Вероника Тарасова – ПервАЯ июля. Правдивая история о двух чудаках, живущих в воображаемом мире, случайно созданном во время марафона «100 текстов для Брэдбери» (страница 2)

А мистер Вéранд тихонько задремывал в своЕЙ удобноЙ кресле. Ему снились Дув О’Дýван, миссис О. Дувáнчик и то, как он нежно прикасается губами к ее белоснежной руке.

Машина времени

Однажды утром мальчишки принесли мистеру Веранду потрясающую новость: скоро в Гринтауне появится машина времени. Старик даже чуть не поперхнулся пирожным, которое собственноручно испекла и привезла вчера на своем драндулете миссис О. Дуванчик.

– Вы хотели бы попасть в свое прошлое, мистер Веранд? – спросил Том Фостер.

– Нет, мой мальчик. Все, что было со мной в этой жизни, прочно хранится в моей памяти. Нет никакой нужды в машине времени, чтобы снова увидеть, как мой дед снимает с крючка здоровенную рыбу, мать печет для нас с сестренкой Роуз тыквенный пирог, а отец чинит наши качели. Все это разом встанет у меня перед глазами, как только я этого пожелаю.

– Но, может быть, вам захотелось бы что-то изменить в вашей прошлой жизни? – не отставал Том.

Мистер Веранд взял жестянку из-под печенья, достал оттуда кучку жвачек и раздал мальчишкам.

– Единственное, – сказал он задумчиво, – о чем я по-настоящему жалею, – так это о том, что из-за своей нерешительности позволил мисс Оливии Данделайон выскочить замуж за того надутого чеха Дуванчика. Но машина времени этого не исправит.

– А в будущее? В свое будущее вы хотели бы попасть? – не унимался юный Фостер.

– Полагаю, парень, что в свое будущее я попаду без всякой машины, – веско заметил мистер Веранд. – Есть ли смысл торопить события, которые и так тебя не минуют?

– Значит, вам неинтересно? Совсем-совсем? – наперебой загалдели мальчишки. – Ни в прошлом, ни в будущем?

– А вот это как раз не так! – горячо возразил мистер Веранд и налил себе второй стаканчик арбузного крюшона. – Я хотел бы побывать в прошлом, где меня не было, и будущем, где меня не будет. Может быть, мне удалось бы тогда проникнуть в главные тайны ушедших веков. Была ли Атлантида? Правда ли, что в Троянской войне участвовали амазонки? Что написано на дощечках, называемых «ронго-ронго»? А что будет лет через двести? Узнаем ли мы свою планету? Можно ли будет вот так, как сегодня, просто сидеть по утрам на террасе, попивая капучино или арбузный крюшон? Или люди станут прятаться под землей и глотать пилюли вместо свежих продуктов? И сможем ли мы, наконец, перекинуться хотя бы парой слов с пришельцами?

Воодушевленные этой тирадой, мальчишки мигом пососкакивали с террасы и бросились на улицу, к дому Тео Каухмана, который, как говорили, уже почти закончил машину времени. А мистер Веранд зашел в дом. Постояв у книжного шкафа, он взял со средней полки, из-за портрета миссис Дуванчик, мобильник, который ему подарили члены женского клуба «Ирис», и набрал номер Тео. Чтобы поговорить с ним о крайне неотложном деле.

Свет и тени

Мистер Веранд разбил свои последние очки.

Узнав об этом, миссис Дуванчик тут же примчалась на своем драндулете, чтобы отвезти его к окулисту.

– Не желаете ли для начала выпить чашечку капучино на террасе? – осведомился мистер Веранд.

– Еще как желаю! – жизнерадостно ответила гостья и вытащила из пакета коробку с яблочным пирогом. – Извините, пекла не сама. Слишком много дел в клубе «Ирис». Пришлось по дороге заскочить в «Пайз энд Кэндиз».

Она живо распаковала и разрезала пирог, а мистер Веранд принес из кухни две чашечки кофе.

– Говорили сегодня с О’Дуваном? Как он? – спросила миссис Дуванчик, удобно устроившись за столиком.

– Боюсь, старина Дув хандрит. Он не говорит, но я-то знаю, как плохо переносят дублинскую погоду его дряхлые кости.

– Надеюсь, вы не берете с него пример?

Без очков мистер Веранд не очень хорошо видел собеседницу, но по голосу понял, что она нахмурилась.

На террасу залетел теплый ветерок. Покачал подвешенные к карнизу горшки с петуньями, раздвинул ветви плюща и плетистых роз, поиграл солнечными бликами. Бледное лицо миссис Дуванчик, которое он не слишком различал в тени зелени, озарилось ярким светом, стало мягким и ровным.

– Боже, как она божественно хороша! – в который раз в своей жизни подумал мистер Веранд.

Теперь прекрасная Оливия была в точности похожа на свой фотографический снимок, который он сделал на благотворительном балу лет семьдесят тому назад. Тот самый, который всегда стоял у него в книжном шкафу рядом с портретом Линкольна.

Для достижения еще большего сходства мистер Веранд слегка опустил веки и начал смотреть на миссис Дуванчик сквозь свои поредевшие ресницы…

– Генри, ну как не стыдно! Вы опять задремали! – прекрасная Оливия звякнула чашкой о блюдце. – Немедленно собираемся к окулисту! И надо еще заглянуть к стоматологу. По-моему, вы что-то говорили о трещине в протезе?

Мистер Веранд машинально повозил языком по вставной челюсти. Да, трещина все еще там. Но это совершенно неважно. Она назвала его Генри! Кажется, его надежды начинают сбываться.

Визит Роуз

К мистеру Веранду нагрянула в гости младшая сестра.

Роуз появилась на пороге рано утром – в бежевом летнем пальто и соломенной шляпке с желтыми и бледно-оранжевыми цветами в окружении поблекших зеленых листьев. С собой у нее был старинный кожаный саквояж с перламутровыми инкрустациями.

В последний раз сестра приезжала довольно давно, и мистер Веранд уже подзабыл, как это бывает, поэтому радостно раскинул руки для объятий.

– Отойди немедленно! – страшным голосом вскричала Роуз. – Даже не думай прикасаться! Я вся в пыли!

Брат ничего такого не заметил, но послушно отступил.

– Обнимемся, когда приму душ и переоденусь, – миролюбиво сказала мисс Веранд и направилась прямиком в ванную.

Когда она появилась на кухне, стол был полностью накрыт для завтрака – четыре яйца пашот, ароматные гренки с тонкими ломтиками обжаренного бекона, горка хрустящих листьев салата и две больших чашки капучино с крепкой молочной пенкой.

– Ты все еще пьешь кофе! – в негодовании возопила Роуз и побежала за своим саквояжем.

– Лучший кофе – вот!..

Она торжественно водрузила на стол банку растворимого цикория.

Пока мистер Веранд с отвращением потягивал омерзительную бурую жидкость, сестра придвинула к себе обе чашки с капучино и тарелку с гренками и беконом.

– Ничего, пусть мне будет хуже, – приговаривала она. – Кто-то же должен позаботиться о моем бедном брате.

Роуз была на целых семь лет младше (ей было всего восемьдесят три) и считала, что еще в состоянии вынести все последствия неправильного питания.

После завтрака мистер Веранд, как обычно, вышел на террасу с телефонным аппаратом в руках. Он уже почти набрал номер своего друга О’Дýвана из Дублина, когда Роуз решительно вырвала у него трубку.

– Генри, ты с ума сошел! Вдруг он расскажет что-нибудь печальное? Ты разволнуешься, тебе станет плохо, и что тогда прикажешь делать? Пойдем-ка ты лучше приляжешь отдохнуть после еды. Я накрою тебя пледом…

Мистеру Веранду очень не хотелось ссориться с сестрой с самого начала, поэтому он послушно поплелся в гостиную и разместился на диване. Поправив подушки и подоткнув ему со всех сторон плед, Роуз вынула из саквояжа объемистую тетрадь.

– А вот это – чтобы тебе не было скучно…

– Что это? – войдя в роль джентльмена преклонного возраста, слабым голосом спросил мистер Веранд.

– Это мой новый роман. Точнее, кулинарный детектив, – потупив глаза, ответила Роуз.

Брат очень удивился. Ни о каких старых романах мисс Веранд ему не было известно.

– А почему кулинарный? – спросил он.

– Ну, это такая фишка. Собственно, я еще не до конца продумала, в чем именно она состоит. Надеюсь, ты мне поможешь… Да и образ частного детектива пока не вырисовывается. Знаю только, что ее зовут мисс Мóранд и ей восемьдесят три, как мне. Сюжет тоже неясный…

– Боже мой, но ты ведь исписала почти всю тетрадь! Что же в ней?

– Кулинарные рецепты, – скромно промолвила сестра. – Генри, ты ведь был таким талантливым журналистом! Почему бы тебе не поддержать свою маленькую Рози?

Деликатно прикрыв за собой дверь, она на цыпочках вышла на террасу, а мистер Веранд остался на диване обдумывать фабулу романа.

Из гостиной было хорошо слышно, как Роуз гоняет соседских мальчишек.

– Но мэ-э-эм! – гнусаво тянул один из них. – Мистер Веранд обещал сегодня рассказать, как он участвовал в кубинской революции!

– Потом, все потом! Моему брату нужен отдых!..

Сюжетные линии никак не намечались, детектив Мóранд все настойчивее приобретала черты Роуз, а кулинарные рецепты совершенно не хотели вписываться в повествование. Отчаявшись и по-настоящему утомившись, мистер Веранд прикрыл глаза и через некоторое время погрузился в глубокий сон.

Проснулся он в пять часов. Роуз уже накрыла в гостиной раскладной чайный столик – варенье из инжира, пара фисташковых пирожных и абрикосовый пирог с безе.

– Извини, Генри, но тебе только это.

Она налила ему ромашкового отвара и положила на блюдечко пару крекеров.

– Здоровье – прежде всего!

Мистер Веранд невольно глянул на шкаф – на ту самую полку, где рядом с портретом Линкольна стояла фотография миссис Дуванчик. Почему-то вспомнился ее фирменный яблочный пирог.

– А знаешь, Генри, – перехватив его взгляд, доверительно начала Роуз, – думаю, теперь уже можно признаться. Ведь это я сказала Оливии Дуванчик (ну, тогда еще Данделайон), что видела, как ты целовался с Сесилией Пайн. Вот не взял меня в тот день в кино…