Виктор Алеветдинов – Скалка против Вселенной (страница 16)
— Доброе утро, — сказала она и тут же заглянула через плечо Агафьи. — Ой.
Агафья перекрыла проход.
— Что «ой»?
— Ничего. Я за укропом.
— Со своим?
— А вдруг у тебя лучше.
— Прасковья.
— А Архип у тебя?
— Нет.
Из кухни раздалось:
— Я тут.
Агафья закрыла глаза. Прасковья просияла.
— Вот и хорошо, что тут. А то я переживала.
— С каких пор?
— С ночи. У нас ведь было свечение. Петух орал. Филимон говорит, что надо пересчитать население. Я вот начала с вас.
— Население цело. Иди дальше.
Прасковья вытянула шею.
— А почему у Архипа голова перевязана?
— Потому что голова у Архипа есть, — сказала Агафья. — В отличие от некоторых.
— Агафья, ты его ударила?
— Я его проверила.
— На что?
— На земное происхождение.
Прасковья прижала корзинку к груди.
— И как?
Из кухни Архип сказал:
— Подтверждено.
Прасковья вошла без приглашения.
— Так-так.
— Куда? — спросила Агафья.
— Раз население подтверждено, надо зафиксировать состояние.
— Ты не фельдшер.
— Я информационно.
Архип сидел на табурете с перевязанной головой. Вид у него был такой, что любая деревня сделала бы из этого минимум три версии: трагическую, романтическую и неприличную. Прасковья оглядела его, потом Агафью, потом банку меда на столе.
— Мед, значит.
— Что мед? — спросила Агафья.
— Ничего. Просто отмечаю: мужчина с утра у женщины, голова перевязана, мед на столе. Ситуация богатая.
— Прасковья, выйдешь ты у меня сейчас бедной.
— Я же молчу.
— Ты молчишь так, что через час Нижний конец услышит.
Прасковья села на край лавки.
— А что мне говорить? Вариантов два. Либо Агафья Ладина ночью отбила атаку пришельцев и взяла пленного. Либо у Агафьи Ладиной появился жених, но знакомство пошло с травматизмом.
Архип кашлянул. Агафья взяла скалку. Прасковья поднялась.
— Я за первый вариант. Он безопаснее.
— Иди к Зинаиде, — сказала Агафья. — Скажи, что Архип жив. Если спросит — ссадина, шишка, гордость повреждена сильнее всего.
— А сердечное?
Архип поперхнулся чаем, которого еще не пил.
— Какое сердечное? — спросила Агафья торопливо.
Прасковья улыбнулась.
— Я в медицинском смысле.
— После скалки у всех сердечное, — сказала Агафья.
— Хорошая формулировка. Запомню.
— Не вздумай.
— Уже поздно.
Прасковья пошла к двери, но у порога обернулась:
— Вы бы к Пятачку сходили. Там ночью опять свет был. Утром Семен Егорыч сказал, что земля по краю как стеклом присыпана.
— Каким стеклом? — спросил Архип.
— Синим.
В кухне стало тише. Прасковья заметила, что информация попала куда надо, и довольно кивнула.
— Я ничего не утверждаю. Я население предупреждаю.
— Иди, предупреждение, — сказала Агафья.
Прасковья ушла. На улице сразу послышался ее голос:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.