Виктор Фламмер – Флаги над замками (страница 42)

– Ваше имя? Из какой страны вы прибыли?

Сандер поймал дежавю. Это прозвучало как пять лет назад, когда он впервые включил диск с японским аудированием. Он прищурился и четко проговорил по-английски:

– Я требую адвоката. И переводчика.

– Адвоката вам предоставят позже, – ответил полицейский на хорошем английском и повторил: – Как ваше имя?

– Александр Одоевский, – ответил Сандер и мстительно усмехнулся. Пусть сами гадают, что тут имя, а что – фамилия. Но не тут-то было. Этот коп был совсем не так прост.

– Из какой страны вы прибыли, господин Одоевский? – записав что-то в блокнот, поинтересовался полицейский и продолжил сверлить Сандера взглядом.

– Я могу узнать ваше имя? Звание? – осведомился в ответ Сандер.

– Конечно, – полицейский кивнул, – старший инспектор ГУП Мори Ватару. – Он достал черную корочку с какими-то значками и показал ее Сандеру.

– А, хорошо. – Сандер сделал вид, что впечатлен. – Я прибыл из России.

На лице полицейского не проявилось даже тени удивления. Он спокойно и это записал в блокнот, затем снова поднял взгляд на Сандера:

– Где вы были ночью вчера, позавчера и позапозавчера?

Блин. Им что, ноутбуки не выдают? Когда Сандера задерживали в Америке – все, что он говорил, сразу вносилось в общую базу данных.

…Или та девушка уже все рассказала? И то, что хочет услышать этот коп, в общую базу вносить не стоит?

– Я был в Токио. Приехал в Нагою сегодня в 9:34 утра. Можете проверить: в моем телефоне, который вы отобрали, есть электронный билет.

– Обязательно проверим. Когда вы прибыли в Японию?

– Неделю назад. Я прошу прощения, но, может быть, мне скажут, в чем меня обвиняют? Или в этой стране спасать девушек от бешеных животных противозаконно? – Сандер решил перейти в нападение.

– Хм. То есть вы утверждаете, что спасали девушку. Так?

– О… – Сандер перегнулся через стол. – А она что рассказывает?! Она что, не видела, кто на нее нападал? Или у меня есть клыки? Или, может, хвост?

Самым важным было узнать, что именно рассказала эта дама. Сандер уже понял, что все очень, очень непросто. Ведь и правда, не на свидание же ходила сотрудница полиции под стены Киёсу. А зачем? От этого зависит то, что ему самому следует говорить.

Но этот следак тоже оказался не промах. Он, пропустив мимо ушей все провокации Сандера, вновь записал что-то в свой блокнот и опять внимательно посмотрел на Сандера.

– Я бы сначала хотел услышать вашу версию событий.

– Сравнить хотите? – Сандер хмыкнул.

– Именно.

– Хорошо. Что вас интересует?

– Все. – Следователь не сводил с него пристального взгляда, продолжая сверлить глазами. Сандера давно было этим не пронять, но тут он почувствовал себя не очень уютно. И понял, что руки и ноги начинают потеть. Жарко. Почему-то стало очень жарко.

Черт. Трижды черт. Вот только этого не хватало. Сандер потер подбородок. Он брился позавчера, и на лице уже наросла изрядная щетина. Может, она и не очень бросалась в глаза, но ощущалась хорошо.

– А можно мне кофе? А то я сейчас засну прямо тут. – Он постарался улыбаться как ни в чем не бывало. Успокоиться. Да, этот человек опасен. Но Сандер не сделал ничего дурного.

– Да, конечно. Вам принесут. – Полицейский встал, выглянул за дверь и что-то тихо сказал по-японски тому, кто стоял снаружи. А вернувшись, снова сел за стол. – Итак, я вас слушаю. Что вы делали ночью возле замка Киёсу?

– Гулял. Мне нравятся замки ночью. Я даже видел Оду Нобунагу! – Сандер решил, что это будет хороший ход, и, похоже, попал.

– Вот как? И что же он делал? – Вот теперь на лице следака появилась настоящая заинтересованность. Сандер мысленно поставил себе плюс.

И жара внезапно спала. А, ладно, первый раз, что ли?

– Он врезал мне копьем, а я упал. А потом ваша девушка меня разбудила.

– Понятно. Рассказывайте, что было дальше.

Сандеру показалось или он увидел на лице этого серьезного японца легкую тень улыбки?

– Ну вот. Я проснулся, хотел вызвать такси. Потом вижу: огромная псина, и прямо на девушку. Я же не знал, что она из полиции. Девушка, не псина. Я давай орать. Побежал туда. Псина – на меня. Я бежать. А там даже палки никакой нет. Потом ба-бах – грохот, и фонари погасли. А псина, видать, испугалась и смылась куда-то. Я девушке помочь хотел – вдруг ранена, а на меня – наручники. Так за что?

– Хорошо, благодарю за откровенность. И вы не отдавали… хм… собаке никаких команд?

– Что? А-а-а… – Сандер хлопнул себя по лбу. – Вот оно что! Да, я кричал ей «фу, нельзя» сначала по-русски, потом подумал: это же японская собака, поэтому начал кричать «най, най»! – Сандер замахал руками и изобразил, как именно он кричал. – А она решила, получается, что это мой пес? Так это, проверьте, я собак с собой не привозил. И тут не покупал и не подбирал. Да я утром приехал – когда бы успел?

То, что его словесный поток никто не останавливал, Сандер счел хорошим знаком. Тем более что следователь явно о чем-то крепко задумался. Но облегченно вздыхать было еще рано. Что же рассказала девушка? Или с ней разговаривал кто-то другой? Но в любом случае, если что – пусть именно ее считают больной.

…А может, она и правда была в таком шоке, что просто ничего не заметила? Или решила, что ей показалось?

– Хорошо… – полицейский тем временем закрыл блокнот, – буду тоже с вами откровенен. Мы расследуем серию убийств. Очень жестоких убийств. Жертв уже три. И если вы говорите правду, то без вашего вмешательства их было бы четыре. А если вы лжете… – он потер переносицу, покачал головой и вдруг наклонился и едва не ткнулся носом в кончик носа Сандера, – …а вы лжете. Не стоит. – Голос был тихим, но слова упали на стол, как куски свинца.

Сандер скривился:

– Так вот оно что. Кто-то натравливает свою псину на людей, а вы не можете понять, кто? А зверюга рвет людей в куски? Но я к этому точно не имею отношения. Проверяйте, – он растопырил руки ладонями вверх, – я полностью чист.

– Ясно, – следователь встал, – зря я был с вами откровенен. Вы турист, и вам безразлично, сколько еще япошек будет «порвано на куски». Заплатите штраф и с утра пойдете гулять дальше. – Он поднял со стола блокнот и шагнул к двери.

– Эй! – Сандер возмущенно махнул рукой. – Штраф-то за что?

– За распитие спиртных напитков в общественном месте. – Следователь обернулся, и да, Сандеру не показалось, теперь на его лице была легкая усмешка.

Сандер тоже приподнялся:

– Значит, хотите правды? – Он широко улыбнулся.

Полицейский замер и медленно повернулся к нему:

– Говорите.

– Это была ни черта не собака. Это была гигантская лиса. Впрочем, можете считать, что я пьян и мне приснилось. Доброй ночи, – добавил он по-японски.

– Благодарю вас. – Следователь Мори кивнул и вышел из комнаты для допросов.

А Сандер прикрыл глаза. Проклятье. Когда его отведут в камеру? И дадут поспать?

Ватару нашел Укё в курилке на улице. Тот стоял, прислонившись к стене, и задумчиво раскуривал трубку. Ватару достал было сигареты, но, передумав, сунул их обратно.

– Быстро ты обернулся.

– Да, один патрульный был так добр, что доставил меня туда и обратно на машине.

– Отлично. Парня я допросил.

– И я так понимаю: это не он, – медленно и задумчиво произнес Укё, выпустив вверх круглое красивое кольцо дыма.

– Конечно, нет. Сержант Кимура видела и его, и мононоке одновременно. Она решила, что он хозяин, но мы-то знаем, что это не так. Кроме того, в плане силы он чист.

– Вот как? – Укё неторопливо опустил трубку, наклонил голову и глянул из-под очков, прищурив глаза. – И что же рассказал этот чистый человек?

– В чем дело, Мунэхару? – Ватару подошел почти вплотную. – Что ты там увидел?

– Так что же?

– Он рассказал, что это была лиса. Под конец разговора сказал – я немного надавил на его совесть. И он перестал врать про собаку.

– Вы уверены, что у него есть совесть? – хмыкнул Укё и поправил очки.

– Конечно. Человек на чужой земле кинулся спасать незнакомую девушку – у этого человека она точно есть. Но мне больше интересно, почему про собаку соврала сержант Кимура. Я понимаю: отчет, но я говорил с ней сам. Впрочем, она фонари взорвала – может быть, и правда не видела, кто нападал.

– …Или видела куда больше, чем мы думаем…