить обо всех уцелевших пассажирах поезда.

И знаешь, что это значит? А это значит, что где-то уже в наших структурах сидят настолько глубоко зарытые «кроты», что их даже большая чистка, последовавшая после начала войны, не затронула. И что, у них тоже что-то вшито в голову?

Он встал и вернулся на своё место.

— Как ту не вспомнить про «страшное» чипирование, да Влад?

Всё изменялось в один миг. Влад чувствовал себя растерянно и червь сомнения всё ещё продолжал его грызть. Да, он бросил кирпич вслед убегающей американки, но сделал это больше инстинктивно, чем осознанно, и что если она действительно всего лишь туристка, оказавшаяся не в том месте и не в то время? И если это так, то…

— Вы не понимаете, — вдруг тихо произнесла Джессика, без малейшего намёка на американский акцент. — Они убьют всех, кто мне дорог. Моих родителей, моего сына.

— Ну вот, Влад, — отозвался Алексей. — Теперь сомнения отпали? Признаю, ты меня обвела вокруг пальца. Но кто я такой, чтобы тягаться с профессиональными полевыми оперативниками? Обычный сотрудник пограничной службы!

Получается, что всё это время рядом с ним находилась та, кто имеет непосредственное отношение к убийству его жены? Что это — предательство? Можно ли считать, что Джессика предала Влада, если предательство — это её профессия? Пальцы рук до крови впились в ладони, сжавшись в кулаки.

— Они всё равно найдут и убьют вас. Я не знаю, зачем им это. Я всего лишь должна была сесть в поезд и всё, а потом ждать инструкций, — в её голосе уже не было жалостливых ноток, скорее наоборот, звучала некоторая обречённость, акцента и след простыл.

— Хорошо, что ты заговорила, а то пришлось бы искать к тебе другие подходы, со многими из них ты должна быть знакома. Особенно вы любите такие использовать в Гуантанамо. Да и на сомнения Влада смотреть откровенно больно. Но даже твои наниматели кое-чего не знают.

Алексей бросил взгляд на Влада, стараясь оценить его состояние. Тот сидел на импровизированной скамье, сооружённой из пары кирпичей и старой доски, и на его скулах играли желваки.

— Твой встроенный GPS-трекер, или что там в тебя вшили, снова работает, Джессика? — спросил капитан американку. — Или нас просто попробуют вычислить на дороге?

Джессика отвернула лицо и уже не пыталась зацепиться глазами за взгляд Влада, и лишь часто дышала.

— Да, ловко это у тебя вышло, — Алексей покивал головой. — Обстановка была такой, что мама не горюй, и я ведь реально решил, как сказал Влад, что ты просто студентка, туристка, застрявшая в России в самый разгар Апокалипсиса. Одна из многих таких же иностранцев. Тем более, что ты была важна, так как тоже ехала тем поездом. Почему для них так важен поезд — пока ещё не знаю, но желание уничтожить всех, кто в нём был, наталкивает на некоторые мысли.