Ви Киланд – Рождественский сюрприз. Сборник (страница 43)

Я вздохнула. Особа отчаянного склада попыталась бы это как-то изменить. А я закрыла ноутбук и надела пальто.

Четыре часа спустя, уже дома, я все думала о той переписке. Уплетая пиццу и запивая вином, я вдруг решила еще раз написать колумнистке: если она оказалась права один раз, может, подскажет, как мне быть с Кеннеди? Схватив ноутбук, я, подстраховавшись, начала писать с моей личной почты (не хватало, чтобы ответ и на этот раз попал не в те руки):

«Дорогая Сорайя!

Я писала Вам несколько недель назад по поводу рождественских писем моей матери. Вы еще назвали меня занудой и по ошибке отправили свой совет моему коллеге, которого зовут так же, как меня, только наоборот. Вспомнили? Прежде всего я хочу извиниться. Я была в очень взвинченном состоянии, когда получила Ваше письмо. Вы посоветовали мне зажить интереснее и отправили ответ одному моему неприятному сотруднику, который злорадно переслал его мне, подбросив свои три гроша. Поэтому я написала Вам в таких резких выражениях и прошу меня за это простить.

Ваш совет было трудно принять, но за последнюю неделю я поняла, что Вы были правы. Несколько дней настоящей жизни заставили меня понять, что я не жила вовсе. Поэтому сегодня я пишу опять. Неприятный тип, которому Вы отправили ответ, оказался не таким уж неприятным. Более того, выяснилось, что он просто замечательный. Мы провели вместе несколько дней, и все шло прекрасно. А потом перестало. И теперь я не знаю, как поступить.

Мне он понравился настолько, что я готова была отдаться возникавшему между нами чувству. Мне казалось, что и он неравнодушен ко мне, но едва в отношениях наметился прогресс, как он самоустранился (понимаете, когда-то его обидели, незаслуженно и жестоко). И теперь я ломаю голову, не то он боится снова остаться с разбитым сердцем, не то я не нравлюсь ему настолько, как мне казалось.

Открою Вам маленький секрет, Сорайя: я несколько старомодна и до сих пор жду принца на белом коне, который умчит меня в свое королевство, вырвав из лап опасности. Поэтому я не решаюсь сама приударить за этим человеком – первым мужчиной, рядом с которым я вспомнила, что такое сердечный трепет. Подскажите, как правильно поступить: рискнуть пригласить его куда-нибудь или решительно перевернуть страницу, потому что он вовсе не влюблен?

Глава 12

Кеннеди

Сосредоточиться на работе в последние дни стало неподъемно сложно. Рукопись сама себя не отредактирует, однако я мог думать только о Райли – как она всхлипнула мне в рот, когда мы целовались, какой нежной была ее кожа, когда я массировал ей плечо, и какой счастливой выглядела Райли, сидя в кресле посреди танцпола, за секунду до того, как я, фигурально говоря, уделался от страха. Словно вошли какие-то контролеры счастья и задержали мой разум. До той минуты наше общение было чудесным. А теперь чем больше я старался о ней не думать, тем больше думал только о ней. В общем, все сложно.

– Райли!

У меня внутри так и оборвалось – мне показалось, что кто-то зовет ее, но это оказался всего лишь мой коллега Александр.

Всякий раз, как меня окликали по фамилии, я вздрагивал. Голова мгновенно поворачивалась на звук, потому что я надеялся, что это она вошла в кабинет. Такая вероятность не исключалась, учитывая, что мы работали в филиалах одного издательства.

Крутнувшись на стуле, я бросил:

– Чего тебе?

От адреналина стучало в висках, и все от одного-единственного имени.

– Мы идем на обед, ты с нами?

– Спасибо, здесь поем.

Перевод: «Я не желаю ни с кем разговаривать и останусь здесь предаваться унынию, что поступил как трус, отказавшись от лучшего, что у меня было в жизни».

– Ты в порядке? С виду вроде не в своей тарелке.

– В порядке, – огрызнулся я.

Александр пожал плечами.

– Дело твое. Пока, приятель.

Я сидел, мрачно постукивая ручкой и в сотый раз доказывая себе, что поступил правильно, оттолкнув от себя Райли. Мне действительно казалось, что я оказал ей услугу, но моя тоска от этого не уменьшалась. Я хотел ее коснуться, а это чистой воды эгоизм, учитывая, что я не гожусь для отношений. Упускать такую девушку, как Райли, непростительная глупость, однако я неоднократно удерживал себя от того, чтобы написать ей с вопросом, как у нее дела. Всякий раз, открывая ее контакты, я уговаривал себя оставить все как есть.

К концу дня я уже хотел закрыть ноутбук и свалить домой, когда во входящих выскочило новое письмо. Я с удивлением узнал адресата: та самая колумнистка, к которой обращалась Райли. Что за черт? Неужели Райли по-прежнему пишет в ту колонку? Значит, она расстроена, или грустит, или что-то стряслось? Но почему они продолжают направлять ответы на неверный адрес? Блин, теперь еще и письмо ей пересылать, напоминая о себе! Лучше я им напишу и все выскажу, живо научатся вводить правильный адрес. Пусть сами пересылают.

Поэтому я игнорировал письмо в течение двух чашек кофе, телефонной конференции и трех глав рукописи, которую я редактировал.

Наконец я отъехал от стола и схватился за волосы: к черту все это! Любопытство пересилило, и – да, я открыл имейл. Через секунду я понял, что письмо адресовано не Райли, а лично мне.

«Уважаемый Идиот!

Во-первых, сразу предупреждаю, что я рискую своей задницей, если Ида вдруг узнает о таком неслыханном нарушении конфиденциальности. Но учитывая, что Вы являетесь единственной причиной необходимости писать ответ, Вы поймете меня без лишних слов. Речь пойдет о том, что Вы сделали – или не сделали, выбирайте сами, а значит, все нижесказанное не будет для Вас новостью.

Позорище. А ведь могла бы получиться прелестная история: двое знакомятся из-за перепутанных имейлов, влюбляются – и далее по тексту. Она была на седьмом небе, пока Вы все не испортили. Вы что, рехнулись? Почему мужчинам обязательно надо все похерить своим ослиным поведением?

К счастью, она достаточно умна, чтобы догадаться: Вы бросили ее из глубоко засевшего в Вас страха испытать новую боль. Я даже погордилась за эту неуверенную в себе девицу, которая не начала во всем винить себя. Она, можно сказать, выросла в моих глазах. В отличие от Вас.

Если ее подозрения верны – ну, что вы боитесь бо-бо, – то я вам скажу: отрастите яйца. Она ждет от меня ответа. Клянусь, что посоветую ей забыть Вас и открыть новую страницу. Да-да, она снова обратилась ко мне с вопросом, не сделать ли ей первый шаг, и я ей обязательно запрещу. Нечего ей бегать за Вашей жалкой задницей после того, как ВЫ обгадили всю малину.

Поэтому ставлю Вам условие, Кеннеди Райли или как Вас там: я отправлю ей ответ через неделю. За это время добудьте белого коня, придумайте себе торжественное появление и умчите девушку в голубые дали. Да, и пришлите мне фото (я не шучу). Иначе я посоветую ей забыть такое ничтожество и переспать с первым же нормальным мужиком, который посмотрит ей в глаза. Выбор за Вами.

Покажите характер, Кеннеди! Вы знаете, что делать.

Шевелите копытами!

Сорайя Морган.

(Учтите, без фотографии не поверю. Я держу палец на кнопке – ответ уйдет по адресу)».

Здравствуй, новая неведомая хрень! В голове у меня образовался шквал. Обдумать предстояло многое, но вперед прорвалось отчаянное: какая лошадь?! Да еще белая! Да еще конь!!!

Неудобно было читать письмо Райли «дорогой Иде», но раз оно имело прямое отношение ко мне, я забегал глазами по строчкам, предусмотрительно прикрепленным Сорайей.

Я перечитывал письмо Райли бесчисленное количество раз. Я догадывался, что сделал глупость, но услышать это от постороннего человека было все равно что ткнуться носом в это самое. Райли готова поверить в мою холодность, когда я только о ней и думаю?!

Я заставил ее сердце трепетать? Ну блин… Я не знал, похлопать ли себя по плечу или пнуть в задницу за непроходимую тупость.

К сумятице в голове и чувству вины добавилась еще и угроза безвестной колумнистки, готовой направить Райли в сомнительном направлении, если я ничего не предприму. Райли точно послушается советов этой идиотки. Что, если она поспешит и легкомысленно отдастся человеку, который никогда не оценит ее по достоинству, и все из желания мне отомстить? Теперь я не только сходил с ума – я еще и ревновал, как Отелло!

Я хандрил все выходные, не зная, как исправить то, что я так феерически уделал. Я не отвечал на звонки, не принимал душ и не выходил из дома.

В воскресенье мама прислала сообщение, что посылает имейл, который мне понравится. Я отнесся скептически, но открыл ноутбук, а в нем личную почту. Среди спама нашлось мамино письмо с приложением. Я начал читать:

«Перед тем, как нам с твоим отцом пожениться, он по секрету сказал мне, что знал о моей любви задолго до признания. С его слов, у меня был „влюбленный вид“. Я долго считала, что это ерунда, пока не увидела видеосъемку со свадьбы. Получается, твой отец был прав – иногда влюбленный последним узнает, что он влюблен».

Открыв приложение, я сгорбился в кресле, глядя, как оператор панорамой снимает гостей в ресторане, а потом фокусируется на маме и Райли, задавшихся целью переплясать друг дружку.

Райли, держа руки на бедрах, крутила «восьмерку» – я даже подался к экрану, чтобы рассмотреть получше. Мама, глядя на нее, старалась повторить движение, но у нее так не получалось (слава богу). Они начали хохотать, хватаясь друг за дружку и сгибаясь пополам от смеха. Они налетали на других танцующих, что вызывало только новый прилив веселья. Сцена была забавная и отлично показывала характер Райли. Я смотрел видео с улыбкой – первой за много дней – и недоумевал, при чем тут загадочные мамины слова.