Виктор Алеветдинов – Тихоокеанский контур. Книга 1: Война узлов (страница 7)

– Кто выписал срочный допуск?

Старший назвал фамилию дежурного из центра.

Ника повернулась к Контуру.

– Пакет проходит. Формально чисто.

– Формально, – повторил Тимур.

Вот где сидела главная ловушка. Положить этих троих лицом в бетон нельзя. Официальный допуск защитит их раньше, чем город успеет признать собственную ошибку. Значит, нужен был способ заставить систему выдать их самой.

Контур открыл переносной блок и положил на край сервисной тележки модуль SSBX.

– После городского срыва всё обслуживание идёт через песочницу, – сказал он. – Стандартный карантин. Подключаем кофр в SSBX, снимаем сигнатуру, потом лезете в узел.

Старший впервые сбился на долю секунды.

– У нас аварийный приоритет. Пока будете играть в песочницу, порт сядет на ручное сопровождение.

– Уже сидит, – ответил Тимур. – И будет сидеть, пока не посмотрю ваш нижний профиль.

Старший повернул голову к нему. Оценил.

– Электрик?

– Фаза и питание, – сказал Тимур. – Этого достаточно.

Контур видел, как противник считает варианты. Отказ сейчас выглядел бы слишком заметно. Согласие – ещё опаснее, если внутри кофра лежал не ремонт, а ключ к следующему заражению.

Ника уже подняла крышку SSBX и вывела песочницу в полевой режим. Тимур подал фазовый зонд, подключил WORM-блок и отвёл общий журнал на отдельную запись.

– Кофр, – сказал Контур.

Сервисник передал его. Тимур вставил шину в SSBX, не спеша, будто это был обычный сервисный тест. На самом деле он уже подменял профиль опроса: песочница задавала не штатную команду, а ложный сервисный запрос с укороченным окном подтверждения – именно на таком поддельные модули чаще всего пытались открыть скрытый канал.

Песочница закрылась. На панели пробежал стартовый тест. Первые секунды модуль внутри вёл себя образцово: штатная подпись, корректный ответ, правильная задержка на опросе.

Тимур не смотрел на красивый верхний экран. Он следил за нижним слоем.

– Есть, – сказал он тихо.

Контур наклонился ближе. Под служебной чистотой уже шёл знакомый рисунок: модуль не просто отвечал на команду, а пытался захватить старшинство опроса через скрытую фазовую пару. Та же школа, что под мостом. Та же привычка тянуться к старшему такту. Только теперь она приехала в порт на колёсах, с маршрутным листом и печатью послеинцидентного допуска.

Ника развернула экран в полный режим.

Старший сервисник понял, что его просчитали. Лицо почти не изменилось. Только взгляд стал холоднее.

– Хорошая у вас песочница, – сказал он.

Контур не двигался.

– Для своих хватает.

Тот слегка наклонил голову, будто услышал давно ожидаемое.

– Ваш узел на бумаге, – сказал он. – На линии – наш.

Фраза вошла глубже, чем хотелось. Не по самолюбию. По самой опоре мира, в котором Контур жил и работал. Бумага, допуск, подпись, журнал, регламент – всё это до сегодняшней ночи было каркасом. Теперь противник произнёс простую вещь: каркас уже перехватывают прямо в работе.

Ника сразу шагнула вперёд.

– Повтори.

Сервисник не успел. Его напарник, молчавший до этой секунды, ударил по боковому узлу аварийным импульсником, спрятанным в рукаве.

Свет в шлюзе сорвался. Одна лампа лопнула, вторая ушла в белый перегруз, третий сектор выдал короткий мёртвый провал. Портовой шкаф сбоку завизжал тревогой. SSBX качнуло.

– Контакт! – рявкнул Тимур.

Старший сервисник дёрнул кофр на себя, однако Контур уже перехватил ручку. На миг они сошлись вплотную, каждый тянул первым. Противник работал грамотно: плечо, локоть, рывок в сторону, удар в сустав. Человек пришёл сюда не с отвёрткой.

Контур пропустил рывок влево, впечатал ладонь в крышку кофра и дал встречный толчок всем корпусом.

Тимур в тот же миг сорвал с пояса «Клин-3» – короткий импульсный модуль ближнего действия – и всадил низкий разряд в потолочный рельс над шлюзом. Искры брызнули вниз, два дежурных дрона наблюдения мигнули и повисли слепыми тушками под балкой. Он по инфраструктуре, которая давала врагу ещё пару глаз.

Ника уже шла в ближний контакт с третьим. Не красиво. По-рабочему. Каблук в голень, локоть в горло, ладонь в запястье с импульсником. Оружие улетело под шкаф.

Старший сервисник понял, что окно захлопывается, и вдавил пальцем аварийную клавишу на боковой панели узла.

По сервисному сектору прошёл короткий силовой толчок – импульс, который снаружи должен был выглядеть как побочный срыв после неисправного обслуживания. Идеальный шум для ухода.

На дальнем конце ангара взвыли створки транспортного коридора. Где-то глубже по порту ответили сигналы автоматических тележек. Противник уже не прятался. Он выигрывал секунды.

– Они уходят к внутреннему ангару! – крикнула Ника.

Старший вывернулся, оставив в руках Контура только оторванный сервисный ярлык. Второй подхватил узкий контейнер данных из раскрытого кофра. Третий рванул к переходной галерее.

Тимур дёрнулся за ними, потом сразу вернулся к SSBX, выдернул WORM-капсулу из качнувшейся песочницы и сунул в карман куртки. Правильно. След важнее погони.

Контур уже бежал к галерее. За спиной орали портовые тревоги. Впереди уходили люди с настоящими подписями, чужой архитектурой в руках и маршрутом к следующему узлу. После этой минуты слова “техническая проверка” умерли окончательно.

***

Створка переходной галереи ушла в сторону, и порт дохнул в лицо жарким воздухом и тревожным светом. Контур влетел во внутренний ангар первым. За спиной тяжело дышали Ника и Тимур. Впереди, между сервисными тележками и подвесными кабельными трассами, уходили трое ложных сервисников. Один нес узкий контейнер данных. Второй прикрывал отход. Третий уже лез к боковому щиту управления воротами. До грузового выхода им оставалось меньше минуты.

Слева за перегородкой работала гражданская линия порта. Ночные погрузчики, автоматические платформы, дежурные люди, которым до войны не было дела. Любой грубый удар по зоне легко положил бы сектор и собрал бы свою жертву.

– Верхние дроны, – бросил Тимур.

Контур поднял взгляд. Под балкой уже проснулись два малых наблюдателя. Их вывел из спящего режима резервный пакет. На таких штуках редко ставили серьёзное оружие. Хватало другого: подсветить цель, открыть маршрут, дать чужому узлу ещё один глаз.

– Левый беру, – сказала Ника.

– Нет. Уводи гражданский коридор, – ответил Контур. – Тимур, ЭМИ по балке. Коротко, чтобы не положить линию.

– Понял.

Тимур уже доставал «Клин-3». На этот раз он стрелял не просто в кабельный мост, а точно в сервисный повторитель, который держал на дронах оптическую синхру. Воздух дёрнулся, свет моргнул, наблюдатели сорвались в слепой дрейф. Один врезался в рельс и посыпал искрами. Второй повис у стойки, вращая мёртвой оптикой.

Ложным сервисникам этого хватило, чтобы прибавить ход. Контур срезал дистанцию через центральный проход. Металл под ногами гремел, тревога в ангаре выла уже в три тона, сбоку ползла сервисная платформа с контейнером кабеля. Идти приходилось так, чтобы не втянуть в схватку гражданский сектор.

Старший из беглецов резко обернулся и метнул назад разряд импульсника. Разряд ударил в стойку стеллажа. Свет вокруг взорвался белым пятном. Контур нырнул в сторону, плечом врезался в подвесной рукав вентиляции, прокатился по мокрому полу и сразу поднялся. Удар прошёл мимо. В голове звенело, но противник потерял темп на полсекунды.

Этого хватило Нике. Она ушла вправо, сорвала аварийный флажок с местного щита и вручную сменила световой профиль в ангаре. Дальний проход ушёл в красный запрет, левый сервисный коридор получил короткий белый коридор, грузовой выход моргнул жёлтым сдвигом. Автоматика порта приняла рисунок за штатную аварийную перенастройку, и сама перекрыла половину маршрута.

Один из беглецов влетел в опустившуюся решётку и отшатнулся с руганью.

– Теперь бегите, – бросила Ника.

Третий, тот, что нёс контейнер, рванул к внутренней лестнице. Контур пошёл за ним. Дистанция схлопнулась у поворотной площадки. Чужак ударил снизу, быстро и грамотно, целя в рёбра. Контур принял толчок на локоть, ответил в корпус и вцепился в ремень контейнера.

Тимур сошёлся со вторым. Металл дрожал под ударами подошв, «Клин-3» треснул ещё раз, потом кто-то тяжело рухнул на настил.

Контур не оборачивался. На таком расстоянии мир сужается до чужого плеча, ремня, дыхания и решения, где кончится рывок.

Противник дёрнул контейнер вниз, потом резко отпустил одну руку и потянулся к запястью, где сидел аварийный инжектор. Контур увидел это раньше, чем до конца понял. Если тот успеет вколоть заряд в порт данных, контейнер уйдёт в самосжиг.

Он ударил открытой ладонью по запястью. Инжектор вылетел, отскочил в решётку и улетел вниз. Следом Контур навалился всем весом, вжал врага в поручень и рванул ремень на себя. Ткань треснула. Контейнер остался у него в руках.