Ви Венто – не люби меня (страница 1)
Ви Венто
не люби меня
Глава 1
Июль, 1818 год.
Бескрайние золотые поля тянулись куда-то за горизонт. Почти вся озимая рожь уже была собрана, за исключением небольшого участка между дорогой и редким леском. Именно над ним сейчас и трудились пятеро мужиков в надежде управиться до темноты. Трое слаженно замахивали косами и на выдохе срезали упругие стебли острыми лезвиями. Один расположился сразу за ними, загребая вилами скошенное, и подталкивал золотую массу к пятому, который стоял возле большой повозки с невысокими бортами, и крупными вилами закидывал в нее рожь. Этот пятый примечательно отличался от остальных мужиков. Крепкий и высокий. С широким разворотом плеч. Он сильными руками сжимал древко, поддевал вилами большую охапку и вскидывал ее вверх. При каждом движении рубаха натягивалась на широкой спине, подчеркивая мышцы. Пот стекал по его вискам, пряди длинных, русых волос прилипли ко лбу и шее, но мужчина как будто не замечал это неудобство и работал не останавливаясь.
Даже когда на дороге за их спинами послышалось движение кареты, никто из пятерых не обернулся и не прервал молчаливую и спорую работу, а остановились только тогда, когда их окрикнули.
- Эй, честной народ, подскажите-ка, где барин ваш? – Четверо, кроме пятого, остановились и обернулись на того, кто вопрошал. Тот, что закидывал рожь в повозку, молча продолжал свое дело.
- В поместье сказали, что в полях он где-то. Послание для него срочное.
Мужики молчали, и поглядывали, то на дворянина в карете, то на их пятого сотоварища.
- Вы чего, оглохли дурни?
Мужик с вилами закинул последнюю охапку в повозку и неторопливо обернулся. Воткнул свое орудие в землю и положил локоть на конец древка. Второй рукой вытер пот со лба и прищурившись уставился на визитера.
Из кареты выглядывал обер-камергер Его Императорского Величества Северский. Практически правая рука Императора. Решал все щекотливые и личные поручения, а также устраивал аудиенции. Андрей пару секунд рассматривал лощеного мужчину в модном фраке бутылочно-зеленого цвета, вспоминая его имя и отчество. Уж много лет не пересекались их пути.
- Приветствую, Антон Спиридонович. Какими судьбами? – память наконец-то подкинула Андрею имя давнего знакомца.
Северский с непониманием и удивлением впился глазами в бородатого и лохматого мужика, который заговорил с ним. Осмотрел с ног до головы и робко произнес догадку, сам не веря своим словам.
- Андрей Павлович? – от изумления у него даже глаза немного выкатились.
Антон Спиридонович поторопился выйти из кареты и отдать дань уважения, положенную князю. Андрей сделал к нему пару шагов и остановился у обочины.
- Ваша светлость, я привез вам письмо от Императора, – сообщил более низким голосом. И осознав, что письмо то надо передать, суетливо обернулся к карете и уже собирался в нее опять залезть, чтобы достать послание, но Андрей его остановил.
- Антон Спиридонович, не торопитесь. Давайте вернемся в поместье, вы отдохнете, я приведу себя в порядок, отужинаем, а после поговорим. А то не по-людски как-то.
- И то верно, Андрей Павлович, – Северский замедлился, дежурно улыбнулся одними уголками губ и кивнул князю.
- Езжайте. Я последую за вами, – сказал Андрей, кивая на карету. Сам же пошел в сторону леска, где к дереву был привязан вороной конь, вскочил на него и последовал за уже отъехавшей каретой.
На широких ступенях большого поместья, хозяина и гостя встретил дворецкий.
- Демьян, проводите господина Северского в гостевые покои. Вы же останетесь на ночь? – это уже гостю.
- Вообще не планировал, Ваша светлость, но сумерки уже приближаются. Пожалуй, не откажусь, – он в очередной раз посмотрел на князя, который больше был похож на крестьянина и не смог сдержать изумление во взгляде.
Гостеприимством и радушием от князя и не веяло, скорее сухой вежливостью. Но у кареты Северского на пути сюда сломалась рессора, из-за чего дорога затянулась, и обер-камергер действительно утомился. Если бы не эти обстоятельства, он бы предпочел отдать письмо и удалиться тут же. В компании князя Урусова он чувствовал себя некомфортно, хотя не мог это ничем объяснить.
Когда зашли в дом, Андрей извинился и удалился в свои покои, а Северский проследовал за дворецким. Пока шли по длинной анфиладе, обер-камергер бегло осматривал богатое убранство дома. Шелковые обои на стенах, резная мебель, редчайшие картины и даже статуи. Но вся эта роскошь сопровождалась пустотой и унынием.
В столовую Андрей спустился в более подобающем виде. Белая рубашка из тонкого хлопка, темные брюки и небрежно накинутая жилетка, которую он не стал застегивать. Но стянутые кожаным жгутом длинные волосы и густая борода, все-таки смущали гостя.
- Андрей Павлович, Император требует Вас к себе. – без лишних предисловий сообщил Северский протягивая плотный конверт с сургучной печатью, на которой красовалось изображение двуглавого орла.
Князь надломил печать, развернул письмо и быстро пробежался глазами. Он сразу понял, почему приехал именно Северский, и интуиция Андрея не обманула, а жаль. Вернуться в придворную жизнь для него представлялось невыносимым. Но всем было ясно, что это приказ. Никак не показав чувства, которые он сейчас испытывал, Андрей отложил письмо в сторону и обратился к гостю.
- Водки?
Антон Спиридонович, расплылся в улыбке и потер руки.
- Не откажусь.
Слуги поставили на стол дымящуюся дичь, присоединив ее к уже имеющимся страсбургскому пирогу (фуа-гра запечённое в тесте), спарже в сливочном соусе, маринованным грибам и соленьям, а также щучьей икре в серебряной икорнице.
После пары рюмок Северский заметно расслабился. Присутствие угрюмого и невеселого князя перестало его угнетать, и он стал довольно болтливым.
- Расскажите, Антон Спиридонович, что сейчас творится при дворе. Слишком давно я там не был, - Андрей тоже слегка расслабился и откинулся на спинку стула.
- Да ничего не меняется, Ваша светлость. Двор он что век назад, что сейчас. Интриги, сплетни, балы, красавицы, – проговорил, смеясь и вытирая рот салфеткой.
- Французов все также тьма?
Гость на минутку замер, понимая куда клонит князь.
- Дак всех хватает. И немцев, и поляков, и французов.
Слишком больная тема для Андрея, он до сих пор помнил все страшные события, как вчера, хоть и прошло уже шесть лет. Как бились с французами, как Москва горела, как гибли родные и близкие, как жизнь его остановилась. А в столице все уже забылось. Привечают их как друзей.
Северский перестал жевать и стал серьезным.
- Андрей Павлович, знаю я ваше горе, и не уменьшаю его, но жить надо дальше. Всем надо дальше жить. А император, думает о государственной выгоде, дипломатию никто не отменял. Приходится налаживать связи со всеми, и с врагами, и друзьями.
- Я все прекрасно понимаю. Вы правы, друг мой, - Андрей встал из-за стола и отошел к окну. Уперся рукой в раму и смотрел в сумеречную даль. – Передайте Императору, что в течение нескольких дней прибуду.
Позже, зайдя в свою спальню, где горела одинокая свеча, заботливо оставленная камердинером Федором, юным и шустрым парнем, князь продолжал обдумывать грядущие в его жизни перемены. Ввиду того, что Андрей вел простую сельскую жизнь, и не носил парадных фраков и нарядов, в задачи Федора входила только чистка и хранение одежды, а одевался и раздевался Андрей сам.
Мужчина дошел до середины комнаты и не торопясь, поморщившись от мышечной боли, вызванной тяжелой работой, снял с себя жилетку и рубашку. В этот момент в дверь раздался слабый стук, и она тут же приоткрылась. В образовавшуюся щель проскользнула девушка и прижалась спиной к стене. Она молча и призывно уставилась на полуобнаженного мужчину. Девушка смотрела своими лисьими глазами и теребила конец толстой русой косы, которая лежала на пышной груди. На ней была белая рубаха с вышивкой на рукавах, длинная темно-красная юбка и цветастый платок на плечах. Она уже пару лет грела постель хозяина, после того как умер ее законный муж. Андрей сразу приметил, постоянно мельтешившую перед глазами красавицу с пышными формами, и она быстро оказалась в его спальне.
Князь обернулся на нарушившую его одиночество девушку.
- Не сегодня, Аглая. – он бросил рубаху на спинку стула и пошел к кровати. Присел на мягкую поверхность и хотел снять сапоги, но девушка подлетела и упала на колени перед князем.
- Позволь мне. – она крепко взялась за носок и пятку и потянула на себя. Андрей не сопротивлялся. Проделав то же самое со вторым, она поставила обувь к стулу, где висела рубашка. Уходить не торопилась.
- Не прогоняй князюшка, – она мелкими шагами приближалась к кровати. – Вижу же, что устал за сегодня. Позволь приятно тебе сделать.
Андрей действительно устал и физически, и морально. Весть, которую принес гость, означала, что в ближайшее время его привычная, устаканившаяся жизнь перевернётся с ног на голову. И с момента появления кареты на пыльной дороге, в его голове бурлили неприятные мысли.
Аглая, воспользовавшись замешательством князя, юркнула на кровать за его спину, положила свои проворные пальчики на плечи и стала разминать затекшие мышцы. Андрей прикрыл глаза и устало выдохнул. После непродолжительного массажа, она сняла с себя рубаху и прижалась обнажённой грудью к спине хозяина. Стала целовать его плечи, шею, щеки. Потянула назад, и он повалился на кровать. Дальше она действовала проворно и умеючи, уже знала, как и что нравится князю. Он не стал сопротивляться и включился довольно быстро, подмяв ее под себя.