Виктор Каган – Музы Припарнасья (страница 2)

и их любви таинственная сила, и с приворотным зельем пузырёк… Я помню всё. Оторванная лапка и в пуговицах глаз стоит слеза. Не находя потерянного тапка, на тёмные крещусь я образа. Не надо мне ни почестей, ни славы. О, был бы мишка – друг заветный мой. Но херувим шепнул в ночи лукаво, что никогда не будет он со мной.

Эдуард Багрицкий

Весна зеленеет лягушьей икрою, как платье природы игрою покроя, и майской грозы полыхает шутиха. Но тут приключается страшное лихо. Мой мишка с кровати летит, как с откоса несчастная Анна летит под колёса, и падает смаху — до смеха ли? – на пол, теряя в полёте переднюю лапу. Такому кошмару во сне не присниться. Мне мишку спасти непременно хотится. Лежит под кроватью, бедняга, страдает и лапу другою к себе прижимает. Слезаю с кровати, от страха шалея, поскольку я мишку ужасно жалею. То в холод бросает, то бешено жарко. Я мишку спасу, как в бою санитарка. Его никогда ни за что я не брошу. Играть с ним хотится. Он очень хороший.

Константин Бальмонт

Я разлучён с тобою, мишка, мне без тебя Париж не мил, стихов моих пожухла книжка и жалко хохлится афишка, свалялся бант, в слезах манишка. Кто тебя на пол уронил!? Твоя оторванная лапка, как девья золотая прядь, но скрылась за туманом шляпка, без ножки стынет в спальне тапка, цветов ненужная охапка осталась в вазе умирать. Взяла тебя судьба-злодейка, любовь отъята навсегда. Мне без тебя вся жизнь копейка, мне помнится твоя шубейка, с тобой я пел, как канарейка,