Виктор Алдышев – Возвращение (страница 23)

Невозмутимость, с который были сказаны эти слова, вызвала у Анны страх.

— Первые люди, которых встречали Альфы, не были обращены, ты знала об этом, Нют? — непринуждённо спросил Бестужев. — На самом деле их останки были затащены в корабли на анализ. Поэтому я уверен, что мутоген был создан здесь на земле, в автоматическом режиме. Уже после того, как Альфы собрали первые образцы. Компьютер корабля проанализировал наше ДНК, составил для него программу мутации и запустил её через Альфу. И только тогда они начали обращать людей в бета-особей.

Анна хотела задать вопрос, он просто рвался из мыслей к губам, так что она приоткрывала их, даже издавая какой-то звук, но осознание ответа не давало сил спросить.

Дмитрий смотрел на неё ещё секунду.

— Да, — кивнул он. — Ты всё правильно поняла. Он разорвал моего отца и брата на куски, потом сгрёб их в общую кучу, чтобы они поместили в пасть, и унёс на корабль. А меня оставил. Костя вытащил меня оттуда. Спас мне жизнь.

На минуту установилась тишина. Багиров сложил руки на груди, вздохнул. Общее для обоих воспоминание наконец убило гнев, заставив подумать обо всём, что уже удалось пережить.

Анна не могла ничего сказать. Ни один подбор слов сейчас не смог бы описать её чувства. Собственные страхи показались настолько ничтожными…

Она тоже потеряла всех, но не так. Она не видела, как погибли любимые люди. Уведомление о командира базы об их смерти в пути во время эвакуации не содержало почти никаких подробностей. Поезд с беженцами подвергся атаке… и всё. Фантазия рисовала картины смерти родителей, но Лазарева спасалась отсутствием информации. Её последним воспоминанием были не их окровавленные тела, а улыбки во весь монитор ноутбука и слова:

— Привет, дочь! Ну как ты там?

Ей повезло помнить их живыми, а Дмитрию осталось воспоминание, леденящее кровь.

— Как?.. — Анна почувствовала неприятное жжение в глазах, но совладала с собой: — Как ты держишься?

Вопреки всему на лице Бестужева появилась улыбка.

— Тот Альфа придал мне сил, — произнёс он. — В тот день он создал врага всем мегам и их хозяевам. Показал мне цель — найти способ уничтожить их. Я его не подведу.

Анна смотрела в тёмно-карие глаза Дмитрия и вновь видела в них бездну. Место души заняла она. В ней кипели злость, ужас, боль, жажда мести, и сверху тонкий слой терпения,… способного сдержать под контролем этот адский коктейль эмоций. Но сегодня случился прорыв.

— Поэтому завтра ты снами не пойдёшь, — внезапно сказал Костя.

Бестужев нахмурился.

— Следующим пунктом по твоему плану нам нужна живая бета-особь. Мы сами её возьмём, — добавил Багиров.

Дмитрий отрицательно покачал головой, собираясь возразить, но Костя не дал.

— Да, я в курсе, что не я решаю, — произнёс он. — Ты главный. Но захват мутанта — опасная операция, даже с «хамелеоном», и она не требует научных навыков. Это работа для вояк. Мы привезём его тебе на базу. Исследуй сколько хочешь, но не подставляй больше моих ребят.

Бестужев молчал.

— Это не приказ, — закончил Костя. — Это моя просьба. Тебе. Как к другу.

Дмитрий вздохнул, сопротивляясь желанию возразить, но, наконец, сдался:

— Хорошо. В первый и последний раз. Я с полей не уйду.

Он на мгновение замолчал и добавил:

— Больше ошибки не повторится.

— Да? — Багиров хмыкнул с явным сомнением. — От кого другого услышал, поверил бы.

— Поверь мне, — Дмитрий сделал акцент на слове «мне». — Не повторится. Я понял.

Костя не ответил, отвернулся.

Анна, глядя на обоих мужчин вдруг подумала, что они очень похожи. Даже удивительно, как плотно они сработались, обладая равным упрямством и силой. Но, похоже, взаимные противоречия всё-таки начали пробивать между ними трещину. А допустить такое в лучшей команде — значит её потерять.

— Вам нельзя не доверять друг другу, — произнесла Лазарева. — Я гордилась вами ещё до того, как мы познакомились. Все рассказывали друг другу, что какой-то учёный собрал команду и во время боя взял у зета-особи кровь. Выделил из неё антитела к патогенным инопланетным микроорганизмам и сделал первое бактерицидное средство. А доставил его с поля живым тогда ещё какой-то лейтенант десантник.

Молчание в ответ затянулось.

— Не смейте не давать друг другу шанс исправить ошибки, — твёрдо произнесла Анна. — У вас ещё слишком много работы, чтобы позволять себе семейные ссоры.

Дмитрий, наконец, улыбнулся:

— Ух, ты, речь женщины. От души?

— Да. Я за вас переживаю, — кивнула Лазарева.

Сказала честно, как никогда.

— И надо чаще говорить друг с другом, — усмехнулась она. — Мы с вами три месяца вместе и только сегодня поговорили.

Анна встала, взглянула на Дмитрия:

— Какие у нас задачи на завтра?

Бестужев собрался было ответить, но Костя внезапно ответил за него:

— Для тебя никаких.

Лазарева удивлено вскинула бровь, а Багиров добавил:

— У тебя отсыпной.

Женщина возмущённо перевела взгляд на Дмитрия, и тот засмеялся:

— Вот на меня не смотри, я тоже наказан.

— Ты когда-нибудь отдыхать должна или нет? — сурово спросил капитан. — Последняя отметка о восьмичасовом сне в твоей карточке поставлена две недели назад. А последние три дня спишь по два часа.

— Ну, это ж… — вырвалось у Анны.

— Вот именно, — кивнул Костя. — Выспись! Это приказ лично от меня. Ходишь бледная, худая. Кто тебя такую замуж возьмёт?

На лице Багирова появилась улыбка. Давно уже собирался, но всё-таки додержал суровое выражение лица до конца речи.

Анна не ожидала. Удивилась, похлопала ресницами.

— Отвыкла от шуток, да? — улыбнулся Костя.

Как он был прав. Лазарева, наконец, засмеялась, кивнула:

— Есть выспаться, товарищ капитан. Вы ещё останетесь?

— Да, — ответил Дмитрий. — Пока останемся. Спокойной ночи, Нют.

— Спокойной, товарищи, — с этими слова Анна ушла.

Было понятно, что парням надо поговорить без неё. Уладить разногласия.

Едва она исчезла за дверью, Бестужев повернулся к Косте, взглянул слишком пристально. Багиров усмехнулся:

— Всё ещё не вовремя, майор?

Он встал, бросил карандаш на стол, внимательно взглянул на Дмитрия. Тот узнал собственные слова, понял, что имеется в виду, покачал головой:

— Не знаю.

— Я тебе и раньше говорил, но на всякий случай ещё раз: Анна хорошая, — серьёзно произнёс Костя. — Если ты намерен делать всё, как делаешь сейчас, то лучше оставь её в покое.

Бестужев покачал головой:

— Я не допущу, чтобы с ней что-то….

— Ой, да ладно! — терпение Кости наконец лопнуло. — Безопасности сейчас не существует, тем более на полевой базе. А ты хочешь, чтобы она всё время была рядом с тобой! С человеком, который может в улье, доверху забитом монстрами пойти к Альфе. Никто, твою мать на такое безумие не способен, кроме тебя.

Багиров выдохнул весь воздух и остановился только для того, чтобы снова вдохнуть: