Вероника Лесневская – Верни нас, папа! Украденная семья (страница 33)
Под действием какой-то невидимой силы я приближаюсь к нему и наклоняюсь, чтобы поправить сбившееся одеяло. Макс ворочается, случайно цепляет мою руку своей во сне и, перевернувшись на живот, обнимает подушку.
- Мам? - бубнит он сквозь полудрему.
- Тш-ш-ш, - шиплю с улыбкой. - Спи, боец.
Зачем-то целую его в висок. На автопилоте. На инстинктах.
Как родного сына….
Не отдаю отчет своим действиям.
- Спокойной ночи, пап, - так же неосознанно улыбается Макс во сне, не открывая глаз.
Как же хреново тебе, пацан, без отца. Хоть волком вой, но надо быть сильным. Ради матери.
Понимаю, как никто другой…
- Спокойной, сынок, - выдыхаю на эмоциях, которые сковали горло и продохнуть не дают.
Осторожно достаю из шкафа постельные принадлежности - и, напоследок невесомо погладив Макса по голове, возвращаюсь к Нике.
Я накрываю ее одеялом, аккуратно подкладываю подушку за спину, а сам опускаюсь на пол рядом с ней, облокотившись о край дивана.
Не могу уйти. Должен, но… не хочу.
Я словно прирос. Сплелся с корнями со своей Колючкой, зацепился за ее шипы.
Намертво. Не оторвать.
В полумраке я рассматриваю каждую черточку ее идеального лица, ловлю каждое движение век и легкий трепет ресниц, прислушиваюсь к мерному дыханию.
Не замечаю, как засыпаю, сидя у ног моей женщины. Встречаю с ней рассвет, чего был лишен в прошлый раз. И впервые за долгие годы чувствую себя там, где должен быть.
Дома…
* * *
История Мирона Громова и его Авроры
"Подари мне сына! ПРИСЯГА НА ВЕРНОСТЬ"
Глава 24
Десять лет назад. Североморск
Данила
- Мы выезжаем завтра на рассвете, в Карелии будем вечером. Так что жди нас на поздний ужин, - тепло усмехаюсь в трубку, зажав телефон между плечом и ухом.
Не теряя времени, попутно собираю небольшую дорожную сумку - я в быту непривередливый, и мне не надо много вещей, что очень удобно при моем образе жизни.
- Мы? Разве Свят приедет с тобой? - удивленно переспрашивает мать, и я улавливаю легкие нотки надежды в ее голосе.
Брата она ждет с особым трепетом. Постоянно твердит, что Свят молодой, неопытный, неприспособленный к жизни, и сокрушается, зачем он пошел по моим стопам и выбрал флот. Меня в свое время она не отговаривала…
- Нет, он на днях уходит в море, - напоминаю с холодком и легкой сыновьей ревностью, хотя пора бы привыкнуть. Не вижу, но знаю, что мама взволнованно перекрестилась в этот момент. За него она всегда молится. - Сейчас Свят в Мурманске встречается со своими нахимовцами, утром пригонит мне мою машину, а сам отправится на службу. Не переживай, все нормально будет. Команда на корабле хорошая, поход всего сорок пять суток длится. Меня ты три месяца ждала, - хмыкаю, ничего не услышав в ответ.
Такое ощущение, что на берегу меня ждала только Ника. Отвечала на каждое сообщение, скромно желала мне спокойной службы, справлялась о моем самочувствии, когда я перемерз на палубе. И на пристань примчалась, несмотря на сотни километров расстояния между нашими городами. Девушка, которая ничего мне не должна, за несколько месяцев стала ближе семьи.
Мама же всегда считала меня отбитым бандитом, который в силах самостоятельно справиться с любой проблемой. В принципе, так и есть, но… порой не хватает элементарной заботы и простых добрых слов.
- С кем ты приедешь? С Лукой? Я накрою на вас двоих, - тараторит мать, мысленно прикидывая, что нам приготовить.
- Нет, я буду с девушкой, - отчеканиваю громко и четко, и на том конце линии повисает пауза. Вместо того чтобы остановиться и морально подготовить маму, я добиваю ее внезапной новостью: - Я хочу познакомить тебя со своей невестой.
- Ба-а-а, вы с братом сговорились, да? - причитает она. - Сначала он мне Алиску притащил - сидит теперь эта кулема в комнате целыми днями, ни черта по дому не делает, - а теперь и ты решил невестку подкинуть? Вы меня до сердечного приступа доведете, ей-богу!
- Нет, мы с Никой обоснуемся в Питере, там у неё семья. Снимем жилье на первое время, а дальше я что-нибудь придумаю. Поэтому не беспокойся, тебя стеснять не станем, - цежу с налетом обиды.
- Да при чем тут это, Данила! Я, прежде всего, за тебя переживаю! Знаешь, сколько сейчас дряней меркантильных, которые так и вьются вокруг мало-мальски перспективных мужиков. Голодные на женскую ласку военные для них - самая легкая добыча. Свят именно такую и нашел, точнее, она его подцепила, - сплевывает мама в сердцах. - Вот и ты попался на крючок какой-то...
- Ника особенная, и я прошу проявить уважение к моей будущей жене, - перебиваю жестко и безапелляционно. - Я планирую сделать ей официальное предложение в Карелии.
Улыбнувшись, я достаю из внутреннего кармана сумки розовую бархатную коробочку. Щелкаю пальцем, открывая ее. На подушечке - аккуратное золотое колечко с голубым топазом. Скромное, но я обязательно заработаю, чтобы когда-нибудь подарить Нике настоящий бриллиант, которого она достойна.
До этого момента все деньги уходили на семью - я отправлял их матери сразу же после получки, оставляя себе крохи на аскетичную жизнь, к которой привык. Мне многого не надо, форма и еда казенные, поэтому тратить особо не на что.
Теперь все будет иначе. У меня появится жена, потом - дети, если повезет, много…
Своя семья, которую я буду обеспечивать.
Приоритеты меняются, и меня это вдохновляет пахать с тройным усердием.
- Ты совсем ничего о ней не рассказывал. Как давно вы вместе? - летит с подозрением, как на допросе.
- Познакомились чуть больше трех месяцев назад, перед моим уходом в море. Встречаемся меньше недели. Она сейчас со мной в Североморске, - отвечаю невозмутимо и честно. Не задумываюсь о том, как это звучит со стороны.
- Ясно.
От шока мама на некоторое время умолкает. В динамике раздается только ее шумное, недовольное дыхание.
Она не одобряет мой выбор, но мне плевать.
Я всего лишь соблюдаю традицию. Ради Ники. И демонстрирую ей серьёзность своих намерений. Не хочу, чтобы она думала, что я скрываю ее от семьи. Так положено, черт возьми! Надо получить благословение, которое никак не повлияет на мое решение.
- Я вас жду, сынок, - смягчившись, по-доброму произносит мама. И я выдыхаю с облечением. - Вас обоих.
- Спасибо, - шепчу, присев на край раскладного дивана, который поскрипывает под моим весом. - До завтра.
Сжав телефон в руке, наклоняюсь вперед, облокотившись о бедра и свободно свесив кисти, и устало опускаю голову. На миг прикрываю глаза, переводя дыхание. И сразу же в сознании всплывает образ моей Колючки.
С ней чертовски сложно. Наши отношения как прогулки по минному полю. Я боюсь, она выпрыгнет из машины на полной скорости и сбежит пешком сбежит от меня в Питер, испугавшись знакомства с будущей свекровью.
Но самое страшное, если Ника не скажет мне «Да».
Тогда проще в море утопиться, чем жить дальше без нее...
- Мирон? - удивленно отвечаю на входящий звонок. - Что случилось? Если вызывает военная разведка, значит, неспроста-а-а, - иронично протягиваю.
- Я не по службе, - издает он тихий смешок, в котором чувствуется напряжение. - Я сейчас в нашем общежитии.
На фоне слышатся мужские голоса, женский кокетливый смех, звучит музыка. Я вспоминаю, что сегодня наши отмечают отпуск. Лука утром уточнял, собираюсь ли я присоединиться, но мне не до этого. Я лихорадочно оформлял документы и ставил печати, чтобы скорее выехать из Североморска и спокойно отправиться с Никой домой.
- Хорошо вам отдохнуть, но я пас, - машинально отмахиваюсь. - Ты же знаешь, Мирон, я не любитель шумных компаний. Да и ты, насколько я помню, тоже…
- Богатырев, ты в курсе, что здесь твоя девчонка?
- Ты ошибаешься, - цежу сквозь крепко сжатые зубы, не желая верить в услышанное. - Наверное, перепутал ее с кем-то другим.
- Исключено. У меня фотографическая память на лица - это профессиональное, - спорит Мирон, безжалостно забирая у меня последнюю надежду.
- Ника сейчас должна быть дома, - твердо бросаю, скосив взгляд на командирские часы. - У нас завтра ранний подъем и долгая дорога. Она отдыхает, - повторяю с нажимом.
Бред! Не хочу верить. Я знаю свою Колючку - такие мероприятия не для нее.
Она… другая. Не из этих…
- Послушай, Данила, я не ставлю своей целью как-то оскорбить твою девчонку и не спешу навешивать ярлыки, но ее притащила сюда наша штабная шлюха.