Виктор Фёдоров – Тень изначальных (страница 56)
На лице Сэта не дрогнул ни один мускул, девушка наконец закончила злорадствовать:
– Оставалось лишь бросить лошадей наверху и быстро спуститься по пешеходной тропе. Окажись ты здесь на день раньше, и все было бы кончено. Не повезло, правда?
Эдвин уже научился определять настроение главной по хватке на плече. Далия слегка перебрала пальцами, разглагольствование подчиненных ее явно не радовало. Но женщина предпочла смолчать. Может, надеялась вывести вора из равновесия? Вместо этого тот тихо ответил:
– Когда люди катились по этим уступам, с ног до головы покрытые кровью и грязью… Даже тогда дисциплина в наших рядах была куда выше, чем в твоем отряде, Далия.
Девушка с шелушащейся кожей оскалилась и открыла рот, чтобы ответить, но главная наконец вмешалась:
– Биайна, достаточно. – Та захлопнула пасть, однако продолжала буравить вора недобрым взглядом. Ее одноглазый родич ухмыльнулся, но больше для виду.
Парацельс внезапно подал голос:
– Позвольте мне осмотреть Эдвина. Бежать тут все равно некуда, только вниз с уступа. Нужно остановить кровь и обработать рану.
Казалось, к концу фразы у целителя кончился воздух в легких, последние слова он произнес хриплым шепотом. Пухлый криво ухмыльнулся, но хватку не ослабил. Юноша не увидел, а почувствовал, как Далия покачала головой.
– В любой другой ситуации я бы сказала да, мы не плохие люди. Но сейчас ваши жизни в руках Старого лиса. Стоило дважды подумать, прежде чем отправляться с ним вместе.
– Не плохие люди? – Голос Ани звучал надтреснуто, хотя даже так Эдвин явно прочувствовал весь вложенный в вопрос сарказм. Ой зря… Девушка в платке для порядка надавила чуть сильнее.
– Именно так, девочка. – Теперь Далия и не пыталась скрыть тоску. – Может, тебе сложно в это поверить, но эпоха диктует свои правила. Если хочешь обвинить кого-то – вини Лиса. Он залез туда, куда не следовало, и выкрал то, что должно было оставаться неприкосновенным.
– Медальон… Почему он так ценен?
Эдвин не узнал собственный голос. Он почти физически чувствовал, как время утекает, будто песок сквозь пальцы. Но женщина за спиной явно знала многое, куда больше, чем сам Старый лис. Слова сорвались с языка сами, слишком долго они ходили в потемках, сами не зная, ради чего несутся вперед. Веко вора едва заметно дернулось, словно заменив предупреждающий жест, который он явно хотел изобразить, но не мог на глазах у всех.
– Мальчик… Эдвин? Неважно. Мне больше нравилось, когда ты помалкивал. Что касается медальона… Я бы разделила понятия ценности и опасности. Может, сам подашь голос и расскажешь? – Она внезапно вновь обратилась к Сэту.
Впервые на лице вора отразилось нечто, похожее на замешательство. Он моргнул, обвел взглядом присутствующих, опять уставился на Далию.
– На вопрос парня тебе придется ответить самой.
– Меньше будешь знать… – В этот раз в голосе главной и правда слышалось облегчение; казалось, что неосведомленность вора была для нее правда важна. – Стоило поинтересоваться, что именно крадешь, Старый лис. Но я рада, что ты столь исполнителен, во всех аспектах.
Их диалог напоминал обмен загадками. Эдвин облизнул губы и тут же вздрогнул, надеясь, что Далия примет резкое движение за обычный испуг. Внезапно он понял, что беспокоит главную на самом деле. Плевать она хотела на то, сколько людей Сэт потащил с собой. И то, что медальон при них, она тоже не сомневалась, Старый лис выполнял свою работу добросовестно. Но не совсем…
– Мы слишком задержались. – Одноглазый обронил скупой намек.
– Не спорю. – Далия перехватила нож поудобнее. – Лис, пора выдвигаться. Я скучаю по восточным ветрам. В Срединных землях было слишком жарко.
Вор молчал. Не делал попыток уйти на ту сторону или броситься на врагов. Но молчал. Эдвин понял, что впервые у Сэта нет хорошего плана. Того самого, при котором все выживают. Это понимали все на плато. Противники напряженно хмурились в ожидании, но явно не сомневались в исходе. Гааз, бледный как покойник, не отрываясь смотрел на Лиса, словно пытаясь по воздуху транслировать ему собственные мысли. Юноша легко мог представить, о чем думает старый целитель. Не нужно геройствовать. Из глаза Ани выкатилась едва заметная слезинка. Задним умом он осознал, что нога больше не болит.
Пухлый обронил, обращаясь к главной:
– Говоришь для таких, как он, самое ценное – люди? Сейчас узнаем. – Он повернулся к Сэту. – Просто моргни и окажись в какой-нибудь глуши, подальше отсюда. Давай, это решит все проблемы.
Да, о талантах вора эти люди были осведомлены. Но явно не осознавали, что у всего есть свои пределы. Или нет? События последнего дня в Вествуде мигнули в голове яркой вспышкой.
– Мы все равно нагоним тебя, Старый лис. – Девушка с шелушащейся кожей нахмурила брови. – Но больше не будет обузы, которую ты потащил с собой.
Будто подыгрывая ее словам, девушка в платке перехватила нож поудобнее. Лис продолжал молчать. Ведь они знали то, чего так боялась, но пока не осознала Далия. Эдвин буравил вора взглядом, зная, что тот все понимает.
Быть может, Сэт бы так и сделал, в другой ситуации. Просто шагнул бы прочь, оставив на произвол судьбы каждого из них. Ведь контракт должен быть выполнен, а заказ доставлен.
Вот только иди все как по маслу, никто бы из них не оказался на этом плато. Но вор оступился там, где не ожидал никто. И гладкая позолоченная безделушка сейчас лежала у Эдвина в кармане пропитанных кровью штанов. И не потому, что он желал себе подобной судьбы. Просто главное условие не было выполнено. Медальон все же потрогал голыми руками один юный дурак.
Он вдруг ясно осознал, что некоторые вопросы главной были обращены вовсе не к Сэту. Просто она выбрала неправильного собеседника. Потому что тот, кто мог дать ответы, которых Далия так опасалась, пока не мог говорить в полный голос. Но лишь пока.
– Хорошо, я согласен.
Вор опустил руки, принимая правила игры. Хватка на плече чуть ослабла, остальные противники отреагировали по-разному: кто-то нахмурился, у некоторых на лице проступило удивление напополам с облегчением. По щеке Ани скатилась вторая слезинка, догнав первую.
– Я против.
Последние слова они произнесли в унисон, Эдвин не знал, чей голос разнесся по плато: шепота или его собственный. А потом Мир взорвался.
Эффект был таким, словно прямо под ним разорвалась пороховая бочка, только без огня, дыма и осколков. Земля сотряслась, камни покатились с утеса. Людей разметало по каменной площадке невидимым потоком силы, чужая рука наконец исчезла с плеча. Темноволосые брат и сестра просто исчезли из Мира, они не удерживали никого из спутников и стояли ближе всего к краю, обоих моментально унесло куда-то вниз, к далекой земле. Далию отбросило в ту же сторону, нож, только что прижатый к горлу юноши, со звоном покатился по земле.
Всех остальных тряска толкнула в сторону пешеходной тропы. Проще всего пришлось Ани, она и так лежала почти плашмя и лишь покатилась в ту сторону под неудержимым напором. Девушку в косынке с нее просто сдуло, она с хрустом впечаталась в каменную породу и со стоном сползла вниз. Гааза и пухлого мужчину унесло в ту же сторону; к счастью, противник смягчил падение, и целитель замер на четвереньках, очумело тряся головой.
А Сэт… Эдвин в очередной раз убедился, что мало найдется столь надежных людей. Вор не тратил времени на раздумья. Едва неудержимая сила понеслась в его сторону, вор исчез с пятачка, на котором стоял все это время. Одно движение век, и он возник прямо над валяющимся навзничь толстяком. Блеснул подобранный с земли нож, пухлый ушел в небытие.
Эдвин бросился вперед, инстинктивно схватил оброненное Далией оружие, в глубине души осознавая, что сам не понимает, что с ним делать. Адреналин бурлил в крови, но нападать внезапно стало не на кого. Он подкатился вплотную к Ани, схватил ее за плечо, перевернул.
– Ты в порядке?
Дыхание девушки сбилось, на лбу виднелись мелкие раны, нанесенные разлетевшейся каменной крошкой. Но она вяло кивнула, хлопая ртом, словно выброшенная на берег рыба. Вор, не тратя время, помог подняться Парацельсу, тот пострадал меньше всех, хотя все еще был крайне бледен. Юноша оглянулся вокруг.
Удивительно, но лошади были целы благодаря тому, что стояли чуть в стороне. Лишь хрипели и бесновались пуще прежнего. Девушка, до этого удерживающая Ани, постанывая, лежала у стены, не предпринимая попыток встать. Труп пухлого валялся неподалеку, больше никого из противников вокруг не было. Где же Далия? Упала вниз? Они переглянулись с Сэтом и, не сговариваясь, подобрались к краю.
Юноша наконец смог увидеть ту, что держала нож у его собственного горла. Главная была куда старше собственных подчиненных, на вид ей было лет сорок. Благородное лицо прорезали морщины, но это не делало ее старой. Скорее мудрой. В темных, вороньих волосах виднелись седые пряди, лицо покрывал загар, явно приобретенный в бесконечной гонке по Срединным землям. Крупный нос с горбинкой и тонкие губы довершали картину, придавая лицу оттенок высокородности.
Женщина мертвой хваткой цеплялась за камни, но ее туловище на три четверти висело над пропастью. Костяшки побелели, а под пальцами обозначились борозды, пара ногтей отлетела напрочь. Далия успела ухватиться за жизнь даже под ударом невероятной силы. Эдвин внезапно кивнул, как бы отдавая должное чужому мастерству. Словно почувствовав это, Далия подняла на него глаза, неожиданно пронзительно голубые. Голос звучал хрипло от натуги: