Виктор Алдышев – Возвращение (страница 26)

Так и было. На базе Бестужев положил руку на рычаг удалённого управления камерой и прирос глазами к монитору. Анна встала за его креслом, оперлась локтями на спинку, тоже внимательно изучая изображение.

Часа не прошло, как что-то случилось. Лазарева поймала себя на мысли, что её плохое предчувствие, которое неожиданно появилось, едва они покинули улей, начало оправдываться раньше, чем она ожидала.

— Происхождение неестественное, — произнёс Дмитрий, оглядывая довольно большое пространство ямы. Сразу было понято, что никакие природные силы не создадут за сутки провал такого объёма и формы. — Осмотритесь.

— Уже, — ответил Костя.

Бестужев крикнул оператору сейсмических датчиков:

— Какие у вас данные? Была активность в этом районе?

— Нет. Никой.

Дмитрий вернулся к монитору:

— Значит, не улей. Почему вы её не увидели?

Багиров вздрогнул. А точно, почему?

— Ямы видно не было, обычная дорога, как всегда, — ответил он. — И вдруг провалилась прямо под колёсами.

Под колёсами… Неприятное чувство пощекотало нервы. Колесо у дороги. Ловушку засыпали песком и прокатили по ней колесо, чтобы оставить след. Чистый участок без рисунка шин выделялся бы на фоне изъезженной «тиграми» дороги.

Анна, разглядывая яму, внезапно поняла, чего в ней не хватает.

— Какая опора была у верхней части? — спросила она. — Сверху должна была быть плоская площадка, которая провались под весом машины. На чём она стояла?

— Погоди,… — Костя спрыгнул с сидения, прошёлся по свободному центру ямы.

— Кто-нибудь видит опоры? — крикнул он. — На чём держался потолок, когда мы по нему проехали?

— Нет, ничего нет! — раздались ответы. — Только песок.

Дмитрий и Анна напряжено вглядывались в происходящее на экранах. Багиров присел, просеял песок сквозь пальцы, внимательно глядя на падающие песчинки.

— В чём дело? — спросил Бестужев.

Костя поднёс к камере ладонь:

— Должно быть так?

Песок в его руке блестел неестественно. Будто обычные песчинки были смешаны со стеклом.

— Нет, — ответил Дмитрий, — что-то постороннее…

Он замер от внезапной догадки, а в яме Никитин подбежал к Багирову.

— Командир, смотри! — Андрей протянул коготь мега, пыльный, сточенный и обломанный. — Застрял в стене, глубоко, еле заметил.

Косте понадобилось всего мгновение, чтобы понять.

— Говоришь, не было активности на сейсмических датчиках, — хрипло произнёс он. — Я, кажется, знаю почему.

Остальные десантники из разных углов пещеры посмотрели на него:

— Они её выкопали, — произнёс Багиров. — Лапами. Улей не участвовал, поэтому не было активности. Они сделали всё вручную.

Люди огляделись. Чувство ловушки, поначалу смазанное удивлением и непониманием, стало чётким. И голос майора Бестужева по рации закрепил его окончательно:

— Кристаллическая примесь в песке может быть субстанции улья. Если была смешана с ним в жидком виде и застыла, могла быть крышкой ямы. При давлении она треснула и вы провалились, поэтому там нет опор.

Сказав это, Дмитрий подскочил с места:

— Сколько от ямы до улья по прямой?! Не по дороге, строго по прямой?

Вопрос был к оператору.

— Сорок километров, — ответил тот.

Бестужев смотрел на выражение лица Кости на мониторе. Они друг друга поняли без слов.

— Скорость мегистотерия на марше сто километров в час. Мы здесь пятнадцать минут… — произнёс Багиров, вскидывая руку, чтобы взглянуть на часы.

Дмитрий уже смотрел на свои:

— У вас осталось девять минут максимум.

Операторы ещё не поняли:

— Майор, что происходит?

Но Анна всё поняла. И внутри внезапно родился страшный холод, схвативший шею и грудь, пережавший живот и ноги, скрутивший колени. Это был страх не за себя. Костя в опасности!

— Где эвакуационная группа? — спросил Дмитрий.

— В пути, будут на месте через тринадцать минут, — ответил Самойленко.

— Они не успеют. Костя, выбирайтесь. Прямо сейчас! — голос Бестужева взвился до крика.

Мониторы оперативного центра в одно мгновение покрыли полосы помех, и изображение исчезло в серой ряби, а на месте в яме погас индикатор камеры, потухла приборная панель в машине и замолкла рация.

В наступившей тишине десантники слушали своё тяжёлое дыхание.

— И что теперь? — прошептал Никитин.

— Приготовится к атаке, — сглотнув, приказал Костя.

Внезапно что-то громыхнуло и стена сбоку от машины начала осыпаться. На глазах образовывался огромный проём, ведущий в коридор, пространство которого пока ещё было едва различимым из-за клубов пыли и песка.

— Огонь! — крикнул Багиров.

В глубине коридора мелькнули знакомые фигуры. Сразу много, одним потоком в пещеру хлынули монстры, давя собой вспышки выстрелов, машины и людей.

13.

В оперативном штабе наступила тишина. Операторы молчали, глядя в пустые мониторы. Слепая рябь, будто глухая стена, отделила от них яму, с оставшимися в ней людьми. Дмитрий и Анна стояли в оцепенении.

Самойленко сделал глубокий вдох, задержал его, на выдохе выдал:

— Группа эвакуации, доложить!

— Гоним! — раздался громкий голос старшего. — Почти на месте. Слышим стрельбу!

Бестужев резко отвернулся от мониторов, но Анна не могла. Казалось, вот— вот всё вернётся, на экранах снова возникнет картинка, и Костя скажет:

— Всё нормально…

Но минуты шли. И ничего не менялось.

В штаб быстро вошёл полковник Матвеев.

— Полный доклад, — бросил он с порога.

— Потеряна связь с десантной группой «Алмаз», — ответил Самойленко. — Спасательная группа выслана.

Матвеев взглянул на Бестужева. Тот стоял молча. На взгляд полковника отрицательно покачал головой.

— Что?… — Анна произнесла это беззвучно.