Виктор Алдышев – Возвращение-2 (страница 57)

Эти слова не принадлежали Анне. Костя вложил их в её мысли, и помог отпустить Дмитрия. Как тот и просил.

Глава 6: И погасло пламя

Совещание центра боевого управления оборонной операции в Архангельске со всеми участниками больше не прерывалось. Шло в реальном времени постоянно. Участвовали штабы войск и округов и оперативные центры других стран. Каждые несколько часов присоединялись новые участники. Государства всё ещё принимали решения вступить в этот бой.

Дубравин отправился в резервный штаб обороны в Белоярском. Волков остался в Архангельске для руководства наземной частью операции. Королёв находился с ним.

В главном зале центра боевого управления принимали последние доклады.

— Телескопы ЦРК и наземные пункты наблюдения готовы к переводу в ручной режим, мы готовы отключить всё электронное оборудование, — докладывали из центра разведки космоса. — Сможем вести наблюдение при любом электромагнитном ударе.

— Наше преимущество — углублённая и защищённая кабельная сеть, — говорил Волкову главком войск связи. — После электромагнитного удара и даже во время него возможность координировать действия по всей планете останется.

Вопрос повис относительно стационарных объектов ПВО и РВСН[4]. Почти все ракетные пусковые шахты рассекретили своё местоположение при первом этапе вторжения. За восемь месяцев наблюдения охотники могли довычислить оставшиеся. Аналитики предполагали, что превентивный удар в первую очередь коснётся этих объектов. И оснований не согласиться с ними не было.

А это значило, что стационарные базы — выбыли. Рассчитывать на них неоправданно. Единственный шанс у мобильной техники. Ещё с момента совещания с разведчиками исполнялся приказ об укомплектовании позиций перед плацдармами передвижными комплексами ПВО и танковыми бригадами. Что по сложности превышало любые, проводимые до этого секретные операции.

Только ночью, в полной темноте без фар, без любого света. Машины накрывали камуфляжными тентами. Передвигались только по команде от ЦРК и службы наземного наблюдения. Чтобы не попасть под пролёт охотника.

После установки и маскировки только ожидание приказа. Никакого движения. Если машины в лесу, чуть проще, но если под камуфляжем в степи, за десяток километров от улья, то выход только через люк в полу и ни на шаг из-под тента.

Такая же ситуация у подразделений орбитальных истребителей — ОРИС ВКС. Поднять их в воздух, чтобы сами долетели до своего места расположения, нельзя. Поэтому к месту взлёта самолёты перевозили. Плюсом было то, что орбитальным истребителям была не нужна полоса. Машины могли вертикально стартовать с любой площадки. Это облегчало их маскировку.

Меньше чем за сутки до предполагаемого прибытия пришельцев на орбитальные истребители наконец загрузили биоинформационные бомбы.

Команды биологов РХБЗ доставили их на аэродромы в странах участницах операции. Грузовые самолёты, едва коснувшись поверхности взлётной полосы, поехали на соседнюю, где их уже ждали для приёма на борт новых бомб.

Всего по одной на каждый истребитель, каждая почти четыре метра длинной. Из них три метра — это острый шип, заточенный на заводе как японский меч, для пробивания корпуса улья. И ещё метр биокапсула. Никакого металла, всё полностью выращено из материала улья, шип в том числе.

Экипажи истребителей успели поговорить с биологами. Выясняли что за бомбы. Что им предстоит сбросить на ИОСы. Толком информации по ним не было. Говорили, что это поможет перехватить контроль над ульями. Но как? Что именно будет?

Сопровождающие инженер и биологи подтвердили все догадки, пока объясняли особенности сброса.

— Если шип установится на поверхность правильно, он пробьёт толщину купола и достанет основные каналы НЛС. Как только это произойдёт, мозг нашей бомбы, а это кусок родной нейролимбической сети такого же улья, передаст в неё программу выключения корабля. Как только системы отключатся, будет сеть ульев, подконтрольных нам.

— Так вот какой план!

Одинаковые разговоры состоялись на всех аэродромах. Детали оборонной операции сейчас знало только командование. Простым офицерам и солдатам довели всё в общем виде. Все просто ждали приказов. И надеялись, что те, кто их отдаёт, знает что делает.

С гражданским населением дело обстояло намного хуже. Во многих странах протесты против сопротивления пришельцам переросли в настоящую гражданскую войну. Толпы обезумевших людей, вооружённых и озлобленных, открыто атаковали военных. Чтобы поддержать порядок среди уже условно мирного населения отдельные группировки оставались на местах, вместо того, чтобы выдвигаться к плацдармам.

Телевидение во всех странах передавало обращения высших руководителей с различными призывами. В основном предлагалось следовать в убежища, но была и альтернатива. В России население просили оставаться дома, принять меры к своей безопасности. И это вызывало нервный смех даже у тех, кто запасся оружием, патронами, банками с тушёнкой и заклеил окна полосками ткани крест-накрест.

Сложно было объяснить людям, что следование в убежище — мера не надёжная. Об этом говорил ещё майор Бестужев на совещании после возвращения, и с ним согласились все аналитики.

Исходя из целей гереспри, сидящие по норам аборигены им не выгодны. Поэтому, заняв планету, пришельцы просто разгонят всех оттуда. Вернут людей в естественный ареал обитания. Для этого ударят по убежищам чем-нибудь не слишком мощным, чтобы народ в панике разбежался.

Но людям, привыкшим к мысли о том, что убежища сделаны для того, чтобы их уберечь, трудно было понять, почему по телевидению и радио им говорят — остаться дома, запастись едой и питьём и по сигналу тревоги, который передадут все средства связи просто ждать. Чего ждать? Смерти? Ждать когда дом снесёт чем-нибудь.

Ответы частично давались. Боевые действия сосредоточатся вокруг плацдармов. В радиусе пятисот километров от них эвакуировали все населённые пункты. Можно было предположить, что при начале вторжения остальные территории останутся в относительной безопасности.

Трудно было понять, что дальше. И ответа на этот вопрос уже не давалось. Полицейские подразделения формировали рубежи обороны вокруг городов, так что те гражданские, у кого было оружие, могли присоединиться к ним. Или смело отстреливать пришельцев по одному из окон домов и квартир, когда те войдут в населённый пункт.

Уже было понятно, что после вторжения этот мир перестанет существовать. Что и кто уцелеет, будет понятно только после того, как пришельцы займут планету. Останутся ли вооружённые силы — не ясно, останутся ли органы государственной власти — не ясно, и уж точно не ясно останутся ли государства. Или вся Земля станет единым огромным гетто. Что будет в новом порядке скажут пришельцы. Если скажут. Если посчитают необходимым что-то говорить.

Так или иначе, всё это приближалось к человечеству с неимоверной скоростью. В ночном небе ярко сияли пятнадцать точек, образуя круг, похожий на летящее к Земле солнце. Но и днём их было отчётливо видно. Теперь… оставалось только ждать.

***

В штатном режиме протополе кораблей работало на малой мощности. На подлёте к планете в него уже попадали фрагменты космического хлама землян. И растворялись. Казалось, рассыпались на искры. Эти яркие вспышки замечали с палуб кораблей, но не обращали внимания. Флот гереспри прибыл в свой новый порт.

В командном зале флагмана активировалась межкорабельная связь и «наблюдательные окна». На панорамных чёрно-прозрачных экранах, свободно движущихся в пространстве, одно за другим вспыхивали изображения. Приближалась для удобного обзора поверхность планеты, ставились отметки расположения портов, защитных натида-сооружений, вооружённых сил аборигенов, мест скопления землян в «безопасных» зонах.

На экранах связи отображались командные залы остальных кораблей и их командиры, занявшие свои места. На время боевых операций это были выдвижные площадки под самым куполом, соединённые с залом управления башни невысоким пандусом. Терминалы операторов оставались за спиной командиров, а перед их глазами размещалась полная картина боевых действий.

Командующий Ирс стоял у стенки текучего купола, рассматривая планету. В прошлый раз он едва взглянул на неё. Тогда были важны только данные анализа. Подходит или нет. И командующий видел только представленные ему цифры и список биологических видов. Обратил внимание на процент воды на планете, а сейчас оглядывал синий океан под прозрачной дымкой атмосферы.

Привычная картина перед вторжением, уже много раз виденная, обычно не вызывала прежнего интереса. С ранее занятыми планетами происходило одно и то же. Вход, закрепление, установка щита. Небольшое сопротивление. Примерно пять процентов потерь технических средств в результате применения аборигенами имеющегося вооружения.

Но от этой планеты Ирс ждал большего. По многим причинам. Земля была нужна для стратегических целей гереспри. На данный момент больше чем какая-либо другая планета. Но уже преподнесла интересный сюрприз в виде диверсантов. А её океаны, по которым сейчас скользил взгляд командующего, привлекали внимание ещё и потому, что в них укрылись от поисковых средств сбежавшие натиды.

По данным охранно-наблюдательных судов, оставленных у планеты, три наземные звезды снялись с места и исчезли в водных пространствах. Это значило, что аборигенам удалось нейтрализовать корабли внутри, а в итоге оставить один из портов посадки без энергии. На карте планеты зажглась отметка нефункционирующего полуразрушенного сооружения.