Vesper – Хтономастер (страница 19)

Глава 8. Хтонь-45

Мы с Касси молча ждали, пока Брюн стояла, подняв над головой левую руку с перстнем на среднем пальце и наклонив голову к правому плечу. Взгляд ее был расфокусированным, голубой камень в перстне мерцал красными прожилками.

— Кажется, нашла! — сказала она. — Они ушли туда.

Она опустила руку в сторону перекрестка слева, метрах в пятнадцати, и движением кисти показала на перпендикулярную узкую улицу, которая под небольшим углом поднималась в северном направлении.

— Логично, — прикинула Касси, глядя на развернутую на колене карту. — Базовый лагерь примерно в той стороне, чуть левее. Видишь, Варфи, этот переулок ведет на площадь, дальше сквер, а за ним начинается территория спортивного комплекса. Базовый лагерь там.

Я кивнул и разогнул спину. Касси свернула карту и поднялась с колена.

— Понятно. Ничего сложного. Не могу понять только, почему здесь тепло и нет туч, — сказал я.

— Это же Хтонь, здесь может быть всё, что угодно, — ответила Брюн. — И теперь еще эти метаморфозы новые. Я не удивлюсь, если это всё какой-то мираж. Стоит нам перейти через эту улицу, как опять станет холодно и темно.

Об этом я как-то не подумал. Пожалуй, тогда не стоит снимать пальто и оставлять его в мастерской по ремонту электроприборов. Такая вывеска, написанная на трех языках, висела над нашей дверью с черепом и костями.

Брюн оказалась права. Ясновидящая как-никак. Холод вернулся, но не сразу, как мы перешли на другую сторону, а когда вышли на перекресток и сделали несколько шагов по переулку. Тучи тоже вернулись на место, но были не такие плотные, как днем. Их даже можно назвать не тучами, а облаками. Луна на три четверти светила ярко во время миража, и сейчас ее свет пробивался сквозь сиреневые облака, так что кромешный мрак сменился вполне комфортной ночной темнотой с отблесками и тенями.

Странное ощущение. Как Хтонь создает эти миражи? Рисует, как картины? А что насчет запахов, температуры воздуха и пыльного ветра? Меняет восприятие наблюдателя? Наводит морок? Непонятно.

Запах пустыни и гнилых фруктов исчез, словно и не было. Но мелкий песок как будто ощущался на зубах.

Я открыл бутылку с водой и сделал пару глотков.

Касси дала мне большую конфету в золотистой обертке.

— Это энергетик, один из самых действенных. Только надо жевать, а не глотать сразу. Жуй медленно и вдумчиво, — сказала она, положила такую же конфету себе в рот и прошамкала: — Ффаодно притупляет чуффтво голода.

Я тут же развернул фантик и закинул белый батончик в рот. Очень своевременный подгон, а то я что-то совсем устал. Дробовик довольно тяжелый, плюс полный патронташ, набитый патронами подсумок, рюкзачок с едой и водой, в карманах опять же патроны, парализатор, фонарь и транклюкатор, еще пистолет в кобуре на ремне. Теперь и вес пальто начал давить на плечи. И тянет в сон.

Вязкая конфета напомнила по вкусу белый молочный шоколад, сушеные финики и чернослив. В сон перестало клонить практически моментально. Я расправил плечи, перехватил поудобнее дробовик и пошел по переулку за девушками, которые двигались в тени вдоль глухой стены какого-то склада. Грациозные, как большие кошки.

Я время от времени на всякий случай оглядывался. Мне мерещились шаги и тени невидимых монстров. А может вовсе и не мерещились. Только они боялись нападать на троих вооруженных отморозков, бесстрашно разгуливающих по Хтони ночью.

На углу перед выходом на небольшую площадь мы остановились, выглядывая из-за стены крайнего здания с торцевой вертикальной вывеской на штырях: «Почтамт». На тротуаре с другой стороны улицы наискосок от нас стояли две легковые машины с открытыми дверцами. А за ними происходило какое-то неясное движение.

— Кто там копошится? — прошептала Касси, снимая предохранитель винтовки.

Она опустилась на колени, оперлась на локоть и посмотрела под машины.

— Это Роми, — тихо произнесла Брюн. — Вижу ее мысли. Проводник ранен, она пытается ему помочь.

— Точно! Вижу ее коричневые сапожки и серые брюки, — сказала Касси.

Какая глазастая. Я уже перебегал через круговой перекресток, слегка пригнувшись и держа дробовик наготове. По сторонам ничего опасного не заметил и быстро присел рядом с Роми, приложив палец к губам.

— О, боги! — вздрогнула Роми, увидев меня. — Нельзя так подкрадываться к людям, Варфи! У меня сердце чуть не выпрыгнуло из груди! Ты как призрак.

Летящий на крыльях ночи.

Она говорила обычным голосом, не шепотом. И не озиралась по сторонам.

— Что случилось? — спросил я.

Проводник ничком лежал с закрытыми глазами поперек тротуара, с края, головой опираясь на переднее спущенное колесо ржавого седана. С внутренней стороны обе двери машины закрыты, но стекол в окнах нет, как и на другой стороне. Соседняя машина была со всеми целыми стеклами.

— Не знаю я! Мы с ним расстались в том скверике возле сломанного фонтана. Я пошла к воротам стадиона, куда он мне показал, а сам собирался проверить какое-то здание дальше по улице. Мы договорились встретиться перед рассветом в мастерской. А потом я услышала крик и вернулась посмотреть, что с ним. Это он кричал. Не очень громко, военные в гарнизоне не слышали. Крик был отрывистый, и раз! оборвался…

Подошли Брюн и Касси. Они сразу присели и начали осматривать проводника вместе с Роми.

Я встал и контролировал окружающее пространство. Никаких монстров, тварей или людей не видно и не слышно. Только где-то далеко за темными домами в западном направлении раздавались непонятные звуки.

— Пульс был только что, — сказала Роми, отвечая на неразборчивый вопрос Брюн.

— Уже нет, — сказала Касси, щупая шею проводника. — У него сильное внутреннее кровотечение, судя по всему. Кровь из носа шла. Никаких ран не вижу. Только шишка на затылке от удара при падении. Но это же не смертельно. Видите небольшую вмятину на крыле машины? Крови нет.

— Стоял или шел по тротуару, — сказал я, оценив обстановку. — Оглянулся на подозрительный звук, и в этот момент кто-то его атаковал. В упор. Сильный толчок или удар в грудь и живот, так, что он отлетел и врезался головой в крыло.

— Очень похоже, — согласилась Касси.

— Он мертв, — вынесла свой вердикт Брюн. — Все внутренности превратились в месиво. Мощный удар, но в то же время мягкий, если можно так сказать, все ребра целые.

— Этот нападавший где-то рядом, если вы расстались недавно, — сказал я.

Роми посмотрела на свои часы.

— Вообще-то, я уже минут десять пыталась как-нибудь помочь ему. Но я не медик, не могла понять, в чем дело. А он без сознания.

— Это понятно, — сказала Брюн. — Но зачем ты вернулась? Надо было со всех ног бежать к базовому лагерю, когда услышала крик.

— Как? — удивилась Роми. — Бросить его в беде? Он хороший человек, похож немного на моего дедушку. Когда мы выбрались из люка в мастерской, он вернул мне половину денег. По пути в туннеле выслушал меня очень внимательно и посочувствовал моим друзьям. Пытался меня успокоить и обнадежить.

Проводник выглядел лет на шестьдесят, с седой бородкой и лысым черепом, рядом валялась трость из коричневого пластика с набалдашником в виде головы добермана. Видимо, шли они медленно, раз мы почти смогли их догнать.

Но Роми молодец, бесстрашная девчонка.

— Брюн, она же не знает про утреннее ЧП с патрулем, — сказала Касси. — Знала бы, сразу убежала бы.

— Какое ЧП? — спросила Роми.

Она нахмурила брови, но испуганной не выглядела.

— Тварь какая-то напала на патруль на другой окраине города, убила двоих, одного ранила и скрылась, — ответила Касси. — Военные покинули опорные пункты и ушли в базовый лагерь.

— Зону закрыли на карантин на две недели, — добавил я. — Нас не пустили на блокпосту.

— И как вы оказались здесь? — удивилась Роми.

— За вами пришли, по следу, — ответила Касси.

— Как вы нашли вход в туннель?! Там же ничего не видно.

— Чудом, Роми. Чудом, — ответила Брюн. — Мы вообще-то за тобой пришли. Утром специальная комиссия приедет из Саргаса. Если тебя увидят внутри Хтони, сама понимаешь, что может произойти.

Роми распахнула ресницы. Она ненадолго задумалась, как быть. Брюн наблюдала за ней, наклонив голову к левому плечу.

— Мне нужно в базовый лагерь! — Роми встала и отошла за своим рюкзаком, который лежал на тротуаре.

— Хорошо, мы пойдем с тобой, — сказала Брюн. — Ты посмотришь, как там твой брат, и мы сразу же все вместе уходим обратно через туннель.

— Вы могли просто уехать. Почему вы пришли за мной? — спросила Роми. — Зря. Конечно, я понимаю, что у меня могут быть проблемы, но никуда не уйду без брата.

Без двоюродного брата Питера и жениха Эрика.

— Ладно. Но мы в любом случае пойдем с тобой, чтобы гарнизонное начальство не воспользовалось твоим положением. Всякое может случиться. Цену заломят, например. Наша поддержка тебе не помешает, будем свидетелями, — настойчиво продолжала Брюн. — И если ты передумаешь оставаться, то заберем тебя с собой. Просто мы слышали, что днем один из раненых умер. Мы не знаем, кто именно.

Это было жесткое решение, сообщить об этом без подготовки. У Роми дрогнули плечи, она судорожно всхлипнула, развернулась и быстрым шагом пошла напрямик к спортивному комплексу за деревьями сквера и широкой дорогой. Брюн ринулась за ней.