Видади Агасиев – Истории хозяйственного магазина (страница 3)

– Я нет.

– Отлично. Кто может выделить?

– Известно же. Мэр.

– Ну вот мы нашли хозяина. Действующий мэр хозяин городских земель. Он ими распоряжается, продает. Появляется новый хозяин, который распоряжается со своей собственностью, то есть строит дом, магазин и прочее.

– Это же городская земля. Общая.

– Как она общая, если может распорядится только мэр. Если бы она была общая, он бы не имел права продавать ее по своему усмотрению. Хозяин тот, кто может распорядиться ею, продать, сдать, заложить и прочее.

– А как быть?

– Никак. Вот у тебя частный дом на участке. К тебе кто-нибудь лезет?

– Но город застраивают до невозможности.

– Слушай, тебе какое дело? Мерская земля, он ее отдает, как хочет и кому хочет. Вот когда он залезет в твой участок…

У выхода из 2-го рынка две продавщицы наперебой расхваливают хлеб:

– Хлеб свежий!

– Горячий! – вмешивается другая.

– Ароматный! – добавляет первая.

– Бездрожжевой!

– Целебный!

– Лечебный!

– На дровах!

– На углях!

– Горный!

– Настоящий дагестанский!

Около них останавливается пожилая чета.

– Смотри, бездрожжевой, лечебный хлеб! – радостно сообщает аксакал своей спутнице.

– Махмуд, врут они, – отвечает женщина, – это обычный хлеб.

– Да? – переспрашивает он, – красиво, однако, врут..

Забираю сына с гимнастики. В узкой раздевалке, где в углу сидит и женщина-администратор тесно.

Одна группа одевается, другая только пришла, раздевается.

Один папа собирается запустить свою «копию» лет пяти в зал. Будущий гимнаст громко, что присуще не закомплексованным детям спрашивает:

– Папа, а почему в нашей группе нет девочек?

Все взрослые оборачиваются на него.

Его отец смущенно отвечает:

– Ни в одной группе девочек нет. Где ты их видел?

– Вот же девочки! – мальчик указывает на стенд за моей спиной, где рядом с фото мальчиков фото и маленьких девочек демонстрирующих чудеса пластики.

– Женские группы по не четным дням, – поясняет администратор, – у них тренер женщина и занимаются они с лентами, обручами. А вы, мужчины развиваете пластику и силу.

Мальчик ещё что-то хотел сказать, но администратор мягко подтолкнула его к двери зала:

– Иди! Второй раз пришёл только. И девочек ему подавай!

«Лесная» демократия.

Наконец в лесу начались перемены. Лев собрал всех и своим указом установил в лесу демократию. Звери читали указ и радовались. Наконец-то власть народа. Хищники ходили злые и голодные.

Лиса обновила фасад своего офиса на площади, повесила огромный щит на котором было написано крупными буквами: «Центр демократических преобразований».

Два голодных волка вошли в открытую дверь офиса:

– Слышь, рыжая! Что нам делать? Это вон медведь ягодами может обойтись, а нам мяса надо свежего. Задолбали с этой демократией!

– Зря вы демократию хулите! – лиса покрутила головой, – Она при грамотном использовании предоставляет прекрасные возможности.

– Так мы голодаем, рыжая! Используй эти возможности – предложил серый.

– Позовите сюда одного зайца и я покажу, как пользоваться демократией, – лиса довольно откинулась на своём кресле, – и сама, кстати, жрать хочу.

– Может сразу двух зайцев – предложил один из волков.

– Уничтожение сразу двух – это геноцид заячьего народа. Статья громкая, нам это ни к чему, – лиса хитро улыбнулась.

– Хорошо. Сейчас я приведу одного. Зайцы сейчас не скрываются, не боятся, вон на лужайке играют – сказал один волков и отправился за зайцем. Вскоре он появился в сопровождении довольно упитанного зайца.

– Проходите пожалуйста! – лиса показала зайцу на роскошное кожаное кресло, – сейчас у нас демократия, мы все равны. Чай, кофе? Что пожелаете?

Смущенный невиданной вежливостью заяц отказался от чая, кофе и не веря уселся в указанное кресло.

Волки сели, один с правой, другой с левой стороны зайца.

– Итак, те времена когда хищники поедали невинных зверей без их разрешения прошли безвозвратно. Сегодня мы вполне демократичный лес. Демократия – власть большинства. Вот поступило предложение от волков съесть одного зайца. Офис «Центр демократических преобразований» уполномочен проследить, чтоб все прошло в рамках истинной демократии. Итак! Кворум есть. Протокол собрания ведётся. Выносится на голосование предложение волков. Кто за то, чтоб разрешить волкам съесть одного зайца?

Два волка сразу подняли лапы.

– Кто против?

Заяц поднял лапу.

– Один! – сообщила лиса, – а кто воздержался?

И лиса сама подняла лапу.

– Итак! Можно зафиксировать в протоколе, для предоставления в соответствующие органы, что большинством голосов собрания решено разрешить волкам съесть одного зайца!

В ту же секунду зубы волка без лишней агрессии, демократично вцепились в глотку зайца.

– Хорошая штука – эта демократия – довольно пробурчал волк, наевшись зайчатины, – и бегать не надо за зайцами.

– Получается, что при демократии делаешь то же самое, что и раньше, – добавил второй волк.

– Демократия позволяет делать то же самое в рамках закона, – пояснила лиса.

– А если в собрании зайцев будет больше? – поинтересовался первый волк.

Лиса хитро прищурилась:

– Как вы думаете, кто готовил проект лесного закона о демократии? Мы! – лиса гордо выпятила грудь, – и там черным по белому указано, что всякое собрание, где хищников будет мало – недемократичное. А у нас демократия!

– Слушай, рыжая, – сказал другой волк, – ты почему воздержалась при голосовании? Зайца жалела?