Вероника Лесневская – Обручимся? Влюблен без памяти (страница 8)
Приятный блондинистый бонус.
Никуда она не денется.
- Арсений Геннадьевич, проходите…
В большом конференц-зале, до отказа набитом людьми, тесно и душно. Шагаю мимо персонала, глазеющего на меня, как на фокусника в цирке. Все чего-то ждут от меня, а я из шляпы могу достать им разве что средний палец.
Терпеть не могу собрания, ещё и такие многолюдные. Без Славы чувствую себя голым и уязвимым. Странные ощущения, но с ней было комфортнее. Наверное, я после лифта не до конца отошел…
Резко меняю траекторию движения, поворачиваю к окну, распахиваю створки настежь, несмотря на мороз на улице, и только потом возвращаюсь на свое место. Занимаю кресло во главе стола, достаю блокнот и ручку. Окинув беглым взглядом подчиненных, ленивым жестом руки даю им отмашку начинать.
Представляются по очереди, а я делаю пометки, иначе никого не запомню. Посматриваю исподлобья на каждого выступающего, ловлю малейшие изменения мимики, фотографирую позы, считываю язык тела.
- Ты уволена, - без прелюдий выстреливаю хлесткой фразой в сутулую худую женщину, которую видел в приемной у Славы. Она мне ещё тогда не понравилась. - Напомни ещё раз имя, - барабаню пером по блокноту, проверяя себя.
- Ан-н-нтон-нина, - заикается, краснея. – Я главный бухгалтер, работаю в финансовой службе у Мс-с-т-ти-и... - спотыкается на имени блондиночки, и я не могу ее упрекать в этом. Язык сломаешь, пока выговоришь. Родители – затейники, однако. Или профессора истории. Надо бы сунуть нос в ее личное дело.
- Да, все верно, Антонина, только одна поправка: работа-ла, - акцентирую на последнем слоге. – Проверка показала, что ты не чиста на руку, - с прищуром смотрю на нее.
Блефую. Документы неправдоподобно стерильные, а я руководствуюсь лишь своей интуицией. Слава на парковке тест вопросом в лоб прошла успешно, однако ее коллега заметно нервничает и теряется. Теребит пальцами папку, часто дышит, протирает взмокшую шею.
Терпеливо наблюдаю за ней и жду, когда сама проколется.
Похлопав ресницами, словно на прощание, бухгалтер прокручивается на пятках и убегает из зала вся в слезах. Вещи собирать.
«Ха!» - выкрикиваю мысленно, довольный собой. Вхожу в азарт.
- Та-ак, - веду указательным пальцем по своему списку, больше похожему на ориентировки на особо опасных преступников. Мне так проще запоминать людей. Останавливаюсь на одной из горничных. – Ты тоже уволена.
- За что? – подпрыгивает на месте «метр с кепкой» и чуть не теряет все добро из выреза блузки.
- Спишь с гостями за деньги, а мне не отстегиваешь, - усмехаюсь издевательски.
У меня нюх на девушек легкого поведения. Так себе суперспособность, но чем богат – в деле иногда может пригодиться.
- А я могу… - охотно тянет она, но я вовремя пресекаю ее «деловое предложение».
- Это был сарказм, я не сутенер, - чеканю строго. – У нас здесь не бордель, а пять звезд. И это всех касается, - окидываю суровым взглядом съежившихся горничных.
Задерживаюсь на жгучей брюнетке в темно-бордовом костюме. Задумчиво изучаю ее, цепляясь на бейдж с надписью «Администратор». Она с готовностью выпячивает грудь, демонстрируя глубокое декольте с торчащим кружевом. Пошло до скрежета зубов. Банально. Ну, что за скучные бабы пошли? Никакого интереса – только тоску нагоняют.
Поглядываю на часы, переключаюсь на входную дверь. Жду, когда дерзкая Монро с калькулятором вместо мозга одумается и вернется. С барского плеча отсыпаю ей ещё минут десять на размышления.
- Меня зовут Светлана, - сверкает голливудской улыбкой администратор. Споткнувшись о мое мрачное выражение лица, спешно застегивает все пуговицы на кофточке, превращаясь в смиренную монахиню. Дошло как до жирафа… Соображает она туго, но не совсем тупая, хотя бы это радует.
- Ты на карандаше, - бросаю, так и не решив, как с ней поступить. – Если не облажаешься, то останешься.
Перелистнув страничку, фокусируюсь на имени и приметах, несколько раз обведенных ручкой. Набираю полные легкие воздуха, чтобы попрощаться с этой дамой, однако она же меня и перебивает.
- Агния Федоровна Кац, управляющая, - бодро представляется. – У меня небольшой доклад по ближайшим мероприятиям, - заходит с козырей.
- Докладывайте, - нехотя киваю, рисуя кресты напротив ее фамилии в блокноте.
На вид женщине лет тридцать с хвостиком. По паспорту, думаю, она старше, примерно моя ровесница. Ухоженная, после апгрейда, уверенная в себе, симпатичная. Лучшей кандидатки на роль любовницы престарелого Дроздова не сыскать.
Мне, конечно, больше Булочка по душе, но та точно не по этим делам. На мой прямой вопрос ответила возмущенно и без раздумий, а в лифте отбивалась так яростно и правдоподобно, что не оставила сомнений. Наверное, у нее действительно с женихом любовь до гроба. Любопытно было бы на него взглянуть, чтобы понимать, что там особенного.
- На днях у нас пройдет презентация шоу-проекта, телевизионщики сняли концертный зал. На следующей неделе ждем туристов из ближнего зарубежья, готовим прием, двухразовое питание в ресторане и развлекательную программу, - отчитывается управляющая скрипучим голосом. – В конце месяца архиважное мероприятие, - поднимает палец с наращенным острым ногтем. Ее маникюр пугает. – Известный политик забронировал наш отель для празднования восемнадцатилетия своей единственной дочери.
- Хм, и кто отвечает за подготовку сего грандиозного действа? – пафосно уточняю, заранее предугадывая ответ, который мне не понравится.
- Разумеется, я, - гордо вскидывает подбородок. – Лично. Не переживайте, Арсений Геннадьевич, у меня все под контролем, - добавляет победно.
Увольнение откладывается.
За столь короткое время я грамотного управляющего и по совместительству умелого организатора вряд ли найду. Тем более, мне ещё с финансами бодаться – это важнее Дня рождения какой-то избалованной пигалицы.
- Собрание закончено, возвращайтесь на рабочие места.
Выдыхаю с облегчением, когда зал пустеет. Цепляюсь за циферблат ролекса, хмурюсь.
Прошло больше, чем десять минут…
- Что за невыносимая блондинка! – выплевываю в сердцах.
Поднявшись по лестнице на нужный этаж, заглядываю в финслужбу, но, не обнаружив там никого, кроме трясущегося бухгалтера, я закрываюсь в своем кабинете. Порывшись в бумагах, предоставленных мне безопасниками, поднимаю ее личное дело.
- Мстислава Владимировна Салтыкова, - развалившись на кожаном диване, проговариваю по слогам. Иначе язык путается, как у пьяного. – Двадцать шесть лет, не замужем… Наверное, не зря торопится, у баб срок годности маленький, - бубню себе под нос, вспоминая о женихе, которым она размахивает, как коммунист красным флагом. Начинаю заводиться, хотя для этого нет видимых причин, и буквально заставляю себя сосредоточиться на информации. – Так, адрес…
Глава 6
Слава
Зубодробительный тип! В конкурсе самых ужасных боссов мира он бы занял почетное первое место. Я бы лично присудила ему премию
- Стервец! – выплевываю вспыльчиво и в сердцах бью по дверце автомобиля, не рассчитав силы.
- Э, Белоснежка, дверью не хлопай, - возмущенно отзывается таксист, чуть ли не наполовину вывалившись в окно. – Машина как девушка, с ней нужно обращаться ласково и бережно.
Вспыхиваю, как непредсказуемая китайская петарда, и разгораюсь до состояния ядерного гриба.
Ещё один юморист! Я их притягиваю магнитом? Может, у меня на лбу написано:
- У вас, мужчин, так принято – идиотские прозвища выдумывать? К вашему сведению, Белоснежка была брюнеткой, а меня зовут Мстислава Вла… - чеканю, как робот с заложенной программой. За полдня я столько раз свое имя повторила, что меня саму от него тошнить начинает. Экстренно осекаюсь, осознав, что передо мной не бесящий Высоцкий, а всего лишь водитель, который ни в чем не виноват. Наоборот, это я чуть его имущество не повредила. - Забудьте. Спасибо, что подвезли, - произношу мягче и, оставив опешившему мужику крупную купюру, шагаю к подъезду. – Сдачу оставьте себе, - выпаливаю по привычке.
Каблуки увязают в снегу. Хватаюсь за поручень, чтобы не поскользнуться на ступеньках.
Втягиваю носом морозный воздух и выдыхаю клуб пара.
Ты свихнулась, Слава? Деньгами разбрасываешься, как раньше, а работы уже нет! Сама же психанула и уволилась.
- А что мне оставалось? – спорю сама с собой, медленно поднимаясь по лестнице. Лифт специально не вызываю – ассоциации плохие и… волнующие. Пульс зашкаливает от одного воспоминания о том поцелуе. Яростно протираю губы тыльной стороной ладони, будто на них осталось клеймо. – Спать с боссом за премию, пока он не найдет другую ударницу труда? Нет уж, увольте!.. Что он и сделает, оставив меня без средств к существованию.… Э-эх, черт!
Мой тяжелый, обреченный вздох разносится на весь подъезд, эхом отдается от стен. Останавливаюсь напротив своей квартиры, упираюсь лбом в дверь, нервно перебирая связку ключей в руке.
- Задрали твои муравьи! По всей квартире, - по ту сторону деревянного полотна Паша орет, как потерпевший. – Я их уже в трусах нахожу!