Вероника Лесневская – Ребёнок магната. Не.Разлучные. (страница 22)

— В университете, — ложь сама слетает с моих уст. На автомате.

Вот только мозг подключиться забыл. Дело в том, что дед в отличных отношениях с деканом. И каждый мой шаг — под контролем.

Так что врать с моей стороны было глупо. Понимаю это по укоризненному взгляду Адама. Но вслух никаких претензий не озвучивает.

— Садитесь завтракать, — указывает нам с Яном. — Сейчас! — прикрикивает, заметив наше замешательство.

Я сдаюсь первая. Занимаю стул по левую руку от деда. Как раньше, когда я жила здесь. Рядом со мной — малыш Даниэль.

Напротив устраивается Ян. Возле своей… жены.

Как бы мне ни было тяжело, я стараюсь сохранять невозмутимость. Левицкий не дождется моей истерики! Пусть думает, что мне плевать!

На какое-то время отвлекаюсь на Дана. Уточняю, что он будет есть, распознаю его жесты и немного капризное «Ми-ка». Подаю малышу бутерброды, которые он выбрал, и уговариваю попробовать овощи.

— Дан, это полезно, — в доказательство подцепливаю ломтик болгарского перца и погружаю себе в рот. — М-м-м, и вкусно, — удивляюсь сама себе. И беру еще.

Мальчик следует моему примеру. Вижу, что он не в восторге, но жует, чтобы меня не обижать. Чмокаю его в макушку, забывшись на мгновение.

Но чувствую на себе внимательные взгляды остальных Левицких. Особенно, Яна. Он изучает меня долго и серьезно. Но я отворачиваюсь от него демонстративно.

— Адам, то, о чем ты говорил вчера… — обращаюсь к деду. — Касательно вашего бизнеса…

— Теперь вашего, малышка Мика. Я умываю руки, — поднимает ладони и смеется хрипло.

— Кхм, да. Ты объявил, что разделил компанию между мной и Яном, — Левицкий напротив закашливается и тянется к стакану с водой. Машинально взглядом жидкость сканирую, осадок ищу. И понимаю, что у меня паранойя. — Так вот… Я могу распоряжаться своей половиной? Допустим, продать? Переписать… — смело поднимаю взгляд на Яна, — …на братишку, — он вздрагивает и кривится недовольно. — Я все равно ничего не понимаю в бизнесе. А Ян, уверена, будет рад завладеть всей компанией. Получить абсолютную власть. Ведь он так долго и упорно к этому шел.

Последнюю фразу произношу с особой интонацией, вкладывая в нее двойной смысл. Судя по реакции Левицкого-младшего, он понимает, к чему я веду. Ян втирался в мое доверие, соблазнял меня ради наследства, часть которого, как он считает, несправедливо досталась мне. Ведь так?

Я же, в свою очередь, хочу спокойствия. Ведь пока я владею половиной богатств Левицких, мои дорогие родственники достанут меня хоть на краю света. Я не смогу исчезнуть бесследно. А мой малыш всегда будет в опасности.

— Начинается! — дед раздраженно бросает вилку на стол. — Я ожидал от вас двоих чего-то подобного! — он повышает голос, и я ошеломленно умолкаю: никогда не видела его настолько злым. — Вы хотите просрать дело всей моей жизни вместо того, чтобы объединиться и продолжать его вместе, передать впоследствии детям, — нервно промакивает губы салфеткой и откидывает ее в сторону. — Поэтому… — строго смотрит то на меня, то на Яна. — Я прописал кое-какое условие, которое будет действовать, пока я жив, — делает паузу. — Или вы договариваетесь и управляете вместе, или компания на хрен уходит на благотворительность. И я не шучу. Это случится, если кто-нибудь из вас попытается продать свою долю или провернуть что-то хитростью, — многозначительно на меня косится.

Но я не о деньгах сейчас думаю. Пазлы складываются в единый рисунок. Обходительность Яна, его пылкие признания в любви — все было ради того, чтобы привязать меня, то есть недостающую половину компании?

Затихаю, ковыряя ногтями скатерть.

Атмосфера накаляется. И я решаю отправить Даниэля в его комнату, чтобы не пугать. Шепчу ему на ушко, что скоро приду, даю в ручки булочку — и указываю жестом наверх. Малыш слушается — он и сам, кажется, почувствовал напряжение за столом.

Возвращаюсь к теме разговора. И все же не могу не уточнить.

— Ты знал об этом? — произношу тихо, впиваясь взглядом в Яна.

Он мрачнеет. Злится.

— Конечно, знал, — отвечает вместо него Адам, посылая контрольный выстрел мне в сердце. — Как бы иначе я заставил его привезти тебя в Польшу! — наносит смертельный удар.

Исподлобья смотрю на черного от ярости Яна и готова испепелить его силой мысли, превратив в прах. Не выдержав, я резко поднимаюсь со стула, собираясь покинуть столовую.

— Не передергивай, дед! — взрывается он. — Я хотел вернуть Мику, но позже! После того, как истечет срок фиктивного брака.

— Ой, — впервые за весь завтрак подает голос Анна. — Как же… — испуганно на Яна косится, а после — на меня.

— Здесь все свои, Аня, — чеканит Левицкий. — Доминика имеет право знать, — называет меня полным именем. Его слова и тон вынуждают меня опуститься на свое место.

— Да, у нас с Яном договор на полгода, — кивает Анна, испуганная тем, что стала свидетелем семейного скандала. — На протяжении этого времени я официально числюсь его женой. Но только по бумагам. Я даже фамилию не меняла, — припоминает наш разговор при встрече.

— У меня не было другого способа, чтобы усыновить Даниэля, — поясняет Ян. — После того, как Адам забрал малыша к себе, сразу же материализовались «любящие родственники», которые выразили готовность установить над ним опеку. Конечно же, в надежде, что им обломится что-то от деда, — укоризненно зыркает на Адама, который, по сути, привлек лишнее внимание к Дану своей заботой. Впрочем, так же он невольно и меня подставил. — Загвоздка в том, что опеку над сиротой гораздо проще и быстрее получить семейной паре, а не холостяку. Родня прознала об этом — и уже «кандидатов» готовила. Тогда я и принял решение заключить фиктивный брак с Аней. На полгода.

— По истечению срока мы разводимся, я отказываюсь от прав на мальчика, — подтверждает его слова Новак. — И становлюсь директором одного из филиалов компании в соседнем городе.

— Уже стала, — уточняет Ян. — Документы на усыновление Даниэля будут готовы со дня на день. Я собирался рассказать тебе, Мика, когда самое важное будет сделано, — подается вперед, но я импульсивно откидываюсь на спинку стула. — Еще пару месяцев до конца срока Анна будет числиться моей женой, чтобы не вызывать лишних подозрений.

— Да, все так, — подтверждает Новак, и они выглядят, как единая команда. Меня это невероятно раздражает. — Когда мне позвонил Вадим, я сорвалась с места незамедлительно — и примчалась сюда. Чтобы не подводить Яна, — объясняет с оттенком вины.

— Ты правильно поступила, — холодно отзывается Левицкий. — Но впредь сначала звони мне, чтобы избежать подобных… казусов, — инструктирует Анну, а сам напряженно поглядывает на меня.

«Сам ты казус, Левицкий! У тебя в особняке любовница! Беременная! По совместительству, двоюродная сестра! А ты тайнами оброс!» — так и тянет проорать ему в лицо, а вдобавок пощечину залепить.

Но я сжимаю руки в кулаки, царапаю ладони ногтями — и выдыхаю.

— Допустим, ты ради Даниэля не раскрывал мне вашу тайну, — зло зыркаю на Анну, потому что все равно не могу спокойно реагировать на жену моего… Кто он для меня? — Но разве так сложно было… ПОДОЖДАТЬ? — дерзко изгибаю бровь. — До окончания срока вашего договора…

Ян мгновенно понимает мой намек, но я не замечаю на его лице ни тени раскаяния. Наоборот, он выглядит спокойным и уверенным в себе. Словно нет ничего страшного в том, что технически я стала его любовницей.

— Я принял решение. И это ничего бы не изменило, — нагло заявляет.

— Ты ошибаешься, Ян, — произношу ледяным тоном. — ЭТО уже многое изменило.

Левицкий замирает, анализируя мои слова. Но вряд ли он догадается, в чем дело. Ян уверен, что я ущербная и не могу иметь детей.

— Хорошо, — обрываю я внезапно повисшую тишину. — Адам, — вздергиваю подбородок. — Тогда я буду работать в компании.

— Тебе нужно учиться, — рычит Ян.

— Я всюду успею, братишка, — специально раздражаю его. — Я способная, — подмигиваю. — Адам, я действительно готова войти в ваш бизнес, раз уж владею половиной всего. Я хочу разобраться, что к чему, — говорю убедительно.

Сама же мысленно разрабатываю план. У меня есть около трех месяцев, прежде чем будет заметен животик. Пашкевич говорил, что при моей комплекции скрывать можно чуть ли не до пяти, выбирая подходящую одежду.

Что же, за это время мне необходимо разобраться с компанией и найти способ все-таки избавиться от своей доли. Но главное — я должна выяснить, кто пытался отравить нас с Адамом. И оградить деда от угрозы повторного покушения.

А еще… попрощаться с Даниэлем. И это больнее всего. Но Ян станет его законным отцом, так что мальчик будет в безопасности.

Я же твердо намерена уехать отсюда. Потому что не готова простить Яна. Он развел такое болото лжи — пусть сам в ней варится.

— Вот это совсем другой разговор, — довольно тянет Адам и берет меня за руку, согревая теплом. — Ян, подготовь основные бумаги. И введи Доминику в суть работы, — приказывает внуку. — Кажется, у тебя там несколько контрактов горит? — Левицкий кивает, а мне придушить его хочется. Лжец! На что только не готов был пойти ради моей подписи! — Вот как раз и подпишете.

В момент, когда я готова разлететься, как осколочная граната, и уничтожить тех, кто сидит напротив, к столу подходит Божена, сиделка Адама. Ян взял ее вместо Эда. Я не спорила, подчинилась его мнению, но ввиду последних событий… начинаю сомневаться.