Viktar Z. – Я люблю своих родителей, но я помню все, что они делали (страница 2)


Любить – не значит соглашаться со всем, что было.

Любить – не значит закрывать глаза.

Иногда любовь – это способность смотреть прямо, не убегая и не атакуя.


Я люблю своих родителей.

Это не оправдание.

Это точка опоры.

Всё остальное в этой книге будет написано не вопреки этой любви, а рядом с ней.

2. Но я помню всё

Я помню всё.

Не потому что хочу помнить. И не потому что не умею отпускать.

Память – не мой выбор. Она просто есть.


Я помню не как список событий.

И не как хронологию. Я помню телом.

Тоном, с которым со мной говорили.

Паузы, в которых мне приходилось догадываться, что происходит.

Взгляд, который говорил больше, чем слова.


Некоторые вещи невозможно забыть, даже если очень стараешься.

Не потому что они были громкими. А потому что были постоянными.

Я помню, как рано научился считывать настроение.

Как подстраивался, чтобы не мешать.

Как становился удобным раньше, чем становился собой.


Это не упрёк.

Я не вытаскиваю эти воспоминания, чтобы кого-то обвинить.

Я просто отказываюсь притворяться, что они исчезли.


Мне часто говорят: «Зачем это помнить?»

Как будто память – это вредная привычка, которую нужно отучить.

Как будто забывание – это признак зрелости.


Но забыть – не значит понять.

И простить – не значит стереть.


Я не хожу с этим прошлым как с оружием.

Я не бросаю его в лица.

Я ношу его тихо.

Иногда оно тяжёлое. Иногда – просто заметное.


Есть разница между тем, чтобы жить прошлым, и тем, чтобы не лгать о нём.

Я выбираю второе.


Я помню всё.

Не для того, чтобы застрять. А для того, чтобы не потерять себя в попытке быть удобным в настоящем.

3. Это не обвинение

Мне важно сказать это отдельно.

Не между строк. Не в скобках.

То, что написано в этой книге, не является обвинением.

Не потому что обвинять «плохо».

И не потому что я боюсь показаться неблагодарным.

А потому что обвинение – слишком простая форма разговора для того, о чём я пытаюсь говорить.


Обвинение всегда предполагает чёткую линию.

Кто-то сделал.

Кто-то пострадал.

Кто-то должен ответить.

Иногда так и есть. Иногда это единственный честный язык.

Но отношения между родителями и детьми редко укладываются в прямую схему.

Слишком много слоёв.

Слишком много переплетений.

Слишком много того, что происходило не намеренно, а по инерции.


Я не пишу это, чтобы доказать, что со мной поступили неправильно.

Доказательства – это попытка выиграть спор.

Мне не нужен выигрыш.

Я пишу это, потому что то, что со мной происходило, оставило след.

А след – это не то же самое, что вина.


Влияние не требует злого умысла.

Оно просто происходит.

Можно не хотеть ранить – и всё равно ранить.

Можно стараться – и всё равно не попадать.

Можно делать «как лучше» – и при этом не видеть, как это воспринимается с другой стороны.


Обвинение всегда вызывает защиту.

Люди напрягаются.