Виктор Доценко – Король Крыс (страница 10)

Тишину окраины, словно бензопилой, прорезало гортанное и резкое:

Стоять!

Угрожающе клацнул автоматный затвор, а качок, толкнув торговку в лужу, зайцем поскакал в сторону «девятки». Кактус уже заводил двигатель.

Стоять, сукин сын! — фальцетом крикнул второй милиционер, доставая из кобуры табельный «Макаров».

Грабитель метнул в сторону милиционера испуганный взгляд, однако на этот раз не растерялся: раздался одиночный выстрел — заряд дроби вырвал из рукава форменного бушлата ватный клок, отлетел в лужу погон. От неожиданности сотрудник милиции едва не выронил свой автомат.

Тем временем второй патрульный, догнав налетчика, ловким ударом выбил из его рук обрез и, вдавив автомат в грудь, скомандовал:

Спокойно, паскуда!

Первый, наконец придя в себя, непонятно для чего выстрелил в воздух, и выстрел этот гулким эхом отразился от ближайших девятиэтажек.

А из «уазика», расстегивая на ходу кобуру, уже выбегал третий — видимо, он не сразу понял, что произошло на площадке перед киосками, и потому замешкался.

Казалось, незадачливого Валерика не спасет уже ничто. Трое вооруженных стражей порядка против одного обезоруженного бандита. Теперь Валерик мог рассчитывать лишь на чудо.

И чудо, как ни странно, произошло.

Внезапно перед киосками, словно чертик из табакерки, вырос невысокий мужчина: спортивная жилистая фигура, худое лицо, благородный высокий лоб, точный и строгий взгляд серых глаз, окруженных сетью морщинок.

Эй, командир! — как ни в чем не бывало крикнул он старшему милицейского наряда. — У тебя прикурить не найдется?

Вопрос прозвучал столь неожиданно и нелепо, что милиционеры растерялись. Опасная операция по борьбе с организованной преступностью, сопряженная с риском для жизни, геройское задержание грабителя и — такой суетный вопрос: «Прикурить не найдется?»

Вооруженный АКСом патрульный, подняв взгляд, лишь ответил сипло:

На хер пошел! А то и тебя сейчас за…

Он не успел договорить: страшной силы удар в ухо — и мент плавно, словно в замедленной киносъемке, свалился на грязный асфальт.

Клацнуло железо автомата, и менты, словно позабыв о своих «Макаровых», с рычанием набросились на незнакомца.

Дальнейшие события разворачивались с калейдоскопической быстротой: ничего не понимающий Валерик и киоскерша, несостоявшаяся жертва ограбления, от удивления аж рты пораскрывали.

Сперва незваный защитник грабителя ларьков умело выбил пистолет у того милиционера, что стоял слева от него, — его напарник уже вскидывал свой «Макаров», но нападавший перехватил его руку и, грамотно заломив ее за спину, бросил сотрудника лицом на ближайший киоск. Веселое дзиньканье разбитого стекла витрины заглушило тупой удар падающего тела, и мент мгновенно затих.

После этого незнакомец обрушил град ударов на милиционера, обезоруженного секунду назад, и парень, уткнувшись лицом в лужу, сразу же отключился.

Сорвав с шеи лежавшего на земле милиционера автомат, победитель сверкнул глазами на Валерика:

Ствол свой забери!

А? — не понял тот.

Идиот, там твои пальчики! — Рассовав по карманам милицейские пистолеты и подхватив обрез, неизвестный легонько подтолкнул незадачливого налетчика: — Сваливаем!

Дважды повторять не пришлось. Спустя несколько секунд и спасенный, и спаситель открывали дверцы грязно–бежевой «девятки».

Сам поведу! — жестко и властно скомандовал незнакомец.

Втолкнув сидевшего на водительском месте Кактуса в глубь салона, на колени соседа, он уселся за руль; Валерик с двумя стволами плюхнулся рядом с Серым.

Взвизгнула резина протекторов, оставляя на асфальте грязно–черный след, и машина понеслась от места происшествия — редкие встречные автомобили испуганно прижимались к тротуару.

Видимо, избитые патрульные быстро пришли в себя, сообщив по рации на центральный пульт и всем дежурным машинам о происшествии, — во всяком случае, уже через несколько перекрестков автомобиль грабителей пытались задержать.

Под светофором, мигающим желтым, стоял милицейский «форд» в полной боевой раскраске. Из установленного на крыше громкоговорителя неслось свирепое:

Автомобиль ВАЗ-2109, немедленно к бровке! Автомобиль ВАЗ-2109…

Хрен тебе в жопу, — сердечно посулил сидевший за рулем и, заметив, что «форд» намеревается выкатить наперерез, взял немного влево.

«Девятка» стремительно неслась по пустынной улице микрорайона — стрелку спидометра зашкаливало за сто. Желтые конусы фар выхватывали из туманного полумрака углы зданий, фонарные столбы, редкие грузовики, припаркованные на обочине машины. Район уже отходил ко сну — лишь кое–где зашторенные окна подкрашивались неверным синеватым светом мерцающих телевизоров да зеленоватым — торшеров и бра.

Сидевшие в салоне грабители молчали — безусловно, никто из них не мог предположить столь неожиданного поворота событий. Кактус, громоздившийся на коленях Шмаля, выглядел потерянным донельзя: наверное, он мысленно клял себя за то, что не послушался Валерика и не перенес ограбление на завтра.

Похоже, незнакомец прекрасно ориентировался в этом районе, а потому, проскочив еще несколько перекрестков, нырнул в темный сквозной двор и, покрутившись в тумане между домами, неторопливо выкатил на параллельную улицу.

Неожиданно где‑то, как показалось беглецам, совсем рядом полыхнула милицейская мигалка, и срывающийся голос, усиленный громкоговорителем, заставил пассажиров «девятки» вздрогнуть:

Козлы, остановиться, кому сказано! Или стреляем, блядь! — Видимо, нервы сидевших в «мусоровозе» были взвинчены до предела, и потому после прозвучавшей команды громкоговоритель разразился хорошими и не очень хорошими русскими словами.

В «девятке» все разом, обернулись: метрах в трехстах стояла милицейская «пятерка».

Удивительно, но на сидевшего за рулем милицейская команда не произвела никакого впечатления; лицо его оставалось спокойным и непроницаемым, как дамба. Пронзительный скрип тормозов, резкий поворот руля — автомобиль развернуло на сто восемьдесят градусов, и машина, вспарывая дальним светом рваные клочья тумана, понеслась навстречу ментам. «Девятка» шла в лобовую — улица была неширокой, с односторонним движением, и чтобы избежать столкновения, «пятерка» свернула на тротуар.

Когда до «мусоровоза» оставалось не больше двадцати метров, водитель «девятки» резко затормозил и, протянув руку назад, к Валерику, скомандовал:

Автомат давай!

Тот, словно завороженный, медленно протянул вперед АКС.

Рывок дверцы, и незнакомец, вскинув «Калашникова», выскочил из салона. Оставшиеся внутри изумленно следили за его действиями — выверенными, отточенными, быстрыми, но в то же время несуетливыми: ни одного лишнего шага, ни одного лишнего движения.

Мгновение, и вечернюю тишину улочки пропорола гулкая автоматная очередь. Заклацали по асфальту свежеотстрелянные гильзы, с треском осыпалось лобовое стекло милицейской «пятерки», из развороченного радиатора повалил густой белый пар, но спустя секунду эти звуки заглушили крики и стоны находившихся в машине.

Свежий ветерок колыхал тюлевую занавесочку на окне кухни. Отсюда, с последнего этажа, тускло освещенный двор был виден как на ладони: пустынная детская площадка, мусорные баки, припаркованные на ночь машины.

Невысокий мужчина с вытатуированными на руке церковными куполами поднялся с табуретки и, подойдя к окну, опасливо выглянул наружу.

Ну что, Шмаль, никого? — глухим голосом спросил Кактус.

Да тихо вроде. — Шмаль отошел от окна и, усевшись за стол, взглянул на незнакомца исподлобья.

Сразу после расстрела милицейской машины, всего полчаса назад, этот загадочный человек повел себя так, словно всю жизнь воевал на московских улицах. Бросив автомат в салон «девятки», он вновь сел за руль и после непродолжительного ралли по окрестным дворам остановил автомобиль на пустыре в полукилометре от этого дома.

Ваша тачка? — коротко спросил он у Кактуса и, узнав, что автомобиль угнан специально для дела, дернул капот и, отсоединив бензиновый шланг, грамотно поджег машину. — Там отпечатки пальцев, — предвидя естественный вопрос, спокойно объяснил неизвестный свои действия.

Вскоре все пятеро уже были тут, на квартире Шмаля. То, что незваный спаситель очутился вместе со всеми, выглядело вполне естественно.

Однако было непонятно, откуда вообще взялся этот загадочный тип?

Почему он с риском для жизни вступился за людей, которых прежде никогда не видел?

Почему, в конце концов, чересчур борзый?

И вообще — кто он такой?!

Бросив в сторону незнакомца настороженный взгляд, Кактус поинтересовался:

Зачем ты нам помог?

Я не люблю, когда трое бьют одного, — последовал ответ. — Зато люблю, когда один бьет троих. Особенно если это менты.

Столь замечательная жизненная позиция не могла не вызвать восхищения.

От кента возвращался, — спокойно продолжал спаситель, — сигареты кончились. Подошел к киоску и вижу — мусора на вашего пацана наезжают. У того — проблема. Да и мент тот меня послал. Ну и пришлось ввязаться.

Извини, а ты вообще‑то кто? — осторожно перебил Шмаль.

Человек, — последовал спокойный ответ.

Ну, это понятно. А как тебя звать–величать, кто ты конкретно?

Казалось, человек только и ждал этого вопроса.