Виктор Гюго – Том 2. Драмы (страница 59)

Отец мой!

Можно ли дороже быть и ближе?

Люблю тебя взамен всего, что ненавижу!

Сядь рядом, девочка. Ты об отце своем

Забудешь? Говори! И если мы вдвоем,

И если пальцами ты руку мне сжимаешь,

Каких же тайн моих еще не понимаешь?

Одно лишь счастие доступно для меня.

Есть у других друзья, есть братья, есть родня,

Есть верная жена, вассалы, важный предок,

Иль свита предков есть, и хор детей нередок.

Но у меня есть ты! Кто так богат другой?

Мое сокровище, мой ангел дорогой!

Тот верит в господа, — твоей душе я верю.

Тот молод и любим, он все откроет двери;

У тех есть гордость, блеск, здоровье и очаг,

Они добры, — мой свет в одних твоих очах.

Дитя мое! Мой мир! Все милое в отчизне!

Моя сестра и мать, невеста, сердце жизни!

Закон, вселенная, и вера, и страна,

Все это — ты одна, все — только ты одна!

Я всюду оскорблен и сгорбился покорно.

О, потерять тебя... Нет, этой мысли черной

Не в силах вынести и полсекунды я.

Так улыбнись. Мила улыбка мне твоя.

Похожа ты на мать. Была она красива.

Проводишь ты рукой по лбу неторопливо,

Как будто бы с очей смахнуть стремишься ты

Все, чем омрачена лазурь их чистоты.

Как будто ты с небес на землю прилетела, —

Вся светлая душа мне видима сквозь тело.

Но и закрыв глаза, я вижу — это ты.

Пусть превращусь в слепца — не страшно слепоты:

В последней темноте на дне души незрячей

Тебя, мой светлый день, я навсегда запрячу.

Я бы хотела вас счастливым сделать.

Как?

Я счастлив тем одним, что я с тобой, бедняк:

Довольно этого, чтоб сердце не слабело.

Как волосы темны! Была ты раньше белой.

Кто мне поверил бы...

Пред тем как тушат свет,

Нельзя ли посмотреть мне на Париж?

Нет, нет!

Не смей, дитя мое! По вечерам в Париже

Ведь не гуляла ты?

Нет, никогда.

Смотри же!

Ходила в церковь я.

Ее и там найдут;

Начнут преследовать; быть может, украдут

Дочь бедного шута. Бесчестье будет явным —

И только смех за ним...

Прошу тебя о главном —

Будь дома как в тюрьме. О, если б знала ты,

Как страшен наш Париж для женской чистоты,

Как здесь развратники шныряют, как опасны

Здесь люди знатные!

О боже, силой властной

Убереги ее, спаси ребенка ты

От бурь и непогод, что мнут твои цветы.

Храни и сон ее от помышлений грязных,

Пускай бедняк отец является в свой праздник

Лелеять тайное сокровище свое,

Любуясь розою и свежестью ее!