Вероника Ягушинская – Жизнь напрокат (страница 4)
Задумалась над этим вопросом всерьез. Рома был симпатичным русоволосым мальчиком. В меру добрым, в меру злым. В меру вежливым, в меру грубым. Этакая "золотая середина", которую, иначе как ни то ни се, я окрестить не могла. Отвращения не вызывал, но и пылких симпатий к нему яне питала. Ставим знак вопроса.
"
Меня прямо передернуло от одного воспоминания о нем. Круглолицый, вечно красный, нос картошкой и эти мерзкие слюнявые толстые губы, которые этот придурок всегда выпячивал. А еще этот кретин мнил себя венцом мироздания и искренне оскорблялся, если девушки были иного мнения. Мимо него я не прошла мимо с гордо поднятой головой, я пролетела со скоростью баллистической ракеты, чтобы только этот король обезьян не успел обратить на меня внимания. Впоследствии он нашел себе прыщавую малолетку и, по-моему, таки ж на ней и женился. Вот уж чьей судьбой никогда не интересовалась!
– Прости, бледная с косой, но лучше уж сразу в гроб, – под нос себе побормотала я и поставила жирный минус.
"
Тоже Андрей. Тихий, кучерявый (не люблю), застенчивый. Вздыхал издалека, боясь приблизиться.
Скрепя сердце, занесла и его в список потенциальных… отцов. В конце концов, никто же не заставляет меня всю жизнь с одним мужчиной жить.
"
Один раз клеился, но быстро отстал.
Этот индивид был наполовину армянин с соответствующим колоритом. Черные как смоль волосы (я в курсе, что в оригинале армяне рыжие, но что уж поделать, если нам в город таких не завезли), черные глаза, но при этом от мамы мальчику досталась бледная кожа. Смотрелось офигенно, если честно. Этот достоин знака вопроса.
"
Этот был из разряда Дюши. Тоже скромный, застенчивый, послушный маменькин сынок. Разве что русые волосы были прямые, да глаза серые, а не голубые.
Замечательно. С этими все ясно. Надо присмотреться к четверым из пяти. Теперь "бревна".
Тут и проще, и сложнее. С одной стороны, в то лето из этой компашки я "контачила" только с Вадимом, с другой, с ним же мы откровенно дрались, с чего, собственно, общение с "бревнами" и началось. Весь июль мы ожесточенно выясняли отношения, а в августе общими усилиями всех друзей зарыли топор войны и дальше гуляли вместе. Кто из них мог на меня заглядываться, даже не представляю, ибо я после ссор с Козлом (сокращенно Кз) ни на кого из них не смотрела, как на парней. Они были бледным антуражем для злодейств своего предводителя.
"
Шикарный пепельный блондин с глубоко посаженными синими (именно синими) глазами. Выпивоха, но добрый малый. В двадцать три умер в тюрьме от передоза. Нда, перспектива. Два вопроса. Первый – основной, второй – а оно мне надо?
"
Тохин младший брат. На удивление брюнет. У мелкого жизнь сложилась получше, но благополучием там тоже и не пахнет. Когда я спрашивала общих знакомых год назад, он был все еще жив, а сколько протянет? Его одна проститутка в двадцать гепатитом каким-то страшным наградила. Так, этому точно минус!
"
Кареглазый невысокий шатен, вполне милый, но этому минус. Почему? А просто он впоследствии женился на Ане – черноволосой змейке из нашего серпентария. Лишать "заклятую подругу" мужа мне не хотелось.
"
Лучший друг Виталика. Будущий муж Лёки, Аниной младшей сестры. Тоже минус.
"
Приятный во всех отношениях блондин, кроме одного. Этот его гаденький смешочек. Бр-р-р! Впрочем, ладно. Перевоспитать всегда можно.
"
Кучерявый, чуть полноватый, пошляк. Не красавец, но с лица воду не пить. Предки у него обеспеченные, что тоже плюс, сам в итоге бизнесом занялся. Надо бы приглядеться.
"
Серая мышь. Маленький, тощенький, длинноносенький. Вопрос.
И, наконец…
"
Назвать его Вадимом язык не поворачивается. Минус!!!
Я так сильно надавила на ручку, что даже прорвала бумагу. Слева послышались шаги, но я не обратила внимания, продолжая вспоминать потенциальных кандидатов, а зря.
– Эй, Барби. Вали отсюда! – визгливый женский голос заставил поморщиться и обернуться.
О, а вот и неприятности пожаловали. Не по первоначальному сценарию, конечно, но и я уже не та закомплексованная малолетка.
Внизу во фривольной позе стояли две представительницы "прекрасной" половины бревен: белобрысая курносая Леночка, двоюродная сестра Кз, и кареглазая брюнетка Ирочка, чьи родители снимали у бабушки Вадима комнату. Двое из ларца, блин. И эти курицы стояли с настолько одинаковыми выражениями лиц, что я даже улыбнулась невольному сравнению.
– Че лыбишься, овца? – влезла Ирочка. – Тебе сказали, вали отсюда!
– С фига ли банька развалилась? – ехидно поинтересовалась я сверху, удобно откидываясь, как на спинку, на вышележащие бревна.
– Чего?
Понятно, с идиомами беда. Зато по идиотам план выполнен!
– С какого перепугу я должна валить? – пояснила девочкам, улыбаясь так по-доброму, будто обращалась к душевнобольным.
– Это наша территория! – заявила Леночка.
– Вы ее пометили? – притворно ужаснулась я и начала озираться. – Девочки, скажите, где конкретно, чтобы я туда случайно не вляпалась!
– Самая умная?! – взревела Ирочка.
– Типа того.
А что еще ответить малолеткам на такой вопрос.
– А ну вали, пока не получила! – уже Леночка.
– От тебя что ли? – насмешливо потянула я и смерила фигуру девочки придирчивым взглядом.
Хоть она и была меня старше на пару лет, формами явно уступала. Не суповой набор, конечно, но и ухватиться не за что.
– Напросилась, – прорычала Леночка и, схватив меня за ногу, дернула вниз.
– Это ты зря.
Я стряхнула цепкие ручонки, и сама слезла вниз. Затевать драку не хотелось в принципе, а уж на бревнах и тем более. В отличие от малолеток я-то понимала, чем чревато падение спиной на неровную поверхность. В детстве о таких "мелочах", как перелом позвоночника и инвалидная коляска, как-то не задумываешься.
Оказавшись внизу, я мигом была окружена недоброжелательницами.
– Пошла вон! – прошипела Леночка, хватая меня за плечо. Больно, кстати, зараза мелкая, как бы синяков не осталось. Девица попыталась меня оттащить в сторону, но у нее ничего не вышло, стояла на ногах я прочно.
– Корячки убери, – спокойно глядя ей в глаза, вежливо попросила я.
– А то что? – с вызовом бросила блондинка.
– Будет больно, – пообещала я ей.
– Да, пошла ты!
Сама напросилась. Меткий удар в солнечное сплетение согнул девчонку пополам. Била я слегка, ибо рука у меня тяжелая, это признавал даже тренер в секции бокса, куда я изредка захаживала после работы стресс сбросить.
– Зараза, – прохрипела пострадавшая, пытаясь выпрямиться и отдышаться.
– Ах, ты!
Ко мне с вытянутыми в явном намерении расцарапать лицо руками кинулась Ирочка. Шаг в сторону и легкий взмах руки с выставленным вперед основанием ладони. Удар пришелся точно в лоб. Брюнетка шагнула назад, споткнулась о ноги подруги и, замахав, как мельница, руками, села в пыль.
– Чистая победа, – ухмыльнулась я, но радоваться долго не пришлось. От дома напротив к нам уже спешила подмога: Кз и его старший брат Алексей.
Мальчики внешне были очень похожи, но при этом разительно отличались… выражением глаз. Если у Вадима они сверкали ненавистью, то в темно-серых глазах его брата плескалось беспокойство. Красивые парни. Старший чуть выше, но оба рослые, стройные, движения у них плавные, как бывает у людей, не один год занимающихся единоборствами. Волосы пепельно-русые, черты лица прямые, правильные. Чуть полноватые губы младшего кривились в оскале, в то время, как старший, недовольно сжал губы в тонкую линию.
– Чип и Дейл спешат на помощь, – пробурчала под нос, но меня услышали.
– Что ты сказала, овца? – зло прошипел Кз.