Вероника Якжина – Туманова (страница 2)

Смены у них часто совпадали, а значит, можно было вечером возвращаться в общагу вдвоем. Часто Леша сам предлагал проводить, затем предлагал прогуляться, а не ехать в забитом до отказа автобусе, а по пути приглашал перекусить в кафе. Угощал, конечно же, он.

На фабрике Леша руководил логистикой. Ему было двадцать семь, темные волосы, волевое лицо, улыбка с ямочками. Света смотрела на его губы и не сомневалась, что они очень мягкие.

Они общались постоянно, узнавали друг друга все лучше, и Свету очень беспокоило, что Леша не совершает никаких попыток коснуться ее, обнять. Глядя, как в общаге он флиртует с другими девчонками, Света начала подозревать, что ее френдзонят. Спустя пару месяцев во время очередных посиделок в кафе, Леша вдруг начал рассказывать про девушку, с которой познакомился в свой выходной и с которой у него скоро свидание, и даже показал фото в ее профиле в соцсети.

Света таращилась на фотку, не веря увиденному и услышанному. Задать прямой вопрос и изъявить несогласие с этой вселенской несправедливостью ей помешали дрожащие губы и накатившие слезы. Леша, увидев это, испугался и мгновенно пересел к ней поближе, приобнял за плечи и прижал ее голову к своему плечу. Света ощутила незнакомое раньше тепло, волну нежности по всему телу, и это заставило ее разреветься в голос.

– Свет? Свет, ты чего? – Леша растерянно бормотал и гладил девушку по волосам. – Что случилось–то?

Света, разозлившись, вырвалась из утешительных объятий и с силой ударила парня в плечо. Зашипев, Леша стал потирать ушибленное место. И тут в его глазах блеснуло понимание.

– Блин, Свет… Ты из–за меня, что ли? – Леша устало потер глаза. – Свет, ты прости. Я не хотел тебя путать. Мне интересно с тобой, правда. Ты очень хорошая.

– Но…

– Но я в тебе вижу друга. Не думал, что запутаешься. Мне показалось, что тебе тоже по–дружески интересно.

Света, задетая в лучших чувствах, вскочила, надеясь, что ее заплаканное обиженное лицо выглядит не слишком красным и не слишком противным. Это только в фильмах плачущие девушки – зрелище милое: влажные глаза, чуть покрасневший кончик носика, красиво припухшие губы. В реальности это отекшие красные веки, нахмуренный лоб, опущенные уголки губ, сопли, искривленные болью черты лица. Ничего милого.

Света убежала и до ночи не возвращалась в общагу. Тогда она еще не знала, что после полуночи двери закрывают, и войти можно, только позвонив в звонок. Стоя среди ночи перед запертой дверью, Света оглядывала здание, гадая, есть ли другие пути, ведь даже новенькой было ясно, что звонок разбудит Кракена–Палну, дежурившую в тот день, а Кракен уничтожит всякого, кто нарушит покой. Еще одной моральной атаки Света не выдержала бы.

Она прошла вдоль стены и нашла окно на первом этаже, в котором горел свет. До нижнего отвеса она не доставала совсем чуть–чуть. Сначала бросала камешки, затем подняла с земли палку и стукнула в стекло так, что едва не разбила. Изнутри громко выругались, и Света увидела мужскую голову с недовольным лицом. Створки распахнулись.

– Обалдела?

– Можно через ваше окно войти? Не хочу в дверь звонить.

Из комнаты донесся дружный мужской хохот, и рядом с первой головой появились еще две.

– Счастье само лезет в окно, – загоготал один из парней.

– Я к девчонкам в окна лазил. А девчонки ко мне еще ни разу.

Света терпеливо пережидала поток неудержимого юмора, выдавливая из себя улыбку.

– Феечка, а где же твои крылышки?

– Обломали, – проскрипела Света, и ощутила вновь подступившие слезы.

– Девушка, не плачьте, мы поможем.

Двое парней перегнулись через подоконник, взяли Свету за руки и потянули вверх. Она уперлась ногами в кирпич и уже через несколько секунд оказалась в комнате, утирая слезы.

– Спасибо.

– Ты в какой комнате живешь? – спросил один из парней, все еще державший ее за руку.

Света назвала номер комнаты и сказала, что с удовольствием угостит их чаем в знак благодарности.

– Проводить? – спросил тот же парень.

Света мягко вытянула из его руки свою.

– Не надо.

Она вдруг осознала, что находится в комнате с тремя незнакомыми мужчинами, и никто, ни единая душа этого не знает. Все тот же парень не отводил от Светы взгляда, выглядел очарованным, и в любой другой день ее это порадовало бы. Но не сегодня.

– Тебя как зовут? Я Денис, это Слава и Лысый.

Света с удивлением уставилась на того, кого назвали Лысым, а точнее, на его пышные темные кудри.

– Роман меня зовут, один раз просто побрился налысо, вот и прицепилось.

Света не смогла сдержать улыбку, а затем комната наполнилась ее смехом.

– Ну вот, уже улыбаешься.

– Имя! Имя, сестра! – с чрезмерным драматизмом взвыл Слава, сотрясая руками, видимо пародируя фрагмент из «Трех мушкетеров».

Света еще пару раз хохотнула, теперь над актером, и назвала свое имя.

– А я и думаю, светло как в комнате стало. А оно вон что.

– Спасибо, ребят. Вы меня очень выручили. Я пойду.

– А тебе некуда торопиться, – вдруг очень ровно и спокойно заявил Слава голосом, не терпящим возражений.

Света удивленно хлопнула глазами.

– Мы не можем отпустить тебя, Света.

Парни синхронно скрестили руки на груди.

– В… в смысле?

– Ты никуда не пойдешь. Покуда не дашь торжественную клятву, что навестишь нас снова.

Все трое захохотали, наслаждаясь произведенным эффектом. Света, успевшая нехило испугаться, с облегчением посмеивалась.

– Торжественную – это как? На крови? Или зарежем жертвенного барана?

– Ромка–а, дружище, мне жаль, но этот день все же настал. Нам придется тебя зарезать, – с этими словами Слава бросился «рыдать» на плече у Дениса. – Обещаю, что позабочусь о твоей семье, и все–все узнают, что ты пал ради святой цели.

– Он мечтал быть актером, – нарочито громко прошептал Денис и подмигнул Свете, одновременно похлопывая страдальца по плечу.

– Я не просто мечтал! Я и есть артист. Самый талантливый, гениальный и красивый. По версии моей бабули. Еще у меня аппетит хороший.

Света уже и забыла, по какой причине оказалась в этой комнате с этими тремя ненормальными. Ей было весело и легко.

– Моя бабушка дала бы тебе титул «артист погорелого театра».

– Ну вот! Наконец–то ценители! Светлые умы в этом царстве непроглядной темноты. Армия моих поклонниц растет в геометрической прогрессии!

Слава вдруг начал декламировать какие–то стихи, а Денис, глядя на Свету спросил:

– Тебя обидел кто–то?

Свете очень хотелось ответил правду и указать обидчика. Но парни вряд ли поняли бы масштаб трагедии и скорее всего заняли бы позицию Леши, поэтому она отрицательно помотала головой.

– Просто день такой.

– Меркурий! Ретроградит, негодяй, – заключил Слава.

– Если кто–то обидит, скажи нам, – серьезно сказал Денис, не обращая внимания на соседа.

– Мы его затопчем ногами и плюнем в ухо!

Света прыснула от нелепых угроз.

– Или если помощь будет нужна, тоже нам скажи. Мы поможем, – добавил Роман.

– Спасибо, – широко улыбалась Света. – Вы классные, спасибо. Спасли меня. Вы мои герои!

– Атос, Портос и Арамис к вашим услугам сударыня! Гарри, Рон и Гермиона. Билли, Вилли и Дилли. Винтик, Шпунтик и…

– Незнайка, – подсказал Роман.

Они со Славой принялись спорить об уместности Незнайки при упоминании троицы друзей, а Денис все же настоял проводить Свету до комнаты. Девушка согласилась, но только потому, что в голову ей пришла соблазнительная мысль. Что, если Леша сидит под ее дверью и ждет, когда она вернется? И вот она поднимется на свой этаж не в одиночестве и не заплаканная, а с широкой улыбкой в сопровождении высокого симпатичного парня.