Виктор Фламмер – Они не люди. Книга вторая (страница 23)

— Принеси.

Анастасия послушно принесла бутылку и бокал.

— Кузя, ты проверил? Посторонних нет? Щелей в стенах?

— Он говорит, что нет. Та управительница, див. Она очень сильная. Почти как я.

А Кузя говорит, что ее запах ему чем-то знаком.

— Она не демон?

— Нет, — Анастасия покачала головой, — точно нет. На ней ошейник, я чувствую ее связь с колдуном.

— Значит, ее хозяин колдун?

— Да.

— Скорее всего, она чей-то фамильяр.

Аверин встал, дошел до уборной, вылил в унитаз половину джина, сделал небольшой глоток и прополоскал рот. Вернулся и поставил наполовину пустую бутылку на столик.

— Вот так. Теперь идем в зал, посмотрим на представление.

Они спустились вниз. На этот раз Аверин совершенно открыто опирался на плечо Анастасии. Добравшись до дивана, он уселся и велел Анастасии по-русски:

— Принеси мне кофе, коньяк и закуску какую-нибудь… нормальную.

Анастасия упала на колени, коснулась лбом его ботинок, поднялась и посеменила к стойке. Аверин снова восхитился ее игрой. Ни дать, ни взять — покорная рабыня-китаянка.

А на сцене уже вовсю развивалось действо. Шест, к счастью, они уже пропустили, но новое развлечение оказалось ничуть не лучше. На середину вывезли приспособление на колесах, с цепями и ремнями. Толпа восторженно взвыла — судя по реакции, гости знали этот номер.

Вышла дива, с ослепительной улыбкой поклонилась и залезла на постамент. Прикрутила ноги ремнями, потом просунула руки в петли наверху, затягивая их.

По залу прошелся служитель с коробкой, раздавая что-то зрителям. Подошел и к Аверину.

В коробке лежали серебряные дротики. Аверин молча взял два.

Заиграла музыка. И дива принялась двигаться в замысловатом танце, сдерживаемая ремнями и цепями.

Из зала полетел первый дротик. Девушка легко и грациозно уклонилась.

— Меткий глаз, косые руки, — заорал кто-то, и зал грохнул смехом. Многие зрители уже были изрядно пьяны.

Вернулась Анастасия с подносом. И расставила по столику кофейник, коньяк и блюдо с закусками.

— Рядом со сценой колдун в ханьфу. Он на вас всё время смотрит, — по-японски пробормотала она и налила кофе и коньяк.

Аверин взял бокал и скосил глаза. Мужчина в ханьфу смотрел на него. Он был бы похож на китайца, если бы не высокий рост и глаза. Отсюда не было видно, какого они цвета, но очевидно, что не карие — гораздо светлее.

— Нас засекли, — тихо проговорил он, — готовьтесь.

Кузя вытянулся на полу и показал на секунду когти. Его поза выглядела расслабленной, но Аверин знал, что из этого положения див легко развернется в любую сторону.

В том числе в сторону выхода, чтобы сбежать.

Насчет роли Кузи при планировании операции произошел настоящий скандал. Див ни в какую не желал покидать возможное поле боя, как Аверин ни пытался ему объяснить, что позвать на помощь и передать полученную информацию намного важнее. С большим трудом удалось доказать, что, приведя помощь, див защитит хозяина лучше, чем просто погибнув за него в бою.

Поэтому, если дело примет скверный оборот, у Кузи была инструкция немедленно бежать к яхте, по пути выпустив сигнальную ракету, спрятанную в фальшивом ошейнике. Увидев ее, дежурящие на ближайших островах полицейские должны немедленно оповестить Управление.

Допустил ли Аверин промах? Или этот «китаец» хочет получить себе Анастасию? А может, просто присматривается к незнакомцу с настолько сильными дивами? Причем сразу двумя?

Что же. Пока остается только ждать.

Дива на сцене успешно уклонилась еще от трех дротиков, музыка становилась всё громче.

— Кидайте, — прошептала Анастасия, — он не сводит с вас взгляда.

Аверин и сам понимал, что придется принять участие хоть в каком-то из предлагаемых «развлечений». Это, по крайней мере, выглядело довольно невинным. Поэтому он встал, взял дротик левой рукой и, размахнувшись, метнул его в бедро танцующей дивы.

Длинная игла вошла в ее плоть примерно наполовину. Девушка дернулась, но продолжила танец. Зато толпа взревела.

— Первый пошел!

Зазвенели бокалы. Аверин тяжело опустился на диван.

Тут же к нему подскочила всё та же официантка. На ее подносе стоял высокий бокал с коктейлем.

— Ваш приз, мастер, — она поклонилась.

Аверин взял бокал, отсалютовал им зрителям и сделал вид что пьет.

Потом посмотрел в сторону колдуна. Тот исчез.

Аверин откинулся на спинку дивана и принялся наблюдать за действом. Ждать пришлось недолго. Танец еще не окончился, как к нему подошла официантка.

— Господин, прошу простить, что отвлекаю, но с вами желают побеседовать. Не изволите ли пройти за мной?

— А тот, кто желает, не хочет ли подойти сам? — Аверин нарочито лениво отмахнулся.

— Прошу простить меня… но его светлость настаивает.

«Его светлость. Ох, бедная глупая девочка, ты не представляешь, как ты мне сейчас помогла».

— Ладно, раз и светлость, и настаивает… — он протянул руку, и Анастасия помогла ему встать.

— Полная готовность, — тихо проговорил он.

Втроем они снова направились за официанткой. На этот раз она повела их не вверх по лестнице, а прямо по коридору. И, остановившись перед шикарной резной дверью из красного дерева, открыла ее, с поклоном пропуская колдуна вперед.

За дверью оказалась роскошная приемная с обитыми кожей диванами и золочеными подсвечниками, утыканными красными и черными свечами. Обстановка приличествовала дорогому борделю. Аверин уже догадался, кто ждет его за золоченой дверью кабинета, видневшегося на другой стороне приемной.

Дверь открылась, и из нее вышла управляющая, та самая, в платье с высоким воротником. Догадка Аверина окончательно превратилась в уверенность.

— Прошу вас, проходите. Хозяин ждет вас. Ваших слуг, будьте любезны, оставьте в приемной.

Аверин мельком глянул по сторонам. Окно, наполовину занавешенное бархатной шторой, выходило на залив. Аверин взглядом указал на него Кузе.

— Оставайтесь здесь, — сказал он и шагнул в открытую дверь.

Дверь выглядела массивной. Что у нее внутри? Серебряная решетка?

Колдун, «китаец», сидел за столом в огромном кожаном кресле, больше похожем на трон.

— Присаживайтесь, Гермес, не стесняйтесь, — он указал на кресло напротив и улыбнулся.

Дверь захлопнулась. Женщина-див застыла рядом с ней.

Аверин осмотрелся. Окно тут тоже присутствовало, но с его обратной стороны виднелась резная решетка, без сомнений, серебряная. Значит, и насчет двери он не ошибся. В стенах, надо полагать, тоже серебро, как в Управлении. Эта комната — бункер, в котором можно отсидеться, если случится что-то серьезное.

— Рад вас видеть, — лицо хозяина кабинета выглядело вполне приветливо. Аверин улыбнулся в ответ и сел в предложенное кресло.

— И я очень рад видеть вас, Андрей. Надеюсь, ваш настоящий, — он подчеркнул это слово, — фамильяр нальет мне выпить? А то мой приз остался в зале. Жаль, лед растает, когда я вернусь.

На лице князя Рождественского мелькнуло удивление.

— Арина, налей гостю коньяк.

— Лучше водки. Мне доктор запретил пить коньяк.