жить бы, о жизни не плача.
петь на расхожий мотив,
бред полоумный толмáча.
Только колотит в груди
и разрывается коло,
только гульбы посреди
колокол смертный глагола.
Только нездешняя власть
болью звенящего зова,
только горчащая сласть
неукротимого слова.
Только дорога туда,
где ни конца, ни начала,
где до рассвета звезда
птицей подбитой кричала.
4.
Всё те же снега Аввакумова века…
Танцуют лучи на скоблёном полу,
забытая память толчётся в углу
и печь подмигнёт сквозь железное веко —
туманное эхо минувшего века.
А здесь на чужом и промозглом ветру
придвинься поближе к сырому костру
и грейся в голодной ломóте
в сторожкой пунктирной дремоте.
Ты лагерный номер, прижизненный прах
на мушке прицела в расстрельных снегах.
Голодною пайкой земных благостынь —
колымская яма, смертельная стынь.
Но руки к огню тянет скованный странник,
но слово живуче, как кедровый стланник,
срывается с губ и уходит в бега.
И век уж не тот, да всё те же снега.
2017
«Защемит, отпустит и снова зажмёт…»
На том берегу мы когда-то жили
Елена Шварц
Защемит, отпустит и снова зажмёт,
и снова отпустит тоска ли, печаль ли
о времени скудных и стыдных щедрот,
о канувшем в Лету бесследно начале.
Мостов над Невою полночный развод,
балтийского неба набрякшие веки,
свобода, всходящая на эшафот,
короткие встречи, прощанья навеки.
Пространство и время, восход и заход,
то сумерки в полдень, то белые ночи,
и корюшкой пахнет сквозь смог ледоход,
и ангел с крестом ворожит и пророчит.
И тени былого куда-то спешат,
молитвы стихов бормоча на бегу.
Свинцовые воды. В снегу Летний сад.
Мы жили когда-то на том берегу…
2017
«В радуге много красного цвета …»
Я верю в предчувствия и приметы…
Варлам Шаламов
Предчувствиям не верю и примет
я не боюсь.
Арсений Тарковский
В радуге много красного цвета —
к ветру, а радуга утром – к дождю,
бурное таянье – к мокрому лету,
запахи леса с горчинкой – к груздю.
Головы кружат и души морочат 
