Виктор Карбышев – Оперативные сводки (страница 2)

– Во дурак, он бы еще кастрюлю надел.

Впрочем, вернемся к нашему мероприятию.

После поздравительных речей, вручения дипломов и исполнения государственного Гимна был торжественный марш. Это ни с чем не сравнимое ощущение, когда ты – не один в своем теле и не часть какого-то механизма! А ты сам и есть этот механизм, одновременно, тебя сотня, тысяча! Сразу же! И не всем в своей жизни приходится пережить такие ощущения. Потому как многим не приходится сознательно преодолевать столько препятствий для достижения желаемого результата, а желаемым он и становится при столкновениях с трудностями.

Подбросив в воздух монеты и крикнув заветное на протяжении пяти лет «Вот и всё!», до этой секунды четкий строй взводных коробок сбил шаг и побрел стадом. Сразу стало как-то немного грустно.

Грусть – чувство вполне объяснимое. Когда человеку грустно, он жалеет самого себя. Именно свое состояние, свое собственное. И в этот момент лейтенанту полиции Виктору Романовичу Карбышеву стало немного жаль того, что он уже не в коллективе своей учебной группы и того, что было на протяжении пяти долгих лет, уже никогда в этом виде не будет.

Эх, наивная и прекрасная юность! Именно и только в такую пору жизни в голове Виктора, при выборе будущей профессии по окончании средней школы, могла возникнуть мысль о том, что в военное училище поступить здорово, но чем же заниматься всю оставшуюся профессиональную жизнь в таком случае? Ведь у нас на тот момент была армия мирного времени, а что это за человек в погонах, который только всегда готовится к выполнению своих профессиональных обязанностей? Работа военного – воевать! А без войны – что это за военный? Другое дело сотрудник МВД – уж для него-то не встанет вопрос отсутствия работы. Так он думал, подавая документы во время вступительной кампании, будучи абитуриентом.

– Лейтенант полиции Карбышев, ко мне! – оборвал ностальгические раздумья новоиспеченного офицера знакомый голос. Это был преподаватель огневой подготовки подполковник полиции Роман Евгеньевич Чернов. Вообще преподавательский состав учебного заведения практически не использовал в своем общении с курсантами правила и приемы строевой подготовки, а так как Карбышев и Чернов на протяжении нескольких лет были в хороших отношениях, то Виктор сразу понял шуточный мотив в отданной ему команде.

– Есть! Товарищ подполковник, лейтенант полиции Карбышев по вашему приказанию прибыл! – четко и молодцевато сделав несколько шагов и приложив руку к головному убору, отрапортовал лейтенант.

На плацу, где только что была закончена торжественная церемония, все начинали фотографироваться с родственниками и друзьями, где-то неподалеку радостно качали курсовых офицеров.

– Ну что, Витя, всё?

– Да, Евгеньевич! Всё, пора на службу!

– Не передумал, в уголовный розыск?

– Нет, не передумал! – ответил Виктор, который по полученному только что диплому имел квалификацию эксперта-криминалиста. Профессия это достаточно уважаемая в правоохранительной среде. Но когда он абитуриентом пришел поступать в тогда еще милицейский вуз и не понимал разницы между оперативником и следователем, то и сделать какой-то квалифицированный выбор своей будущей судьбы он не мог.

Уже занимаясь в сборной по стрельбе под руководством Чернова, который был стрелком-спортсменом международного класса, убирая подсобные помещения тира после очередной тренировки, Виктор выслушал его рассказ. Чернов, закончивший это же учебное заведение и вернувшийся в него же преподавателем через пару лет, успел все-таки немного поработать «на земле» – оперуполномоченным отдела уголовного розыска. И он рассказал Виктору произошедшую с ним историю.

* * *

Труп уже порядочно разбух и выглядел, мягко говоря, не вызывающим приятных ощущений. Иссиня-фиолетовое лицо с распухшими губами надулось и походило на лицо пришельца, прибывшего из далеких галактик. Аппетит такое зрелище точно не прибавляет, но, впрочем, у хотя бы год проработавшего «на земле» оперативника уже и не убивает его полностью. Есть простой секрет: для того, чтобы в ноздри не въелся сладковато-тухлый трупный запах, который с непривычки может преследовать неопытного полицейского да и вообще любого присутствующего несколько дней, нужно просто дышать ртом. При наличии определенного опыта делать это можно абсолютно незаметно для окружающих. И вся хитрость состоит в том, что начинать дышать ртом нужно заранее, иначе, если только учуешь вышеуказанный аромат, всё пойдет насмарку. Неприятные ощущения будут гарантированы надолго.

Собственно, после попытки найти свидетелей и очевидцев произошедшего, что достаточно затруднительно в гаражном кооперативе, и написания пары стандартных справок и рапортов о результатах мероприятий, работа оперуполномоченного уголовного розыска на дежурных сутках в составе СОГ1 по выезду на суицид заканчивалась. Но так как дежуривший сегодня молодой лейтенант милиции Роман Чернов обслуживал эту оперативную зону, то, сам не зная этого, он был лишь в начале этой, как потом окажется, драматической истории.

И через день, сменившись после этого дежурства, действительно Роман получил отдельное поручение о проведении мероприятий, направленных на установление обстоятельств произошедшего в рамках материала проверки. В те времена подобные материалы находились в компетенции следственного комитета при прокуратуре – предшественника всесильного нынешнего отдельного следственного комитета, ведомства Александра Ивановича Бастрыкина.

К тому моменту стало известно, что решивший свести счеты с жизнью Алексей Шилин удавился в собственном гараже, не оставив никакой предсмертной записки и не сообщив никому о причинах своего ухода, даже намеком. Он был чиновником достаточно высокого полета – заместителем руководителя отдела жилищно-коммунального хозяйства администрации областного центра. И версия, связывающая его самоубийство с профессиональной деятельностью, казалась наиболее правильной.

В намеченный оперативником в его собственной голове план работы по поручению вмешалась случайность, которая, как потом оказалось, будет иметь решающее значение. Для опроса коллег по работе погибшего, вместо середины рабочего дня, Роману удалось добраться до администрации за полчаса до ее закрытия. И результат опросов коллег и подчиненных был скудным, а именно – совсем никаким.

– Командир, подожди-ка!

– Вы мне? – уточнил у пожилого охранника Чернов, собиравшийся уже выходить из здания. – А с каких это пор мы с Вами на «ты»? – молодой опер попытался резко осечь незнакомого человека, чей тон показался ему явно неуважительным.

– Да не обижайся ты. Я из наших – пенсионер МВД, из участковых. Ты ведь по поводу Шилина приходил?

– Да, именно, а как Вы догадались? – уже без неприязни к собеседнику продолжил Чернов.

– Опыт не пропьешь, при всём желании! – ответил и смачно рассмеялся пожилой охранник. – Он любовницу сюда таскал по вечерам, может, эта инфа и поможет.

– С чего Вы взяли, что любовницу? И почему это должно чем-то помочь?

– Начальники такого уровня по вечерам, в нерабочее время, женщин, тем более одних и тех же, не принимают. Ну а про помочь – и дураку понятно, что и милиции, и всем в этом здании хотелось бы узнать, что привело Шилина в петлю.

– Всё очень верно. Это крайне интересно, но как бы узнать, кто она?

– Как два пальца об асфальт – у нас богадельня государственная, посетителей записываем, – так же продолжая задорно смеяться, ответил вахтер и полез за каким-то журналом – видимо, книгой регистрации посетителей. – Шилин, видимо, не особенно был рад тому, что я записал именно эту его посетительницу, которую он самолично заводил и в здание, и в свой кабинет. Поэтому сделал я это всего один раз, а сменщики мои и вовсе не записывали, как я понял с их слов. Но приходила она часто.

Узнав о том, что таинственная посетительница представилась один раз при входе в здание как Альбина Игоревна Исаева, Роман поблагодарил бывшего коллегу и, уже немного опьяненный оперативным азартом, отправился домой. Рабочий день был закончен. Но азарт взял верх – и, передумав, оперативник направился на работу, чтобы узнать, кто такая таинственная Альбина.

Сотрудница адресного бюро предоставила запрашиваемую информацию примерно через полчаса. Записав адрес в блокнот, Чернов попросил дежурного водителя докинуть его до места.

В квартире на первом этаже девятиэтажного дома никого не было. Света в окнах квартиры, несмотря на опустившиеся на город поздние сумерки, тоже не обнаружилось. Краткий опрос соседей принес неожиданную новость: искомая Альбина уже месяц как находится на излечении в психиатрической больнице. Посещать такое гнетущее своим видом, расположенное в старинной усадьбе на окраине Смоленска заведение вечером у оперативника не было никакого желания. Тем более что долг совести Рома перед самим собой и так исполнил, задержавшись после опроса охранника администрации с целью установить данные любовницы Шилина. Ну а что ее дома не оказалось, тем более по такой пикантной причине – это уже издержки производства. Поход в психушку был отложен на завтра.

Несмотря на это, думать по пути домой Роману ничего не мешало. Как любовница, находящаяся в психушке, может быть связана с суицидом? Обещала рассказать жене? Свихнулась из-за отказа Шилина уйти от семьи к ней? Не захотел общаться с сумасшедшей? Вопросы возникали логично, но оперативник не знал, что судьба закрутит такой лихой сюжет, который неподвластен даже самой смелой фантазии, а потом поставит на кон из-за человеческой трусости еще и другие жизни. И жизни эти волею случая удастся спасти.