Виктор Фёдоров – Тень изначальных (страница 94)

– Вы все это время были в библиотеке? И собираетесь остаться? Нам разве не нужно убираться отсюда поскорее? – Ани нервно кивнула вниз, к выходу.

– Наоборот, – Сэт хмыкнул себе под нос, – здесь нас никто искать не будет. Пока что.

– Да, но что орден паломничества забыл в библиотеке Адельберта? – Парацельс первым вошел в дверь, голос его звучал глухо.

Они вереницей просочились следом, Лира пояснила:

– Из-за особенностей нашего общего дела, я перешла на более… Назовем эту должность «сидячей». Далеко не все участницы ордена посвящены в то, что я собираюсь с вами обсудить, но обосновать свое нахождение здесь было не сложно. Знания о Мире имеют для нашего дела не меньшую ценность, чем непосредственно путешествия по континенту.

– О чем вы говорите, упоминая «ваше дело»?

– Попытку познать то, каким был Мир в былые времена. Как существовали изначальные. Как они появились. Почему все сложилось так, как сложилось. – Лира грустно покачала головой.

– Больше похоже на научные изыскания, чем на цели почти-религиозного-ордена. – Гааз неопределенно помахал рукой в воздухе.

– Именно так. Но времена нынче такие, что от науки в публичном поле толку мало. Зато верующим открыты все двери. – На этих словах, Лира, наоборот, захлопнула за собой створку. – Добро пожаловать.

Эдвин закрутил головой, осматривая помещение, в котором они оказались. Комната была не шибко большой, особенно по меркам уже посещенных ранее мест, но пространства было достаточно, чтобы семь взрослых людей не чувствовали себя в тесноте.

Убранство напоминало кабинет напополам с очередной библиотечной комнатой. Три из четырех стен были заставлены многоярусными книжными полками, возле каждой притулилась высокая лестница на колесиках. Потолочные балки образовывали над головой симметричный узор, создавая ощущение, что они все еще в башне, пусть и не столь высокой. С них свисали простые свечные люстры.

Впечатление усиливала, без сомнений, главная изюминка этой комнаты: здоровенное круглое окно, возле которого лицом ко входу был размещен письменный стол. Подойдя ближе, Эдвин увидел, что ведет оно вовсе не на улицу. Нижний край окна начинался на уровне его колен, а за ним виднелся здоровенный зал, словно расчерченный на сегменты верхушками книжных стеллажей и длинными столами и скамейками. Выставлены они были причудливым узором, явно не столь очевидным для тех, кто бродил в проходах, но прекрасно различимым отсюда. Лира заметила его интерес.

– Гостевой читальный зал. Часть библиотеки, доступная кому угодно, достаточно лишь вписать свое имя у священнослужителя на входе. Пустая бюрократия, но заодно и проверка: не владеющим грамотой тут делать особо нечего. Хотя, насколько я знаю, многие приходят просто посидеть. Насладиться тишиной в месте, именованном в честь одного из изначальных.

«Порою покой гремит сильнее грозы».

Проигнорировав шепот, Эдвин мысленно согласился с Лирой. Народу внизу было не то чтобы много, большинство проходов, которые он мог разглядеть, были пусты. Где-то медленно прохаживались церковники, несколько десятков человек разместилось на скамьях.

Его внимание привлекла сидящая почти ровно под окном парочка, мужчина и молодой человек уселись спиной ко всему остальному пространству и лицом ко входу. Мужчина уткнулся в лежащий перед ним на столе книжный томик, а вот юноша выглядел почти блаженным. Не мигая, смотрел куда-то перед собой, не проявляя никакого интереса к чтению.

Несмотря на жаркий день, он был закутан в подобие покрывала и выглядел донельзя болезненно. Лира проследила за его взглядом, вежливо кашлянула:

– О чем я и говорю. Они здесь не в первый раз, порой на весь день. Должно быть, отец водит его сюда, словно к своеобразному алтарю, надеясь на милость богов. Но если в башню выносить книги запрещено, в этом зале можно скоротать время за чтением.

– Или же ему просто не с кем оставить сына? – Гааз тоже подошел ближе.

– Может. Неважно. – Лира откинула капюшон, золотистые волосы рассыпались по плечам. – Но я стараюсь верить, что в жителях Аргента еще живет тяга к знаниям. Прошу вас, садитесь.

Оглянувшись, Эдвин увидел, что почти все успели разместиться в комнате, притулившись в креслах и пуфиках, расставленных в хаотичном порядке. Уселся даже Сэт, стоять остались лишь Бася и Лорек, замершие у входа. Он пока ни разу не слышал, чтобы они разговаривали.

Юноша примостился на ближайший к окну стул, Лира садиться не стала. Обошла стол, облокотилась на него спиной, оперлась ладонями. И многозначительно посмотрела на Сэта.

– Начнем издалека… Итак, кто-то вызнал информацию о нашей встрече и даже выпытал пароль, пусть и намеренно неверный. Это лишь подтверждает мои слова о точке невозврата: все зашло слишком далеко. Заказ, который мы сделали в начале года, вовсе не является тайной. Вероятно, никогда ею не являлся. Обычно в такие моменты говорят, что время на исходе. Я бы выразилась иначе: мы уже живем в долг.

– Вы умеете красиво говорить, ничего не скажешь, – Гааз покачал головой, – но услышанное не радует.

– К слову о красивых словах, у этого вашего пароля есть какой-то смысл? – Ани нервно постучала ладонью по колену. – Что это за болтовня об изначальных и их тенях?

– Как ни странно, есть. – Сэт хмыкнул. – Лучшие пароли не имеют смысла вовсе, но тут все слишком уж красиво сложилось.

– И в чем суть?

– Гааз?

Старик вздохнул.

– Философское суждение. Байка, если хотите. Двое измученных жарой путников идут по южной степи и видят монумент, изображающий одного из изначальных. Единственный островок прохлады в этих землях, настоящее спасение. Приняв это за дар свыше, они останавливаются в тени памятника, преисполнившись блаженством. Но солнце ползет по небу, тень становится все короче и короче. Облегчение сходит на нет и перерастает в спор, кто же больше достоин находиться под сенью божьих даров? Покуда путники увлечены перепалкой, пытаясь вытолкнуть на свет оппонента, солнце достигает зенита, спасительный островок исчезает. Осознав, что головы вновь припекло, спорщики замирают в ожидании. Но монумент больше не отбрасывает тень.

Он помолчал. Неуклюже закончил:

– Концовка разнится. Но почти во всех интерпретациях в конце они погибают под гнетом пекла, так и не дождавшись спасения.

Эдвин почесал затылок.

– А мораль?

– Додумай. – Парацельс грустно улыбнулся. – Это же философия, смысл каждый найдет сам. Быть может, не стоит принимать дар богов как должное, а тем более делить его, ведь сам не заметишь, как лишишься приобретенного. Или же подобные вещи не предмет для споров, ведь подобное может разгневать святые силы. А может, и вовсе не стоило соблазняться сиюминутным даром. Или же…

«Некоторые любят все усложнять».

– Мы поняли. – Вор откинулся назад. – Так или иначе, правильный ответ придумал я. В бездну всю эту церковную болтовню. И изначальных – тоже. Лучше рискнуть всем и сдохнуть под жарой, чем улечься в тени и надеяться на чудо.

«Но если чуда не произойдет, умирать придется с сожалением на устах».

Последняя фраза внезапно разговорившегося шепота звучала донельзя печально. Эдвин поморщился.

Лира, глядя на Сэта, неодобрительно покачала голой, Ани выглядела озадаченной, но Парацельс лишь хмыкнул.

– Проблема, веками занимающая ученые головы, сиюминутно решена старым, мудрым Лисом. Надеюсь, и впредь мы будем брести по этой дороге столь же легко.

Вор отмахнулся от иронии, повернулся к паломнице.

– Город большой, вокруг много ртов и языков. А судя по тому, что я видел на пути в столицу, в этом дельце замешано слишком уж много людей. Ничего удивительно, что все случилось так, как случилось. Мы были к этому готовы. И будем готовы впредь.

При виде его ухмылки Эдвина осенило.

– Ты ведь не просто так привел нас именно сюда? Был уверен, что все пройдет совсем не гладко?

– Еще до того, как отправился в Теодору. Обычно конечную точку мне сообщают сразу. Здесь все иначе. И было логично предположить, что заказ оплаченный такой горой золота, неизбежно окажется крайне проблемным.

Эдвин повернулся к Лире.

– Кстати, откуда у вашего ордена столько денег?

– Столько – это сколько? – Ани заинтересованно покосилась на паломницу. Но та лишь улыбнулась и покачала головой.

Сэт продолжил:

– Мы могли бы встретиться в заколоченном подвале где-нибудь на окраине, но подобной тактикой руководствуются дураки. Как бы ты ни подготовился к возможным проблемам, тот, кто все организовывает, всегда оказывается в уязвимом положении, потому что не может полагаться на внезапность. В отличие от непрошеных гостей.

– А еще, чем более безлюдно место встречи, тем проще организовать ловушку. – Лира кивнула Лису. – Все эти доводы мне передали много месяцев назад, и я, признаюсь, отнеслась к ним скептически. Но ваш друг настоял на том, чтобы встретиться в центре города, среди людей. И оказался прав.

– А мне в ответ передали пожелания по всему остальному. Одежда, фраза, конкретное место, – Сэт пригладил волосы, – теперь многое прояснилось.

Паломница оправила одеяние. Вор криво улыбнулся ей, обращаясь ко всем остальным:

– Все остальное – мишура. Немного дезинформации здесь, чуток осторожности там…

– На протяжении всего пути не раскрывать нам подробностей – тоже план? – Гааз нахмурился.

– Порой лицо выдает больше, чем любые слова. – Лис покосился на него. – Зная как можно меньше, вы не могли отреагировать на любые внезапности никак иначе, кроме как искренне. Так и получилось. Принц до последнего был уверен, что мы в его сети, а не наоборот.