Вероника Яцюк – Когда ночь становится темнее (страница 10)
– Ты знаешь как меня зовут, – фыркнула Линда.
– Если бы знала, не спрашивала бы. Логично, да? – я отложила нож в сторону и повернулась к ней, сложив руки на груди.
Улыбка на лице соседки медленно растаяла. Она прочистила горло, сложила руки в замок и снова улыбнулась, но на этот раз натянуто.
– Не думаю, что это важная информация.
– Нет? – я скептически изогнула бровь.
– Никто не зовет меня моим именем уже очень долго, поэтому да, это не важно.
– И все же, я бы хотела знать. Ты, очевидно, узнала обо мне все, что смогла, задолго до нашего знакомства.
Линда опустила взгляд и поджала губы. Она долго молчала, а я терпеливо ждала ответа. Соседка вздохнула.
– Людмила Грачева, если тебе это действительно важно, – ответила Линда и посмотрела мне в глаза. – Могу сказать номер и серию паспорта. Номер СНИЛСа, банковской карты. Адрес родителей сказать не могу, они уже умерли, – её голос был ровным и четким, в нем слышалась нотка обиды. Она пыталась пристыдить меня, но мне не было стыдно. Думаю, я заслуживала знать её имя. – Мне никогда не нравилось мое имя, поэтому я перебрала десяток имен прежде, чем пришла к Линде. Что еще ты хочешь узнать?
– Ты не знаешь, кто вчера приходил к Владу? Парень, примерно нашего возраста, черные волосы, синяк под глазом.
Она нахмурилась, а затем покачала головой.
– Не знаю.
Из моей комнаты вышла кошка. Соседка бросила на нее взгляд, а затем вопрошающе посмотрела на меня. Безымянная кошка прошла на кухню, остановившись, ощетинилась и зашипела на Линду. Та подскочила с места, как будто перед ней была не обычная кошка, а змея, и презрительно сморщилась на секунду. Кошка потерлась о мои ноги и села рядом.
– Если ты закончила с допросом, я пойду. Спасибо за кофе, – Линда стремительно ушла, не дав мне и слова сказать.
Мы с кошкой переглянулись. Она мяукнула. Я вздохнула и поджала губы. Я определенно обидела Линду, но была ли в этом моя вина? Это просто имя. Почему она так завелась? Я ни в чем не обвиняла её, но теперь я была уверена в том, что ей есть что скрывать.
Дорезав салат, я наложила его в тарелку, полила маслом и села за стол. Однако теперь мне было не до еды. Я взяла телефон и, открыв браузер, стала искать информацию по Людмиле Грачевой. Мне выдало множество страниц в социальных сетях, но ни одна из женщин, которым они принадлежали, не была Линдой. Я закрыла браузер, поняв насколько это бесполезно.
Мой телефон завибрировал в руке и спустя несколько секунд на экране высветилось фото. Я, с улыбкой и смешным колпаком на голове, обнимающая мою старшую младшую сестру за плечи, и она, в шутку закатывающая глаза, на ее пятнадцатом дне рождения. У нас с ней было десять лет разницы, тем не менее, мы были во многом похожи. Как внешностью – из всех сестер только у нас были темно-русые волосы, – так и характером, который наша мать называла "вздорным". Мы никогда не могли примириться с матерью, постоянно спорили, пытаясь отстаивать свою точку зрения. Есения и наша младшая – Мирослава – обладали гораздо более спокойным, как у нашего отца, характером.
Я невольно улыбнулась, ответила на звонок и поднесла телефон к уху.
– Что уже случилось? – без приветствий спросила я.
Кира вздохнула. Я слышала свист ветра на том конце провода, значит, сестра была на улице.
– Наша любимая маман, – ответила она. Я фыркнула. Кто бы сомневался. – Зачем ты уехала?
– Кира, что случилось?
– Я покрасила волосы. Помнишь, я говорила об этом?
– Да, помню, и что такого? Ты хотела покраситься в красный, да?
– Она сказала, что такие волосы себе делают только, цитирую, женщины с низкой социальной ответственностью. Знаешь, что я ей ответила?
– Боюсь спросить, – улыбнувшись шире, ответила я.
– Я сказала, что давно думала как сказать ей об этом, и решила сделать это таким образом.
– Господи, ну ты и дура, – усмехнувшись, проговорила я. – Она же не оставит тебя в покое.
– Ты бы на моем месте промолчала?
– Сомневаюсь. Ты к Сене едешь?
– Да, наверное. К тебе-то уже не получится.
– Да уж, – я вздохнула.
– Когда ты вернёшься?
– Я не знаю, но не рассчитывай, что это произойдет скоро.
– Тогда я хочу приехать к тебе, – её голос стал звучать устало и немного по-детски капризно, казалось, она сейчас топнет ногой.
– Кир, – выдохнула я, но она тут же меня перебила.
– Что? Шутки шутками, но мне реально здесь невыносимо. Мамка не успокоится, пока не сведёт меня в могилу, и ты это знаешь.
– Она всегда это делала…
– Да, но раньше ты была на моей стороне!
– И я все еще на твоей стороне, малыш, просто…
– Просто тебя нет рядом, – Кира закончила за меня. Я чувствовала горечь ее обиды, но ничего не могла сделать.
– Мне нужно было уехать. В городе для меня не было настоящей работы, а здесь… Здесь я могу работать тем, кем давно хочу. Это делает меня счастливой, надеюсь, ты понимаешь меня.
– Понимаю, – спокойно согласилась сестра, но все еще немного обиженно. Я знаю, что ей нужно время, чтобы смириться, но она справится. – Почему я не могу приехать к тебе?
– По многим причинам.
– Назови хотя бы три.
– Хорошо, во-первых, ты учишься, а нормальной школы тут нет. Во-вторых, ехать сюда слишком долго и далеко, ты не сможешь доехать одна.
– Почему нет?
– Потому что тебе пятнадцать и год назад ты едва в метро могла ориентироваться.
– Ладно, а третье?
– В-третьих, мать никогда не отпустит тебя. Она заявит, что я украла тебя из дома.
Кира выругалась, цокнув языком. Раньше я бы укоризненно посмотрела на неё, но не сейчас. Ей было обидно, она чувствовала себя брошенной и, может быть, преданной. Я была на ее месте и знаю, что она чувствует.
– Я думаю, мы можем попробовать летом, хорошо?
– Так долго!
Я усмехнулась.
– Ты не заметишь, как пролетит это время, – затем став серьезнее, я добавила. – Кир, пообещай подружиться с кем-нибудь. Нельзя избегать людей, как бы не хотелось.
У нее были проблемы с общением. Мы, ее сестры, были единственными и лучшими ее подругами. Иногда сестра общалась с моими друзьями, но это было совершенно не то. Кира всегда говорила, что ей нормально, что ей не нужен никто, кроме нас. И все же, я видела, что ей временами не хватает общения со сверстниками.
– Ив, мы же говорили об этом.
– Да, мы говорили, поэтому я и прошу.
– Я не знаю… Я попробую. У нас в классе новенькая, я видела у нее кулон Даров Смерти. Может быть… Может быть, сейчас получится. Она выглядит хорошей.
– Хорошо, держи меня в курсе, – я снова невольно улыбнулась.
– Ну, наконец-то! Я побежала, тут автобус подъехал.
– Давай.
Кира сбросила вызов, я отложила телефон и некоторое время сидела за столом, глядя на свой нетронутый салат. Ее вопросы натолкнули меня на мысли о работе. Я ещё не задумывалась о том, сколько времени проведу здесь. По контракту это точно займет год, но я могу его продлить. Может быть, на три? Мне нужен был достойный опыт работы, чтобы устроиться в Москве, но при этом я не хотела застрять здесь навсегда. Мне нужен план. Я взяла вилку в руку и начала есть, прокручивая в голове пункты плана.