Виктор Алеветдинов – Ярмарка потерянных сказок (страница 14)

Архип поднял голову.

— Трактор? Да года три почти не заводил. Запчасти нужны, да всё откладываю.

— Непорядок.

— Непорядок, — согласился он. — Всё думаю: займусь. А потом то крыша, то сарай, то соседу насос.

— Он у тебя живой был бы, если бы ты с ним чаще разговаривал.

Архип засмеялся.

— Живой трактор? Это вы, Агафья Петровна, сильно сказали.

— А что? Железо тоже обижаться умеет.

— Тогда мой Бурчик давно должен был уйти от меня к человеку с гаражом получше.

— Не ушёл же.

— Потому что колёса спустили.

Агафья усмехнулась. Вот это уже было ближе к нему настоящему. Но всё равно не то. Не было в голосе той широкой смешливой уверенности, с которой он раньше называл Бурчика боевым конём, а потом сам же догонял его по деревне.

Где-то в груди тихо кольнуло.

— Чай будешь? — спросила она.

Архип замер на полсекунды. Совсем чуть-чуть, но Агафья заметила.

— Да я с руками грязными.

— Руки помоешь.

— Я быстро закончу и пойду.

— Калитка от чая не развалится.

Он снова улыбнулся, но не поднялся.

— Спасибо. Может, потом.

Это «потом» легло между ними, как доска на канаву: вроде перейти можно, а никто не идёт.

Агафья встала, унесла лук в дом и поставила чайник всё равно. Назло кому — не знала. Чайник зашумел просто водой, без предсказаний. Она достала две чашки, потом посмотрела на них и одну убрала обратно. Постояла. Достала снова.

— Дура старая, — сказала сама себе тихо.

Марфа, сидевшая на подоконнике, зевнула. В её зевке не было ни осуждения, ни поддержки. Просто кошка.

Во дворе Архип снял вторую петлю и теперь примерял новую. Калитка держалась на его плече, будто доверилась больше, чем хозяйка. Агафья вынесла кружку с водой и полотенце.

— На. Руки сполосни.

— Спасибо.

Он мыл руки над тазом, стараясь не брызгать. В настоящем мире он бы обязательно плеснул лишнего, сказал бы, что вода сама пошла в атаку, и Громыхало с крыльца дал бы команду к обороне. Здесь вода просто стекала в таз.

— Ты чего сегодня тихая? — спросил Архип.

— Я?

— Ну да. Обычно вы… бодрее.

— Это ты меня сварливой назвал?

— Нет. Бодрой. Это другое.

— Смотри у меня.

Он поднял руки, показывая, что сдаётся. И опять — осторожно, вежливо. Как сосед с соседкой, а не человек, который в другой жизни мог сказать «моя хранительница» и получить за это взгляд, но всё равно светиться целый день.

Агафья поставила на столик у крыльца две чашки.

— Садись. Пять минут найдёшь.

Архип посмотрел на калитку, на ящик, на дорогу.

— Если не помешаю.

— Кому? Калитке?

— Вам.

— Мне мешают сорняки, куры и люди с глупыми вопросами. Ты пока только с петлями пришёл.

Он сел на край скамьи, не раскладываясь, будто готов был в любую секунду вскочить и уйти. Чашку взял двумя пальцами. Агафья смотрела и злилась. На него — за осторожность. На себя — за то, что ждёт другого. На этот тихий мир — за то, что он ничего не сделал плохого, а всё равно обокрал.

— Хороший чай, — сказал Архип.

— Обычный.

— У вас всегда вкусный.

Агафья чуть не ответила: «Потому что ты обычно пьёшь его после катастрофы». Но сдержалась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.