Виктор Алдышев – Возвращение (страница 36)

— Если не получится, — зашептала Анна, намереваясь сказать, что в этом случае не надо оставлять её в живых, но Дмитрий наклонился над ней и мягко прижался губами к её губам, заставив замолчать.

— Прости меня, — прошептал он, и нажал кнопку начала процесса.

Из отсеков стазискапсулы поднялись медицинские устройства. Иглы систем подачи успокоительного и обезболивающего проткнули позвонки Анны, вошли в артерии. Она не закричала, только потому, что её парализовало в этот же момент. Остановилась мимика лица, судороги перестали трепать тело.

Ещё пара минут и всё прекратится, замедлится сердцебиение и ток крови, наступит сон. В организме приостановятся все процессы, включая мутацию.

Одновременно наполнилась ампула системы забора крови. Дмитрий снял её с держателя, взглянул на Лазареву.

— Не сдавайся, — прошептал он.

Анна была ещё в сознании, но не чувствовала ни тела, ни собственного разума.

Бестужев пошёл к установке синтеза. На её дисплее система выдала сообщение об окончании анализа. Дмитрий знал что увидит, по-другому быть просто не могло. Анализ выделил программу зета-особи, бета-особи, и раздельные участки управляющего кода, определяющего порядок загрузки каждой из программ. Это оно. Ключевая кодирующая ДНК.

Бестужев набрал свою кровь из вены обычным шприцом, распухающей ногой придвинул к установке синтеза стул, сел. Вставил обе ампулы с кровью в приёмный отсек. Лекарство следовало создать по индивидуальному биоматериалу. Нужно очистить мутационную программу от участков, отвечающих за создание бета и зета особей и записать вместо них человеческую ДНК. При вводе в организм заражённого с управляющим кодом Альфы программа загрузит человека заново. На дисплее загорелось окно старта процесса. Компьютер оценил количество необходимого для этого времени, таймер начал отсчёт.

Бестужев взглянул на Анну. Её глаза были приоткрыты, казалось, что из-под полуопущенных век она всё ещё смотрит на него. Но сон уже должен был войти в глубокую фазу.

Грудь Дмитрия сдавило, он вздохнул с трудом, и это было не из-за начинающейся мутации, а из-за чувства вины. С Нютой не должно было такого случиться. Надо было отправить её отсюда раньше. Но Альфа внёс свои коррективы в начальный план и теперь, как ни странно, Бестужев, просчитывая последствия этого, видел лучшие перспективы.

В любом случае, главное сейчас — обеспечить выздоровление и безопасность Анны, а потом действовать дальше.

Снаружи в бокс ворвался поток ветра, принеся тихий звук. Бестужев обернулся к открытой двери. Короткие хриплые стоны…

Дмитрий мгновенно поднялся. Неужели оставшийся раненый? Ещё не поздно вернуть Крылова по рации, если они не заметили выжившего. Он выбежал на улицу, огляделся. Тел осталось не мало. Большинство трупов скрыли завалы разрушенной стены. Теперь это был их курган. Каменная могила для десятков парней. Но и по территории их лежало десятка три.

Бестужев двинулся, осматривая перевёрнутые машины, навалы ограждений, ища любое место, где мог бы остаться человек. Стоны повторились, Дмитрий обернулся на них, и наконец, увидев источник, замер. Сердце просто встало в груди.

0.0.

В научном боксе не ярко светили индикаторы на стазискапсуле и мониторы установки синтеза. Вопреки всему Анна ещё не спала. Седативный препарат подействовал не сразу. Она впала в дрёму, но глаза были приоткрыты, и мозг ещё получал информацию.

Дмитрий почему-то выскочил из бокса, перестав закрывать своей спиной дисплеи установки. На них шкала выполнения синтеза первой дозы лекарства уверено поднималась вверх, а шкала выполнения второй замедлилась. Загорелось предупреждение: «недостаточно материала». Система выдала сообщение на экран: «Синтез не возможен».

Солёная капля стекла по щеке Анны к губам. Наверное, всё это сон. Она сейчас проснётся, и окажется в кровати в расположении. Объявят подъём, как обычно Костя соберёт своих на выезд, а Дмитрий поставит задачи команде. Всё будет как прежде, все будут живы.

Свет вокруг мерк всё больше, стирая грани предметов, данные на мониторах, образы, бегущие в мыслях. Хищного Альфу, Костю с изуродованным лицом, карие глаза Дмитрия, его согревающее дыхание и влажные губы.

Все вместе, страшные и кровавые, приятные и прекрасные они смешивались в гаснущем сознании, и медленно растворяли его ещё несколько мгновений перед абсолютной тьмой.

Часть 2

Глава 3 Поиск

1.

— Тройной вылет сердечных кораблей! — оператор центрального командного пункта управления округа в Екатеринбурге вскочил со своего места, увидев данные наблюдения на экране. — Сразу за Хромтау, ульи «Есиль» и «Боровое». Сопровождаем!

Оперативный дежурный не успел снять трубку прямой связи с командующим, потому что генерал Королёв сам выбежал из своего кабинета на втором уровне зала ЦКП.

— Тройной вылет? — крикнул Валерий Михайлович, уже спускаясь по лестнице.

— Так точно!

— Началось…

Бестужев как в воду глядел. Всего пять часов прошло после совещания.

Камеры на истребителях, патрулирующих небо, передавали на экраны ЦКП кадры в реальном времени: корабли пришельцев высоко в стратосфере, выше потолка истребителей Су-35.

Данные их движения обновлялись на главном мониторе.

— Пункт назначения? — спросил Королёв.

Операторы ответили не сразу, отслеживали траектории:

— Возможная точка приземления — Костанай.

Генерал вздрогнул:

— Не Курган?

— Нет. Точно Костанай или его окрестности.

— Время прибытия?

— Девять минут до посадки первого.

— Передавайте, — приказал Валерий Михайлович. — Разрешить авиагруппам атаку по готовности.

Данные были нужны оперативному командованию ВВС, истребителям в небе и танковым бригадам, ожидающим приказа возле Костаная.

На экранах пошло изображение, переданное с камер наблюдательных периметров вокруг ульев «Хромтау», «Есиль» и «Боровое». С разницей в десяток минут во всех трёх сооружениях открылись люки, выпуская стремительные потоки мегистотериев. Армии мутантов двинулись к новому месту дислоцирования.

— Время прибытия наземных сил — пять часов, — озвучил оператор.

Королев кивнул:

— Начать исполнение оперативного плана: «Лавина 2».

Этот сценарий боевых действий разработали буквально час назад, специально, на случай если армии мегистотериев двинутся в Костанай, как предсказал Бестужев.

— Второй и третьей танковым бригадам выдвинуться на заградительные позиции, — приказал оперативный дежурный. — Отдельный полк направить в зону посадки кораблей.

Получив этот приказ, танковые батальоны полка, приписанного к запасной базе Костаная, выдвинулись навстречу сердечным кораблям. Перехватить их только силами ВВС было сложно, а после приземления и развёртывания защиты уже не возможно.

Будет всего лишь десятиминутный коридор, когда корабли покинут стратосферу и пойдут на посадку. Истребители вступят в бой, но если у них не получится сбить воздушные цели, то наземной группировке надлежало ударить по ним, когда они приземлятся.

Три батальона танков «Армата» следовали к месту предполагаемой посадки. Впереди виднелись очертания зданий города. Похоже, сердечные корабли ориентировались прямо на него, хотя сейчас это был призрак. Людей эвакуировали.

Батальоны «Вуаль-1», «Вуаль-2» и «Вуаль-3» разделились для въезда с разных направлений и остановились за пару километров до городской черты.

— Точнее координаты будут? — командир одного из экипажей лейтенант Егор Спецов держал связь с командиром батальона.

— Ждём данные ВВС и ЦКП, — ответил тот.

— Чёрт,… — Егор высунулся из люка командира оглядеться.

Далеко в небе сверкнули яркие точки. Это истребители пустили ракеты на разведку. Девяносто процентов из ста, что цели они не достигнут. И точно: по вспышкам было видно, что ракеты взорвались, не достав сердечные корабли.

Громкие хлопки в вышине предупредили, что цели вышли из стратосферы, преодолев сверхзвуковой барьер. И высоту вертикально пронзил первый светящийся, вытянутый в длину объект. Все средства наблюдения на максимальном приближении рассматривали и записывали его движение. Сейчас без защитной оболочки, сердечный корабль, наконец, показался во всей своей мощи и красе. Четырёхсотметровый «колосок» резал слои атмосферы, образуя белое свечение и впереди себя и за собой.

— Так, отлично! — Спецов нырнул в кабину танка. — Прибывают!

— «Вуаль-1», это ЦКП, — раздалось по рации. — Координаты посадки первого корабля…

— Да он у нас уже, — заметил Егор.

Осталось пара минут до приземления.

— «Вуаль-1», слушай мою команду! — обратился к экипажам командир батальона. — Построение широкий клин! Ждём отмашки ВВС.

Пока истребители не закончили свою атаку, двигать в зону посадки нельзя. Корабль может вбить в землю при приземлении всё, что окажется в радиусе нескольких километров от него. Включая танковый батальон.

Звено боевых самолётов прошило пространство следом за «колоском». Ракеты пошли, отклонились где-то за километр от корабля. Магнитное поле сбило их с цели. Но с другой стороны уже заходило второе звено истребителей. Перенацеливание произошло мгновенно, ракеты развернулись за своими самолётами. Пилотам истребителей второго звена остались мгновения на всё. «Колосок» уже начал вращение перед приземлением, набирая мощь для того, чтобы пробурить земную поверхность сразу метров на пятьсот вглубь. Нижняя часть корабля раздвинулась, обнажая бур.