Виктор Буйвидас – Проверка экватором (страница 6)
Тимур Георгиевич с хрустом всунул сосиски пальцев в пакетик с мускатными орешками и, счастливо всем улыбаясь, заявил:
– Поздравляю всех нас с отменой масочного режима! Ну, что накопали, братцы, свободно дыша?
Аналитик Метлицкая поправила изящной рукой белокурую волну волос и стала бодро повествовать, поглядывая в записи в блокноте:
– Данные Гольцова и Покатышева указывают на героиновую диверсию через Дальневосточные ворота. В Россию поступило около восемнадцати тонн «геры» и немного кокса, то есть примерно тонны две. Мелкие партии уже попали в руки полиции на уровне пушерской сети в средней полосе РФ. Общий объем изъятого вещества незначителен. Чек на одну дозу после разбодяжки составляет одну десятую грамма. Такого количества наркотика вполне достаточно, чтобы число наркоманов в стране увеличилось примерно в 45 раз. За полугодичный период цена чека снизилась многократно. Дозу уже можно купить в Москве всего за пятьсот рублей. Хотя цель наркотрафика пока в тумане. Интерпол серьезно озабочен, ведь в Европе также ощутили приток наркоты с Востока.
– Ну, это нам известно от Руфа, то есть Руфинова, – Барышева нетерпеливо перебила аналитика. – В чем там у нас вся каверза?
– Мда, – чмокнул губами Ваулин. – Где там собака? Где зацепка? Где печка, от которой запляшем?
– «Собака» оказалась в перьях, – чуть смутившись, сказала Светлана. – В Приморье отдел по контролю за оборотом наркотиков взял крупного пушера при передаче. В упаковке было три кило чистого «китайца» и кэ-гэ кокаина. В белом порошке нельзя было пропустить несколько серых перышек. Профессор-орнитолог Астраханцев уже дал заключение, что перья принадлежат нелетающему баклану с Галапагосских островов. Это ЭНДЕМИК – на шарике птица существует только в названном регионе. Живет оный баклан практически всего на двух островах. Может гнездиться почти в любое время года, поскольку сезонность климата практически отсутствует. В течение года баклан размножается несколько раз, обычно с тем же самым партнером на прежнем месте. Самочка, при смене партнера на гнезде, каждый раз подносит ему пучок водорослей в качестве символического подарка для налаживания семейных отношений.
– Я сейчас тебе фитиль вставлю за налаживание долгого доклада! – Барышева строго попеняла Метлицкой и закурила сигарету, щелкнув газовой зажигалкой.
– Но, Людмила Александровна, эта инфа вся в масть! – твердо возразила аналитичка.
– Света, грубо продолжай, раз всё в тему, – благосклонно разрешил Ваулин.
Польщенная женщина жеманно кивнула и заворковала дальше:
– Галапагосский баклан – это редкий вид, численность его популяции не больше восьми сотен пар. Раньше птицы обитали только на Фернандине и западном побережье Изабеллы, сейчас поселяются и на восточном. Они постепенно восстанавливают численность после Эль-Ниньо в конце прошлого столетия. Эль-Ниньо – это аномальное потепление поверхностных вод…
Ваулин нетерпеливо почесал затылок и поразмыслил вслух:
– Вывод напрашивается тут один: раз перья попали в упаковку, значит, наркотики прибыли в Россию из того региона. Галапагосы для отправки судна не подходят. Там нет порта, туда отправляются только мелкие туристические катера. Теоретически птиц могли переселить на какой-то остров поблизости, где они прижились.
– Найти место отправки можно, только побывав в Эквамадоре, а именно надо лететь в Куаягиль, – резюмировала Людмила Александровна. Барышева встала и уперла указательный палец в точку на большой карте мира, висящей на стене. – Кто отправится, тоже понятно. Выбор у нас небольшой.
– Сегодня стоимость четырех тонн кокаина на европейском черном рынке равняется одному миллиарду евро! Героин в два раза дешевле. – Метлицкая завершила доклад ударной фразой.
– Стафф – это не только зашкварный глюк, но и крутые евры! – Ёрник Саша Коротич соорудил на лице смешную гримасу и вальяжно развалился на диване.
– Разрешите продолжить? – Метлицкая сказала предельно строго, провеверив в зеркале прямоту осанки.
– Конечно, Светлана Сергеевна, – кивнула ей Барышева, пыхтя сигаретой.
– Теперь по стране заброски, – Света открыла на столе планшет «Эппл». – Менталитет эквамадорцев соответствует по шкале ай-кью где-то 80 единицам, то есть люди там живут, преимущественно, простые. Выбранный архитип Ростислав Куров – ныне Рай Кури – идеально подходит для роли «слепого». Если бы у нас было время…
– Но времени у нас нет, – снова проявила нетерпение Барышева. – Легендировать «опекунов», которые бы его вели, мы не успеваем. Наташа, что у тебя?
– Обьект внушаем. Я немного проверила, – подобравшись на кресле, с вызовом заявила красавица Зубова.
– В чем дело? Ты входила в контакт? – Очки чуть не свалились с носа Барышевой от нагрянувшего на неё раздражения.
– Извините, Людмила Александровна, – Наташа изобразила на лице раскаяние. – Чисто случайно. Всё получилось спонтанно. Конечно, я виновата, зато удалось узнать нечто весьма полезное.
– Чтобы больше без приказа!.. Правило БС никто не отменял!!!
– Люся, стоп! Так что там за новости? – Ваулин потушил вулкан страстей слегка экзальтированной подруги.
– Дело было так, – Мастерица альфа-гипноза стала излагать факты. – Объект забрел в Пушкинский музей. Вокруг почти никого. Я остановилась в том же зале. Смотрю на Матисса. Паря сам подошел и заговорил. Он давно-де не был в Москве, всё такое-растакое. Между нами быстро возникла теплая атмосфера. Он весь раскрылся, убрал защиту. Я чисто машинально ввела его в гипнотранс и стала задавать стандартные вопросы.
– Давай по существу, – скривила тонкие губы Барышева.
– По существу, господин Рай Кури приехал на историческую родину к матери, отец уже умер. Рай назвал адрес. Я проверила, всё точно. Здесь пробудет месяц. Затем перелет в Мито – раз. Запланирована смена места жительства – два. Рай уже договорился с редактором газеты в городке Санта-Елена. Он приезжает туда и начинает трудиться в издании корром. Название «Сенсации века». Редактор – Алехандро Нуньес.
– Следовательно, там его ещё не видели? – Людмила Александровна лукаво сузила глазки за стеклами очков.
– Нет, не видели. Он только прислал этому Нуньесу краткое резюме по интернету. В Мито парень трудился в таблоиде «Универсо».
– Отлично! – довольно потерла ладошками Барышева.
– А имейл? – Ваулин даже подался вперед от великой надежды, захватившей всё его существо.
– Обижаете хрупкую девушку, Тимур Георгиевич! – Светящаяся от радости гипнотизер и агентесса Зубова провозгласила с победной нотой. – Кури 77, собака, инбокс, Эквамадор. Пароль: пичинта.
– Вот где собака! – Ваулин выскочил из-за стола и чмокнул в щеку зардевшуюся брюнетку с умопомрачительной фигурой. – Вот где инбокс!
– Ой, Тимур Георгиевич, вы меня конфузите, – Коварная искусительница кокетливо пропела, лопаясь от самодовольства.
– Я пошла потрошить его ящик? – Субтильная Света Метлицкая величаво поднялась и посмотрела явно презрительно на фигуристую, грудастую Зубову.
– Да-да, Светланочка! – Тимур Георгиевич галантно взял её за локоток и горячо зашептал: – Скачай всё, разложи по полкам и дайджест кати по сети нам с Люсечкой. Хорошо?
– Понятненько, – Метлицкая пропела в тон и удалилась, чуть виляя бедрами, стянутыми моднейшей юбкой из раскрашенного вручную шелка.
– Ну, что ещё выведала? – забыв про недавний гнев на подчиненную, с интересом спросила Людмила Александровна.
– Собственно, всё. – Наташа пожала оголенными покатыми плечами. Она была просто неотразимо сексапильной девушкой. – Я вывела его из транса, извинилась, сказала «спешу», и адью.
– Кури потом не восстановит суть контакта?
– Нет. Вряд ли. Он весь полностью был в моем поле, я дала в финале установку «всё забыть». Нет, Рай Кури ничего не вспомнит. У него в мозгу осталась мимолетная встреча с незнакомкой, две брошенные невзначай пустые фразы и всё.
– Саша, ты там всё намотал? – Тимур Георгиевич уселся за стол.
– А то! – Коротич подмигнул Наташке. – А куда делась наша Ранетка? Она бы сыграла роль моей пассии.
– Ранетка еще учится в «Консерватории». Пока обойдешься без сиропа, – строго сказала Барышева.
Коротич самоуверенно подытожил:
– Итак, меня ждет глухое захолустье, да в забытой Богом стране. Я требую бонуса за ссылку в ту парилку!
– Санта-Елена – это фешенебельный курорт, вполне себе как мексиканский Канкун на полуострове Юкатан. – Входя в кабинет, холодно проинформировала Метлицкая. – Комп качает, а я посижу еще с вашего позволения.
Светлана была непререкаемым авторитетом в программировании и прекрасно понимала, что любое её желание будет исполнено.
– Коротич! – с опозданием стукнула кулачком Барышева. – Вы здесь не на свидании!
И женская половина начальства нежно обратилась к Метлицкой: – У тебя, Света, ещё что-то родилось?
– Наташа ввела меня в курс чуть раньше, – Метлицкая мелодично заговорила. – Поэтому я собрала сведения по Санта-Елене. Это дорогой курорт, золотой песок, живописный мыс, уходящий в океан. Короче, местное Майами. Интересующий нас Куаягиль сравнительно недалеко – до него сто кэ-мэ. Куаягиль – крупный портовый узел. Бананы, кофе, какао, цитрусовые. Практически в Эквамадоре нет больше подходящего места, где можно загрузить 20 тонн порошка на сухогруз. Так что, цель нашего Blind (слепого) – проникновение в Куаягиль. Это однозначно. Сомнений никаких. У меня пока всё.