Вероника Лесневская – Верни нас, папа! Украденная семья (страница 60)
Зато я пропал, черт возьми! Доверил крысенышу самое дорогое, что у меня было, и горько поплатился за свою глупость. Моя ненависть к Луке вспыхивает ярко и перекидывается на его отца. Я готов разорвать в клочья любого Томича, который попадется под горячую руку, но Ника вцепляется в мой локоть, поднимается на носочки и гипнотически шепчет на ухо:
- Дань, это я его вызвала в Россию.
- Зачем? - поворачиваюсь к ней, а она воинственно вздергивает подбородок.
- Я же обещала тебя вытащить!
Тем временем Мирон тоже выходит из машины, чтобы контролировать ситуацию. Он, как и Ника, чувствует, когда я на грани срыва. И спешит обезвредить меня.
- Остынь, Богатырев, - издалека отдает приказ, пока я не успел психануть. - Бранислав очень помог нам в твоем деле. Если бы не он, ты бы получил условку, поэтому выслушай его, пожалуйста.
- Данечка, прошу тебя, - нежно шелестит под ухом.
Я сдаюсь, обнимая Нику за талию и притягивая к себе вплотную. Дышу ее близостью, успокаиваюсь. Он мой якорь в бушующем море, рядом с нем проще сохранять душевное равновесие.
- Что ж, рассказывайте, с чем приехали в наши края, - обращаюсь к Томичу уже адекватнее.
- Николь позвонила мне и все рассказала. Я вылетел первым же рейсом, нашел своего поганца и заставил его прекратить все это безобразие.
- Так вот почему он забрал заявление, - протягиваю с ухмылкой.
Мелкого ссыкуна прижучил отец. Ожидаемо. Семья у него религиозная, с принципами и моралью, но не застрахована от сына-урода.
- Лука совершил большой грех, когда покусился на чужую женщину, ещё и беременную, - Бранислав виновато косится на свою бывшую невестку, а мне хочется спрятать ее от обоих Томичей. - Он долгие годы обманывал и ее, и нас. Такое в нашей семье недопустимо. Мы приносим свои глубочайшие извинения.
- Засуньте их себе… - выплевываю в сердцах.
- Даня! - фыркает Ника, и я чмокаю ее в висок.
- Я понимаю твой гнев, Данила, - степенно продолжает Бранислав. - Обещаю, Лука вас больше не потревожит. Он прекратит преследовать Николь и вашего сына. В конце концов, пусть займется своим кровным наследником, который ждет его дома, - недовольно кривится он. - Сегодня же мы возвращаемся в Сербию, а судьбу Луки будем решать на семейном совете.
- Могу пожелать лишь счастливого пути, - хмыкаю с недобрым сарказмом. - Но не дай бог он вернется… - рычу с угрозой.
- Нет, - перебивает Томич сурово. - Лука хоть и подлец, но он по-прежнему мой сын, и я не стану подвергать его опасности в твоем лице. Я увидел, что ты настроен решительно и готов пожертвовать собой ради семьи. Убьешь, если потребуется, - он делает паузу, а я невозмутимо киваю. Убью каждого, кто посмеет снова забрать у меня близких людей. - Лука ослеп и заигрался, за что будет наказан. В России он не появится, мы найдем ему занятие на родине, чтобы вся дурь вышла.
Короткая перестрелка взглядами - и я протягиваю ему ладонь для рукопожатия. Скупо улыбнувшись, он принимает мой миролюбивый жест. Скрепляем договор мертвой хваткой.
- У тебя прекрасный сын, Данила, - произносит он с тоской. - Признаюсь, мне жаль, что Макс не мой внук.
Отпустив мою руку, Бранислав обнимает Николь на прощание и по-отечески целует ее в лоб, чуть слышно обронив: «Будь счастлива, дочка». Я чувствую укол ревности, по-хозяйски беру ее за руку, сплетая наши пальцы.
Мои жена и сын никогда не будут частью семьи Томичей.
Не отпущу. Не отдам.
Они Богатыревы - и точка!
Уловив мое настроение, Ника укладывает голову мне на плечо, будто показывая, что принадлежит мне телом и душой. Ее тонкие пальчики игриво рисуют узоры на тыльной стороне моей ладони.
Проследив за нами, Бранислав усмехается с легкой горечью и возвращается за руль. Буквально через минуту фиат трогается с места и, шурша шинами по желто-коричневой листве, выезжает со двора.
- Я скучал, Колючка, - улыбаюсь ей, не скрывая восхищения.
- Я тоже, - и целует меня в губы, слегка прикусив по традиции.
Домой мы едем в полной тишине. Мирон плавно управляет внедорожником, укачивая нас.
Ника засыпает на моем плече, а я всю дорогу любуюсь ей и держу за руку.
- Не верится, что я разобрался с обоими Богатыревыми и теперь свободен от вас, - бросает с иронией Громов, когда мы подъезжаем к особняку.
- Как Свят?
Я впервые за последние недели вспоминаю про брата. Собственная семья забрала все мои силы и внимание, но я впервые за долгое время ощущаю полную гармонию. Именно так и должно быть. Жена и сын на первом месте - теперь я служу им. До последнего вздоха.
- Отсидеть ему все равно придется - статья серьёзная, но срок скостили за сотрудничество со следствием. На мой взгляд, Свят должен усвоить этот урок. Он пойдет ему на пользу.
- Не спорю. Надо было ещё тогда сдать его полиции, а не прикрывать собой, - вздыхаю тяжело, прижимаясь губами к макушке спящей Ники.
- Слушай, его жена слезно просила свидание. Я могу дать контакты человека, который все организует и проведет ее к мужу, но сначала хотел бы получить твое одобрение.
- Неужели Алиска одумалась? Ты серьёзно? - удивленно вскидываю взгляд на Мирона. Он утвердительно качает головой, а я от шока способен лишь хрипло рассмеяться. - Свидание так свидание. Пусть встретятся. Может, Свят ей мозги вправит. Как ни крути он жену любит, вот пусть и воспитывает.
- Женятся не для того чтобы воспитывать, а чтобы принимать друг друга со всеми достоинствами и недостатками, - задумчиво изрекает он, машинально дернув рукой с кольцом.
- Не передумал уезжать? - хмуро уточняю, наблюдая, как он большим пальцем прокручивает обручалку на безымянном. Нервичает, хотя внешне - кремень.
- Нет, уже в отставку подал. На днях улетаю на север. Не могу задерживаться, у меня там новорожденная малышка одна без матери осталась, рискует в детдом угодить.
- Твоя? Не знал, что у тебя есть ребёнок.
- После того ранения и операции, когда Аврора меня по кускам собирала, я не могу иметь детей.… К сожалению.
Мирон умолкает, резко оборвав разговор. Я понимаю, что его лучше не трогать в таком состоянии. Он человек закрытый и редко делится личным. Настоящий разведчик. Мы знакомы много лет, но в то же время я почти ничего о нем не знаю. Его жизнь, как служба, под грифом «Секретно».
* (История Мирона Громова - "Подари мне сына! ПРИСЯГА НА ВЕРНОСТЬ")
Машина паркуется у ворот особняка, где нас встречает охрана. Ника открывает глаза, томно улыбается, прильнув ко мне, и сладко потягивается, закидывая руки мне на шею.
- Идем домой, любимая, - зову ее хриплым шепотом, зарываясь пальцами в волосы на затылке.
- Да, конечно, - стыдливо отстраняется она, очнувшись. Краснеет, посматривая на Громова, который стал невольным свидетелем нашей романтики. - Спасибо, Мирон. Зайдете на чай?
- Нет, я спешу, - роняет он, не оборачиваясь. - Бывайте, ребята. Берегите друг друга.
- И ты себя, дружище, - касаюсь его плеча, встряхиваю по-товарищески.
Как только мы выходим из внедорожника, он скрывается из вида. Мирон торопится в новую жизнь, жестоко порвав со старой. Я же, наоборот, наконец-то вернул свою - и не вижу будущего без жены и сына.
Дома уютно, тепло и пахнет выпечкой. Из моей бывшей комнаты выскакивает Макс и, минуя мать, бежит прямиком ко мне. Топот мальчишечьих ног разносится по гостиной, согревает сердце. Хочу слышать это до конца дней: шаги и голоса детей, внуков, правнуков. Наших с Никой.
- О-о-о-о, Данила из командировки вернулся, - искренне радуется он, повторяя то, что сказала ему мама в мое оправдание. Прикрыла меня моя Колючка перед ребёнком.
Пусть будет командировка. Я хочу, чтобы сын гордился мной, а не стыдился меня.
Я стану для него примером. Лучшим отцом.
Макс тормозит передо мной, будто осекая себя. Серые глаза поблескивают от слез, на тонких губах сдержанная улыбка. Ника шепнула мне в машине, что он очень похож на меня, и теперь я невольно ищу в нем свои черты. Гордость распирает.
Сын! От любимой женщины!
Я самый счастливый мужик на земле.
Макс переминается с ноги на ногу, хочет обнять меня, но смущается - и вместо этого выставляет кулак, чтобы я отбил.
- Ну, здравствуй, сынок, - подхватываю его на руки, прижимаю к себе и целую в лоб. Ника следит за нами со стороны, тихонько плачет, прикрыв рот ладонью. Меня тоже эмоции душат, и я осипшим голосом выпаливаю: - Называй меня папой, родной.
Эпилог
Карелия
Николь
Нельзя повернуть время вспять, но мы с Даней обманываем судьбу. Возвращаем все, что у нас украли. По крупицам восстанавливаем нашу жизнь, разрушенную десять лет назад. Мы на исходной точке, только ещё счастливее, потому что у нас есть сын. Вместе наверстываем упущенное. Не можем надышаться друг другом.
Одна семья.
На рассвете после той ночи, когда мы расстались, Даня хотел отвезти меня к своей матери и представить как невесту. Сегодня мы наконец-то в Карелии. Доехали спустя столько лет. Стоим на крыльце родительского дома. Даня одной рукой обнимает меня за талию, второй - держит Макса за ладошку, а сам улыбается, расправив плечи, такой довольный, уверенный, важный, будто достиг цели всей своей жизни.