Виктор Каган – Музы Припарнасья (страница 6)

и пошёл я мишке помогать. На себе я мишку с поля боя вынес, говоря ему: «Не плачь! Нам сияет небо голубое и поёт нам Лебедев-Кумач».

Осип Мандельштам

Обрóненный мой мишка, мне без него не жить. Тут вот какая фишка — ведь нового не сшить. А и сошьёшь, обнова — Федот, да всё не тот. Не та совсем основа, не тот совсем компот. Оторванная лапа, опилки на полу, испуганная лампа, застывшая в углу. Мне так без мишки страшно, что и не описать. От страха бесшабашно иду его спасать. Цыганка нагадает удачу по пути, а он ещё не знает, что мне его спасти, к нему щекой прижаться, касаньем не спугнуть, в глаза взглянуть, как в святцы, и вместе с ним уснуть.

Леонид Мартынов

А ты? Когда медведь свалился, когда без лапы очутился, когда валялся на полу в тоской затянутом углу, к его прислушиваясь плачу, когда от горя меркнет свет, скажи, ты будешь на удачу надеяться или в ответ ты круто развернёшь сюжет и для медведя лазарет, наложишь парочку лонгет, чтоб жил с тобой он много лет?!

Булат Окуджава

Я с мишкой много лет дружил, хоть он не нов, не в этом дело. Пусть его шёрстка поредела, но он попрежнему мне мил. Как был прекрасен наш союз. Ты мишку на пол уронила. Я думал, просто пошутила. Как бы не так. И я боюсь. Мне говорят, мол, не беда, вот мы его уже врачуем, заштопаем, перелицуем… Ах, не волнуйтесь, господа. Я лапу мишке сам пришью. А ты меня ревнуешь к зверю, как будто снова я поверю, чудачка ты, в любовь твою.

Борис Пастернак