Виктор Фламмер – Флаги над замками (страница 41)

Здоровенный пес. Неестественно громадными прыжками он настигал девушку, а она словно и не слышала ничего, продолжала идти.

– Эй! – заорал Сандер, чтобы предупредить. Но опоздал. Собачье тело мелькнуло в воздухе, сшибая жертву с ног. До ушей Сандера донесся громкий вскрик.

– Эй! – снова заорал он и бросился вперед. – Фу! Нельзя… – Он осекся и заорал по-японски: – Нельзя! Пошел вон! Фу!

Успеет ли? За левым ухом гудело уже оглушительно.

– Пошел вон! – орал Сандер, приближаясь, и, о чудо, пес отскочил от своей жертвы, поднял голову и оскалил клыки.

…Никакая это не собака. Это была огромная, размером со взрослого человека, лиса. Сандер обалдел. Нет, он точно ничего не путал. Он повидал в своей жизни достаточно лисиц, даже собственными руками ловил в курятнике лисенка.

– Это что за хрень?.. – воскликнул он на родном языке.

А гигантская лиса, рыча, пятилась от него. Глаза ее полыхали красным светом. И вдруг она присела и прыгнула. Затылок обожгло пламенем. Гудение превратилось в глухой рев. Лиса, перескочив через его голову, метнулась в сторону. Отчетливо запахло паленой шерстью. Еще прыжок – и зверь остановился, повернувшись. И вдруг между ними полыхнул темный огненный шар. Набирая скорость, он помчался к чудовищу, но лиса, невероятным образом перевернувшись в воздухе, отскочила в сторону, и внезапно налетевший сильнейший порыв ветра едва не снес Сандера с ног.

– Ах ты дрянь! – Сандер кинулся вперед.

Огненный шар развернулся и уже без разгона врезался прямо в бок зверюги. И рассыпался искрами.

Лиса взвыла. Ее шерсть заполыхала, распространяя вокруг отвратительную вонь, и вдруг за спиной Сандера начали взрываться фонари. Он прикрылся руками, не зная, в какую сторону бежать. А лиса тем временем каталась по земле, вереща и пытаясь сбить пламя. Ветер стих. Снова раздалось гудение, и возле головы Сандера появился еще один огненный шар.

Лиса вскочила с земли, ее алые глаза выстрелили в Сандера, и она метнулась ко рву. Раздался всплеск, и зверь скрылся в темноте.

Огненный шар уменьшился в размерах и исчез. Сандер вздохнул и прижал руки к открытому рту. Потом наклонился, упер ладони в колени и стал дышать, глубоко и медленно. Затем выпрямился и оглянулся: девушка, судя по всему, была цела. Она сидела возле моста и дико озиралась по сторонам. Сандер отвернулся. Все равно надо вызывать скорую. У нее может быть шок или что-то сломано. Он вынул телефон и нажал кнопку вызова на последнем звонке.

– Ёситада, – воскликнул он, когда трубку наконец сняли, – тут творится полная чертовщина. Как мне вызвать скорую? И, наверное, полицию.

– Полиция, – раздалось у него за спиной.

Сандер оглянулся и опустил телефон.

– Полиция, – повторила девушка, поднимаясь на ноги и роясь в сумочке. И, подойдя к нему почти вплотную, вытащила оттуда и продемонстрировала полицейский жетон. А в следующий миг на его руках защелкнулись наручники.

– Ёситада, меня тут арестовали, я перезвоню, – сказал Сандер, вновь поднеся телефон к уху, затем наклонился к девушке, спросил: – Эй?.. Что тут происходит?

Сон. Это внезапная, непредвиденная роскошь, особенно когда ведешь расследование. И не того, как ревнивый молокосос полоснул ножом по горлу девицы, крутившей, кроме него, еще с двоими, – все эти человеческие страсти понятны и просты.

Другое дело то, что движет теми, кто покинул этот мир. Их – как понять? Как предугадать, что они чувствуют, чего хотят? «Хочешь поймать преступника – думай, как он».

…Для этого как минимум нужно умереть.

– Мунэхару?

Кажется, его напарник задремал над ноутбуком. Ватару поднялся с кресла и, потянувшись, зевнул.

– Послушай. А вот ты… Тебе никогда не хотелось отомстить?

– Мне? – Укё поморгал, окончательно просыпаясь, и закрыл ноутбук. И повернул голову. – Мстить? Кому?

– Ну… например, тому же Тоётоми Хидэёси. Он ведь подло обманул тебя, разве нет?

Укё вздохнул и задумался:

– Нет, не думаю. Да и родился я через шесть лет после его смерти. А когда начал что-то вспоминать – мстить было уже некому. Последнему потомку его рода отсекли голову под Осакой.

– А Токугава? – Ватару заглянул в чашку с давно остывшим кофе и печально вздохнул.

– А что Токугава? Давайте будем честны: Мори Тэрумото сполна заслужил то, что получил. А насчет всего остального – разве мы не взяли реванш в 1867 году? – Укё едва заметно усмехнулся. – Прошу прощения. Я плохой советчик в вопросах, связанных с мстительными духами.

– Тогда, может, позвонишь и поговоришь?

– Нет. – Укё вскочил, пожалуй, излишне резко и вышел на кухню. – Я сварю кофе. – С этими словами он скрылся за дверью.

Ватару посмотрел ему вслед.

И снова открыл таблицу. Мононоке. Мстительный дух, обиженный кем-то и когда-то. Люди, которых он убивает, никак не связаны с тем, кто нанес ему обиду. Они лишь средство для осуществления мести. Пища, которая дает ему силу. Так кто же объект ненависти? Если понять это, можно остановить мстительное существо.

…Самое главное сейчас – узнать, как ему удалось выманивать жертв. Ватару как следует просмотрел выписки звонков – последние были сделаны из автоматов недалеко от мест убийств. Проклятие. Да кто вообще до сих пор пользуется автоматами? В эпоху мобильных телефонов? Эх, как бы упростилась жизнь следователей, если убрать с улиц этот бессмысленный анахронизм…

Телефон зазвонил внезапно, как насмешка над его мыслями. Тренькающий звук, как на старых стационарных аппаратах. Ватару много раз порывался поставить какую-нибудь новомодную мелодию, но…

…но не воспринимал современные рингтоны, хоть ты тресни. А ведь ему всего тридцать шесть. Имеет ли он право осуждать тех, кто пользуется телефонными будками?

…Имеет, если это убийца, заметающий следы.

– Да, я вас слушаю. – Он поднес телефон к уху. Видеозвонки его раздражали, несмотря на повсеместную популярность.

– Господин Мори…

Услышав голос инспектора Итами, Ватару окончательно проснулся. От легкой расслабленной дремоты ожидания не осталось и следа.

– …У нас выживший. И – подозреваемый. Мы уже едем в участок.

– Что? Было еще нападение?

– Да. У замка Киёсу. К счастью, объектом нападения стал наш сотрудник. Никто не пострадал.

– Вот как. Подозреваемый?

– Иностранец. Подъезжайте как можно быстрее.

Пи-ип…

Ватару опустил телефон.

– Мунэхару!

– Да? – Укё высунулся из кухни. – Я только порошок засыпал.

– К ёкаям порошок. Было еще одно нападение.

– Что?!

– А чему ты удивляешься? Три дня – три трупа. Сегодня четвертый.

– Отлично. Срочно едем туда. Я осмотрю труп и место, пока следы свежие. Или они опять убрали все? Где это?

– Опять Киёсу, ты не поверишь. Но извини, что расстраиваю, – трупа нет.

– Как нет? А куда он делся?! – Укё вышел из кухни и скинул халат. Снял с вешалки рубашку и совершенно спокойно принялся застегивать пуговицы. – То есть жертва выжила, так? Это прекрасно.

– Более чем.

Ватару взял из шкафа свой костюм и прошел в ванную.

– Там еще подозреваемый есть. Они взяли кого-то, – сказал он, закрывая за собой дверь.

– Идиоты, – громко, чтобы он слышал, воскликнул Укё. – Если они спугнули мононоке – я, пожалуй, пересмотрю свое отношение к мести.

То, что сняли наручники, уже было неплохо. И это означало, что есть надежда выйти под залог или под подписку. Сандер огляделся по сторонам. Не то чтобы он первый раз был в комнате для допроса – приходилось влетать и в Америке, и даже дома, по малолетству, но кто знает, как с этим дела обстоят в Японии? Будут ли бить, например? Сандер серьезно опасался, что номер, как тогда, в Приморском РУВД, когда внезапный пожар списали на неисправность электропроводки, здесь может не пройти.

Тем более если эта девушка-полицейский расскажет обо всем, что она видела. И тут самое главное – поверят ей или нет. Впрочем, а что он знает об этой стране? Может, здесь лисы размером с теленка и парни, швыряющиеся файрболами, – обычное дело?

Если верить аниме – так и есть. Но Сандер аниме не верил. Поэтому решил, что отпираться будет до последнего. Зря он, что ли, удирал из Миёгё, когда в голове неожиданно загудело под напором бешеного монаха?

М-да-а… если бы он нечаянно спалил храм, то было бы весьма затруднительно выйти под залог. Если здесь, конечно, вообще существует подобная система. Надо было хоть почитать перед отъездом. Ведь понятно же, что рано или поздно он в местную ментовку загремит.

Дверь открылась. Сандер поднял голову и едва сдержал усмешку. Местный коп, который зашел в комнату для допроса, словно сбежал из популярной дорамы. Серьезный, в идеально сидящем костюме, с тщательно повязанным галстуком, он, явно отрепетированным движением, сел на стул напротив и вонзил в Сандера стальной взгляд.