Виктор Алеветдинов – Контрольная сумма. Книга 4. Правила Чёрного дракона (страница 14)
Ратникова повернулась к нему.
— Оно зарегистрировано?
— В старых журналах переходов. Не как гражданский профиль.
— Почему система считает его отдельным участником?
— Получила имя без связи с человеком.
Максим произнёс для терминала:
— Улун относится к Максиму Логинову. Это один человек. Текущий проход совершает Максим Логинов. Отдельного входа не было.
Терминал принял голос. Шестая строка присоединилась к его профилю. Число участников изменилось на пять.
Светлая полоса на стене сузилась. Отражённый тоннель совпал с настоящим проходом и исчез в мокром бетоне.
— Закрылся? — спросила Ратникова.
Максим проверил меловую черту. Она не двоилась.
— Да. Имя вернулось к владельцу.
Власов вывел журнал связи.
— Система подтянула старые записи по полевому идентификатору.
— Какие?
— Переходы. Несколько закрыты без владельца долга.
Максим не ответил. Старые маршруты существовали и раньше, но лежали раздельно. Дом ещё не был создан, общих журналов не было. Теперь система нашла одно имя и решила, что это плательщик.
— Не открывайте записи здесь, — сказал он. — Тоннель реагирует на несовпадение маршрутов.
— Закрываем просмотр. Возвращаемся.
Группа пошла обратно. Перед выходом Власов остановился у терминала.
— Система связала гражданское и полевое имя. Отменить можно отдельным решением.
— Не отменяйте.
— Уверены?
— Если разорвать связь, снова получим шестого человека.
Цена была понятна. Старые долги переставали быть безымянными.
Снаружи Лиза ждала у лестницы.
— Внутри было шесть отметок, — сказала она.
— Людей пять. Шестой отметкой было моё полевое имя.
— Ты связал его с гражданским профилем?
— Иначе шов не закрывался.
— Нужно было выйти и разобрать запись отдельно.
— Выход был заблокирован.
— Ты мог дождаться меня.
— Ты была снаружи.
Лиза сжала губы.
— Это не довод.
— Для тоннеля — довод.
Ратникова вмешалась:
— Решение принял он. Я его поддержала. Автоматическое закрытие мы остановили.
Лиза посмотрела на неё с удивлением.
— Вы отказались от процедуры?
— От процедуры, которая насчитала лишнего человека.
— Полезная привычка, — сказал Максим.
— Не злоупотребляйте редким случаем согласия.
У внешнего терминала специалист приложил служебную карту, чтобы закрыть осмотр. Устройство напечатало пять талонов. Потом механизм снова заработал и выдал шестой лист.
Максим взял бумагу первым. Вверху стояло его гражданское имя. Ниже — полевой идентификатор и сумма долга без денежного обозначения.
— Что значит «погасить переход»? — спросила Ратникова.
— Система считает старое действие незавершённым, — ответил Максим.
Лиза прочла основание.
— Здесь дата раньше создания Дома.
— Я тогда не работал на Дом.
— Но долг назначен тебе сейчас.
Власов открыл журнал терминала.
— После объединения профилей система собрала переходы по имени Улун. Один отмечен как совершённый без установленного владельца цены.
— Свидетель? — спросила Лиза.
— Поле пустое.
Максим забрал бумагу. Маршрут он помнил кусками: начало у воды и закрытую точку на мосту. Время система определила с точностью до минуты.
Ратникова перечитала требование.
— До проверки взыскание не допускается.
— Вы можете это остановить? — спросила Лиза.
— В своей процедуре — да.
Она написала запрет прямо на талоне и поставила служебную отметку. Терминал напечатал предупреждение: «Решение председателя повышает риск незавершённого события».
Ратникова убрала лист в папку.
— Пусть повышает.
Максим посмотрел на неё внимательнее. Она не обещала решить старый долг. Просто отказалась платить человеком за удобство отчёта.