Виктор Гардер – Лудоман (страница 4)

Мы начали вести совместный быт и много фантазировали по поводу нашей совместной жизни, мне нравилось, что наши взгляды почти всегда совпадали. Я каждый месяц покупал какой-нибудь предмет мебели, старался сделать какой-либо подарок для Ани, что-то вроде похода в ресторан или новых милых носочков. Она радовалась всему. Даже какой-нибудь мелочи, например чехлу на телефон. Конечно, я хотел большего. Я мечтал подарить своей женщине новый телефон, новую сумку, новую жизнь. Но денег у меня хватало только на что-то очень приземленное.

Работа в банке, тем временем, набирала обороты. О нас стали узнавать люди. По всему городу появились баннеры, по телевизору крутили рекламу, и народ пошел. Чем привлекал наш банк? Кредитная ставка была меньше, чем у финансовых гигантов, а ставка по вкладам выше, чем у остальных. Почему так? Да очень просто – банку нужны клиенты. И пока банк молодой, он не жадничает. Для него не трудно сделать ставку по кредиту 12 % годовых, вместо 17 %, как у конкурентов. Будет больше клиентов, обороты начнут расти, и со временем банк, возможно, поднимет ставку по кредиту, так как уже станет благонадежным в глазах потребителей. Либо же откроет новые филиалы и подразделения, например, также займется эквайрингом. На данном этапе главное привлечь новых заемщиков и вкладчиков.

Я выдавал кредиты. У нашего банка был кредитный лимит. Например, в начале месяца небольшие суммы по кредиту до 200 000 дают практически всем. Одобрение в течение 5 минут в 99 % случаев, и неважно, работает человек или нет, есть ли у него кредитная история, банк даст кредит. В конце месяца, когда кредитный лимит подходит к концу, кредиты чаще всего не одобряются. Служба безопасности уже начинает тщательно рассматривать анкету каждого заемщика. В общем и целом дела у нас шли хорошо. В случаях, когда приходили люди маргинального вида, я даже не заполнял заявку. Мурыжил их минут 5, а затем расстраивал их тем, что банк не дал одобрения на кредит. Они уходили, и я еще полчаса проветривал кабинет от запаха вчерашнего, а может, и сегодняшнего застолья.

Однажды в конце месяца пришла пожилая женщина, ей было 65 лет. Она спросила, может ли она взять кредит на сумму в один миллион рублей. Я сообщил ей о том, что банк должен быть уверен в ее платежеспособности, рассчитал ей кредит на 5 лет, и вышла сумма ежемесячного платежа 22 244 рубля. Она заплакала. Я попытался ее успокоить. Налил ей воды и предложил салфетки. Вытирая лицо от слез, она сказала, что не осилит такие платежи, так как ее пенсия составляет всего 15 тысяч. Я спросил, для чего ей такая большая сумма, и она начала рассказывать.

Они с мужем жили достаточно хорошо, у них был единственный сын, они дали ему образование, он устроился на железную дорогу, женился и подарил ей внучку. Около 10 лет назад ее муж скончался от рака. Она всю жизнь проработала на швейной фабрике и в 60 лет вышла на пенсию. Одной жить было одиноко, но она стала привыкать к этому и каждые выходные ждала в гости своего сына с женой и внучкой. Они стали приезжать к ней все реже и реже. И вот однажды сын приехал к ней со своими вещами на постоянное место жительства. Оказалось, что он связался с казино и несколько лет проигрывал огромные суммы денег. Он проиграл все, что у него было. Потерял работу и залез в долги. Естественно, когда все узнала жена, она подала на развод и выселила его из своей квартиры. Так как идти ему было некуда, он вернулся к матери. Для того чтобы отдать его долги, она продала свою квартиру и переехала жить вместе с сыном в общежитие, но все равно весь долг погасить не получилось и ей нужен был еще один миллион.

Она плакала от собственного бессилия. Бесконечно извинялась, а я пытался придумать, как ей помочь, но ничего не приходило в голову. Мне было бесконечно жаль эту бедную женщину, а точнее, уже бабушку, которой я бы пожелал только спокойной, радостной старости, а не этого всего.

Я все-таки отправил заявку на сумму пятьсот тысяч, но моментально пришел отказ. Женщина ушла. У меня еще долго внутри оставался какой-то осадок. Я не понимал, почему она, жертвуя всем, помогает своему тупоголовому сыну. Ведь он взрослый человек. В таком возрасте уже он должен помогать своим родителям, а не наоборот. Наверное, практически любая мать поступила бы так же. Мне трудно судить об этом. Но, думаю, мои родители в таком случае отвернулись бы от меня. Так как были моменты в жизни, когда вместо поддержки я получал только моральные оплеухи. Будь я отцом ребенка, который так закопался, наверное, тоже греб бы землю двумя руками, только чтобы спасти его.

Азарт. Сколько судеб он погубил. Откуда в людях появляется это чувство? Лично я человек с критическим мышлением. Всегда и все я подвергаю сомнению. Ну не верю я, что, купив лотерейный билет, можно стать миллионером. Не верю я в то, что, сделав репост записи на стену, можно что-либо выиграть. Никогда бы не стал ставить собственные деньги, если бы был риск их проиграть. Я твердо уверен в том, что заработать деньги можно только непосильным трудом. Не понимаю, почему сын этой женщины сидит сложа руки. Ну потерял ты работу, найди другую. Разрули ситуацию сам. Бедная его мама.

Глава 3

Полгода жизни вместе пролетели как один день. Мы почти доделали ремонт. Купили всю мебель для комфортного проживания. Мы много работали, так как у нас появилась новая цель. Мы решили открыть свою кофейню. Аня мечтала об уютном душевном местечке, где каждый человек может чувствовать себя как дома. Мы составили бизнес-план: на открытие нам необходим миллион рублей. И мы начали откладывать. Аня перешла в другую кофейню на должность управляющего, ее зарплата стала выше, чем у меня. Она зарабатывала по сорок тысяч в месяц, и я перестал чувствовать себя добытчиком. Попытался найти какую-нибудь подработку на удаленке. Но, проанализировав все, понял, что игра не стоила свеч.

Дела у банка пошли на спад. Сотрудники других филиалов давали кредиты кому попало. Эти индивиды попросту не платили ежемесячные платежи. Огромное количество исковых заявлений на заемщиков ежемесячно поступало в суд, а затем к судебным приставам. Но последние, в свою очередь, ничего не могли сделать с этими должниками, так как на их счетах средств не числилось, никаким ценным имуществом они не обладали, и брать с них было попросту нечего. Я всегда смотрел на то, как выглядит человек. Откровенно говоря, приходили даже бомжи и просили в кредит сто тысяч. И с каждым из них происходил классический диалог, как под копирку:

– Хорошо. Позвольте ваш паспорт, – говорил я заученным тоном.

– А у меня нет… – бубнил шепеляво-неразборчивым языком очередной дурно пахнущий персонаж.

– Но без паспортных данных я не могу оформить заявку.

– Ну давай я их тебе так назову.

– Нет-нет. Мне нужен оригинал документа, таков регламент по закону. Может, поищете дома?

– Ха-ха-ха. Да у меня и дома-то нет.

Кто-то из них говорил честно, что деньги нужны ему на приобретение алкоголя, просили в кредит тысячу рублей. А кто-то изворачивался, придумывал небылицы и постоянно путался в своих показаниях. Сегодня ему нужен кредит, чтобы вылечить свою дочь от рака последней стадии, и сидит, пускает слезу. На следующий день ему нужны деньги, чтобы уехать в другой город, так как там у него бизнес, а тут он оказался совершенно случайно, и какие-то бандиты ограбили его на вокзале. Еще через пару дней тяжело больным уже оказывается он сам, и ему просто необходимо хотя бы десять тысяч рублей на пересадку почки.

Таким «хомо сапиенсам» я отказывал сразу, не отправляя заявку. Поэтому процент выплаты платежей по кредиту конкретно у нашего филиала был 89. У остальных трех филиалов процент выплаты по кредитам не превышал и 20. Это означало только одно, банк в скором времени обанкротится, потому что деньги он людям выдает, а обратно их не получает. В первую очередь, конечно, были виноваты сотрудники и служба безопасности, нужно было хоть немного включать мозги и смотреть, кому ты выдаешь кредит. Я разговаривал с Игорем на эту тему, спросил, что он думает о судьбе банка.

– Ничего хорошего нам не светит. Банк-однодневка, как я и говорил. Я, конечно, надеялся, что он продержится хотя бы пару лет, но тупицы, которые в нем работают, погубили его. Пора искать работу, дружище. Или делать ставки.

– Не понял. Ставки на что? Закроется банк или нет?

– Да при чем тут банк? Ставки. На спорт, в рулетке, на черное или красное. Ты что, вчера родился? Вообще не в теме?

– Эм, нет. Эта история не про меня. Это же лохотрон.

Игорь рассмеялся:

– Лохотрон, говоришь? Ты видел мою свежую BMW?

– Конечно, видел. Шикарная тачка.

– Ну вот. Она стоит три с половиной мульта. Откуда бы у обычного управленца в каком-то задрипанном банке такие деньги?

– Ты ставишь, что ли?

– Ну так, балуюсь. Все в пределах нормы. Я себя контролирую. Знаю, когда остановиться. Я еще ни разу не был в минусе. Уже год играю. Это для меня как отдых. Посидеть, покрутить спины.

Игорь продолжал рассказывать, как он проводит время у рулетки, за покерным столом, а я не понимал и половины слов, которые он мне называет.

Я пересказал ему историю о той женщине и ее сыне, который проиграл все и повесил на нее свои долги.