Виктор Климов – Будет только хуже (страница 100)

Ставицкий скривился как от понюшки нашатыря.

— Да пришельцы это вообще чисто к слову было, просто, чтобы объяснить. Ты же сам спрашивал, как влияет генератор на окружающий мир: целиком на весь или только на его часть.

Учёный явно хотел сделать третий глоток, но в последний момент пересилил себя и не стал.

Влад посмотрел в узкую полоску закрытого шторой окна и задумчиво произнёс, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Вот ты есть, а вот тебя нет. Или ты есть, но не такой, как должен быть. Не такой каким мог бы быть в реальности. Кто-то всё решил за тебя, и не понятно для каких целей. По-моему, это всё равно что смерть.

— В этом плане концепция ислама, согласно которой смерть одного человека — смерть целого мира, вполне себя оправдывает, не думал?

— Христианство примерно о том же, разве что другими словами.

— Это верно, — согласился Ставицкий.

Влад подался вперёд и пристально посмотрел в глаза Ставицкому, от чего тот заёрзал на своём месте.

— Так это вы своими опытами запустили эту волну, изменив мир? Как-то так себе получилось, не находишь. Обычно люди хотят улучшить свою жизнь, сделать её легче, а не дышать через противогаз, опасаясь надышаться радиоактивной пыли.

— Окстись! — замахал руками Ставицкий. — Всё, что мы сделали, это запихнули четверых служивых в камеру, заметь — добровольно, система при этом вообще в пассивном режиме находилась. Генератор спал, а остальные приборы должны были всего лишь улавливать колебания.

— Значит, Плетнёв прав, где-то есть ещё один такой генератор, и кто-то решил его запустить, но что-то пошло не так?

— Получается, что так, — задумался Ставицкий. — Точно не мы. Чисто гоняли в тестовом режиме, но чтобы запустить его на полную мощность…нет, не мы. Мы как-то побаивались что ли.

— А идеи, кто это может быть есть?

Учёный пожал плечами.

— Американцы? Японцы… Кто ещё у нас обладает соответствующим уровнем технологий и знаний?

— Кому-то захотелось поиграть в Бога, — решил Влад. — Посмотреть, что получится, если чуть-чуть подправить мир вокруг. Или всё-таки этот кто-то преследовал какие-то конкретные цели. И либо не получил не тот результат, на который рассчитывал, либо…

Влад посмотрел Ставицкому в глаза.

— …либо достиг того результата, которого хотел, — завершил свои размышления вслух Влад.

Ставицкий молчал. Было понятно, что он давно пришёл к таким же логическим умозаключениям.

Действительно, что если те, кто запустил процесс пересборки их мира как раз и хотели достичь такого результата, который они сейчас имеют несчастье наблюдать в окно: ядерная война, разрушения, смерти, всеобщий хаос.

Но тогда оставался ещё один, главный, вопрос без ответа: какую цель они преследовали? Понять цель, выгоду неизвестных было не менее важным, чем просто повернуть всё вспять. Ведь, если сейчас у них ничего не получится, а нас всё выйдет, то, что помешает им снова воспользоваться генератором, чтобы попытаться всё-таки достичь своей цели, какой бы она не была.

— А генератор этот вы сами изобрели? — поинтересовался Влад, погладывая в окно.

— Хм… — вопрос застал Ставицкого врасплох. — Всё в этом мире относительно.

«Понятно» — подумал Влад, но расспрашивать дальше не стал, так как дверь в купе с шумом отъехала в сторону и внутрь вошла Аня.

Она постояла в дверях, кажется, принюхиваясь, бросила на соседей по купе строгий взгляд, полный разочарования, покачала головой, но предъявлять ничего не стала, а просто устало села на свободное место рядом со Ставицким напротив Влада.

За ней вбежал, смешно ковыляя, пёс.

— Что-то интересное обсуждали? — спросила она невзначай.

— Да нет, ничего такого, — быстро отреагировал Ставицкий, который относился к Ане почему-то с опаской, несмотря на то, что та его быстро привела в чувство, когда тот был в глубоком запое, грозящим перерасти в самую настоящую алкогольную кому.

— А у тебя как дела? — решил разорвать образовавшуюся между ними неловкость Влад.

Аня неопределённо пожала плечами.

— Тоже ничего такого. Всё, что обычно сопутствует беженцам в дороге: абсцессы, нарывы, расстройство желудка, травмы и один случай диабетической комы, вызванной отсутствием инсулина. Спокойно доехать до места, судя по всему, не получится, Алексей с ребятами ещё троих заковали в наручники, будут ссаживать на ближайшей станции. Агат вот детишек развлекал, очень умный пёс, надо сказать. Да, агат?

Пёс вывалил язык и растянул пасть в улыбке, пока Аня чесала его за ухом.

— Понятно, — произнёс Влад. — Насыщенно провела время. А с инсулиновой комой что? Всё?

— Да нет, был у меня запас в несколько ампул. На какое-то время хватит, хотя им, конечно, надо будет где-то их раздобыть. Я сказала начальнику поезда передать сообщение на ближайшую станцию, чтобы подготовили партию инсулина для пассажиров, но не уверена, что его смогут найти, с лекарствами сейчас непросто.

***

Спустя пару часов, они действительно прибыли на крупную станцию, полную народа. Перроны гудели людьми, которые хотели уехать подальше от западной границы. Некоторые хотели попасть в Екатеринбург, ошибочно полагая, что он также защищён, как и Москва.

О, если бы они знали правду. Противоракетная оборона была истощена и каждая следующая ракета могла стать той соломинкой, которая переломит хребет верблюду.

Да, затаившиеся «Посейдоны» и система «Периметр» сделают своё дело в автоматическом режиме, и США с их союзником не удастся избежать ответного возмездия, но людям от этого легче не будет. Разве что глубокое моральное удовлетворение от осознания того, что враг превратится, как там говорил один телеведущий, в ядерный пепел.

Как и ожидалось, капитан Росгвардии Еремеев, он же капитан погранслужбы ФСБ Плетнёв, передали полиции дебоширов, несмотря на сопливые и в то же время агрессивные вопли, сопровождавших их жён и матерей. Скажите спасибо, что вообще не пристрелили и не выбросили из поезда на ходу.

Оформив необходимые бумаги, люди Деяна вернулась в состав. Аня тоже на время стоянки покидала поезд, отправлялась на поиски медикаментов, чтобы пополнить личные запасы, а заодно выгулять Агата, которые всё больше и больше привязывался к ней.

Всё это время Ставицкого и Влада охраняли четыре бойца: два в купе, два в коридоре. Ребята были не разговорчивые, так что скоротать время за разговором не получилось. Им сказано беречь объекты во что бы то ни стало — они берегли, болтать при этом вовсе не обязательно.

Ставицкий положением важной персоны явно наслаждался и даже несколько раз просил (почти требовал), чтобы ему принесли чая, и ему приносили. Влада же подобное внимание к себе наоборот сковывало и заставляло чувствовать себя неудобно.

Поэтому, когда в купе вошла Аня, а бойцы вышли, Влад испытал настоящее облегчение, тем более, что отправка поезда явно затягивалась, и гнетущая обстановка в купе на него начинала давить. Он как бы и сам любил побыть одному и чтобы его не донимали разговорами, но в данной ситуации даже болтливый Ставицкий казался лучшим вариантом для того, чтобы убить время.

Вбежавший следом Агат наполнил помещение запахом мокрой псины, из-за чего Ставицкий стал показушно морщить нос, но озвучить свои претензии так и не решился.

— Где Алексей с Павлом? — поинтересовался Влад у Ани, когда та села на полку и стала перебирать и сортировать раздобытые припасы.

— С начальником поезда о чём-то говорят. До этого бумаги оформляли, чтобы сдать транспортникам дебоширов, — ответила она, разглядывая на свет ампулу с желтоватой жидкостью.

— Скоро поедем?

Аня посмотрела на часы.

— Да уже скоро. Цепляют новые вагоны и локомотив.

Через некоторое время в купе действительно заглянули пограничники, убедились, что с «ценным грузом» ничего страшного не произошло, все головы на месте, и отправились отдавать дальнейшие указания.

Вскоре вагон качнулся, обозначая начало движения. На раскладном столике у окна звякнула ложка в стеклянном стакане, и Влад машинально потянул руку, чтобы поправить стакан в литом подстаканнике.

Взгляд скользнул по тонкой полоске свободного от шторы окна. Холодок пробежал по спине.

На перроне в толпе беженцев и солдат, следивших за порядком, стояла Джессика и смотрела на вагоны отъезжающего поезда.

Влад побледнел. Он моргнул, а когда попытался осторожно отодвинуть пальцем штору, наваждение растворилось. Людская волна словно смыла видение.

Реакция Влада не осталась незамеченной для Ани.

— Что случилось? Ты будто привидение увидел, — спросила она.

Влад невольно сглотнул.

— Типа того. Показалось, наверное.

— Точно?

— Да, — твёрдо ответил он, — Другого просто не может быть. Эмоциональное перенапряжение.

На последних словах щёки Ани зарделись легким румянцем.

Если бы Влад не был женат, то он бы… на этой мысли он осёкся.

Влад откинулся на спинку полки и обвёл взглядом присутствующих. Ставицкий, понятное дело, не в курсе событий, лишь поднял брови в немом вопросе. Аня тоже появилась в жизни Влада уже гораздо позже событий на лесной дороге.

Не может быть? Точно, не может быть! Он сам видел, как она умерла, причём у него на глазах, собственно, от его же руки. Это он тогда нажал на спусковой крючок.