Виктор Глумов – Операция «Призрак» (страница 22)

По-хорошему, и Яр должен был поступить так, но что-то его останавливало. То ли вдолбленный с детства Устав, что каждый член общества ценен, пока он способен приносить пользу. То ли надежда, что он сможет доказать свою полезность и вернуть положение в обществе и уважение коллег. Сейчас его положение не соответствовало уровню его мастерства. Он был бы гораздо полезней в роли следопыта, а не солдата, а так его обязаны пристрелить, если произойдет разгерметизация резино-кольчуги. Да и служить с желторотыми юнцами – унизительно. Даже самые бестолковые из них в его возрасте дослуживаются до сержантов.

– Задание ясно? Пррриступаем! – скомандовал сержант.

Солдаты ломанулись в раздевалку для представителей низшего сословия. Здесь пахло потом, немытым телом и носками. Резино-кольчуги солдат тоже были хуже, чем у следопытов: жали, в них было неудобно сгибать руки-ноги. Галдящая молодежь шумно облачалась, Яра никто словно не замечал. Он понюхал противогаз: вроде не воняет, и натянул на голову, расправил, пригладил резиновую шапку. Надел костюм, застегнул его и отправился выполнять унизительную трудовую повинность.

Он потерял жизнь, навсегда потерял Юлю, мало того, она его ненавидит. Если они когда и встретятся, то в коридоре, и он с уважением отступит, чтобы освободить проход для высокопоставленной особы.

Сначала стянули коробки в стерилизационную, потом столпились там и подождали, пока загорится зеленая лампа, сигнализирующая, что ход на поверхность открыт. Затем взяли коробки и, как муравьи – груз, один за другим потащили поклажу. Перед выходом возле бронированной стальной двери стоял солдат, пропускал остальных. Еще двое находились во дворе и контролировали пространство от входа в бункер до выстроившихся рядком броневиков, по старинке освещенное факелами.

Было ветрено, огонь трепетал, и тени на асфальте то вытягивались, то сжимались. Первый и второй солдаты направились к крайнему танку, поставили возле него коробки, третий и четвертый – к следующему, пятый и Яр – к третьему. Кто достался ему в напарники, Яр не видел за противогазом. Парень залез на броню, сделал жест руками, подавай, мол, груз. Яр поднял коробку, отдал ему, затем вторую. Залез сам спустился в люк, принял груз, поставил под лавку.

Когда он направлялся ко входу в бункер, кто-то похлопал его по плечу. Яр вздрогнул, обернулся. Это был один из инженеров-монтировщиков, за лицевым щитком были черные раскосые, до боли знакомые глаза.

– Яр, это ты, что ли? – удивился инженер.

– Что-то я тебя не узнаю. – Яр снял его руку с плеча.

– Олег. Ну, Олег, Юлин брат по отцу, помнишь?

Яр помнил и потому попятился, полагая, что он будет мстить за сестру.

– Она все рассказала, – признался инженер. – Ты… ты настоящий мужчина и все правильно сделал. Не обижайся на нее, у нее послеродовый психоз, у женщин такое случается. Она потом поймет, что ты для нее сделал… Извини за глупый вопрос, но что ты делаешь среди солдат?

– Меня разжаловали. Я принял неправильное решение и потерял два экипажа…

– Ах, это ты нашел логово Призрака? – В голосе Олега звучало восхищение. – Любой на твоем месте поступил бы так же…

– Но им надо найти виноватого… Да и… Я и вправду виноват. Буду очень признателен, если ты скажешь, что планируется предпринять. – Не давая ему договорить, Яр сам ответил: – Стой. Дай отгадаю. Они собираются ехать туда.

– Да, – кивнул Олег, погладил броню танка. – Видишь, готовимся, огнеметы собирать будем. И это еще не все. Слышал краем уха, что собираются еще два анклава подключить. Завтра воины одного прибывают, послезавтра – второго. Выдвигаться планируется через два дня.

– Призрак знает, что его рассекретили. На его месте я ушел бы уже сегодня…

– Они это понимают. Их больше интересуют богатства и технологии, которые он не сможет увезти с собой. Ну, я так думаю.

– Спасибо. Теперь мне пора приступать к выполнению обязанностей.

– Я попытаюсь замолвить о тебе слово! – крикнул Олег вдогонку. – Не все потеряно. Ты действительно ценный член общества.

Яр не стал оборачиваться. Вернулся в стерилизационную, взял коробку и ощутил острую боль в колене, когда поднимался по ступенькам. То ли ступил неправильно, то ли намечается дождь. Если второе, то поход к логову Призрака придется на некоторое время отложить.

Спать Яр лег в начале пятого, провел час в камере очистки и не видел, как светлеет линия горизонта. Одно радовало: он устал и быстро уснет, а не будет обдумывать ситуацию, искать выход.

Проснулся по гудку. Обитатели комнаты зашуршали одеждой, затопали, принялись переговариваться и желать друг другу хорошего дня. Яру полагалось прибыть на пост в двенадцать, и он решил еще немного подремать, отвернулся к стене и накрыл голову подушкой, но шум все равно раздражал. Он успел отвыкнуть от гомона посторонних в своем кубрике и невольно прислушивался к разговорам.

Молодым, охрипшим со сна голосом говорили:

– А вы слышали, вроде нашли склады с оружием, и скоро наши пойдут туда.

Ответили тихим, почти женским фальцетом:

– Да ну, учения просто, помните, год назад были. Как раз в это же время.

В ответ прогудели:

– Всякое может быть, поживем – увидим.

Хлопнула дверь, обитатели стали по одному выходить, но даже когда воцарилась тишина, заснуть так и не удалось. Раньше Яр в первую очередь узнавал, что происходит на поверхности, теперь его ставили перед фактом, не посвящая в подробности.

Через полчаса жилую зону обесточили: во-первых, людям положено трудиться, а не отлеживаться, во-вторых, электричество слишком дорого дается, его следует экономить.

Интересно, отправят ли его в логово Призрака или оставят в бункере? Поскольку у него богатый опыт работы на поверхности, скорее всего, отправят. Только бы не распределили в отряд Витязя, он наверняка точит зуб и считает, что Яр теперь должен ему прислуживать.

Ближе к вечеру, когда группа Яра закончила таскать с места на место коробки без маркировок, прокатился слух, что прибыла делегация из соседнего бункера. Чужаки заперлись с Командованием в зале совещаний. Что там говорил Олег? Послезавтра, то есть завтра, приедут еще гости, и планируется выдвинуться на следующий день.

Если не начнется дождь. Его не было уже четвертый день, что довольно долго для начала сентября. У Яра ныло травмированное колено, и он не мог понять, это к дождю или из-за того, что таскал тяжести.

Вечером смуглый, совершенно седой сержант построил отряд Яра и еще два отряда в предбаннике перед выходом из бункера и взял речь:

– Солдаты! Завтра в полдень к нам должны пожаловать гости. Утром возможен дождь, потому бункер нуждается в усиленной охране. Сегодня ровно в десять вечера вам надлежит собраться здесь, вы заступаете в ночную смену в помощь охранникам. А теперь – в тренировочную.

Молодежь продолжала игнорировать Яра, словно боялась заразиться его невезением. После разминки и силовой тренировки начался спарринг. Каждой паре выдали по деревянному аналогу мачете, одному предстояло атаковать, второму – отбиваться. Затем напарники менялись местами. После пяти подходов те, кто проиграл четыре и более раз, подвергались публичной порке: становились к стене, заведя руки за голову. Затем сержант плоской частью деревянного мачете наносил десять ударов.

В противники Яру достался мальчишка лет восемнадцати, тощий, с огромным прыщом на лбу. Мальчишка пыхтел и бросался голодным мутом. Яр был опытней и проходил другую школу, его сразу готовили с прицелом на следопыта в отличие от этих не слишком талантливых бедолаг.

Яр мог бы выиграть все пять раундов, но два раза поддался, чтобы не унижать солдата. Но не все были такими жалостливыми, и претендентов на публичную порку было три. С видом побитых собак парни выстроились у стены, сержант направился к ним, похлопывая макетом мачете по ладони. Глупый противник Яра не заметил, что его просто пожалели, и смотрел на неумех с триумфом.

А Яр стоял и думал: его специально засунули к самым тупым солдатам или это случайность? Если так пойдет дальше, то он быстренько подсидит сержанта и возглавит собственную группу, отберет самую талантливую молодежь и станет хорошим учителем. Конечно, не о таком будущем он мечтал, но оно и не самое ужасное. Появится цель – служить Спарте, приносить пользу.

Он потерял сестру, любимую жену и ребенка, второй раз вряд ли получится создать семью – положение не то, – как и подержать на руках своего ребенка. Если станет сержантом, справедливым и мудрым, то солдаты заменят ему детей.

После обеда тренировка продолжилась. Бились на кулаках, затем бросали нож в мишень. Яр делал это настолько легко, что снискал уважение у молодняка. В конце тренировки сам сержант подошел к нему и попросил научить подопечных нескольким трюкам. Яр не стал возражать и часа полтора делился опытом с солдатами.

После ужина он немного вздремнул и заступил в ночную смену.

И снова переодевание в неудобную резинокольчугу, путь на поверхность, где уже ждал сержант. Построив свой отряд, он распределил посты. Себе и Яру назначил дежурить возле входа в бункер, на «выкидухах».

Бункер находился на территории воинской части, позабытой еще в старые времена, и все постройки, где могли бы скрываться зары, кроме длинного полуразрушенного здания – якобы склада, – давным-давно сровняли с землей, так что основной урон наносили мутанты. Одно радовало – прорваться к бункеру было так трудно, что на памяти Яра им удавалось это раз десять.