Вероника Лесневская – Обручимся? Влюблен без памяти (страница 28)
- В холле. Со Светкой трещит. Она и провела, скорее всего. Кажется, этот придурок наконец-то пронюхал, что ты не улетела – и года не прошло! - добавляет патетично, возводя руки к потолку. - Ты не рассталась с ним, что ли?
- Когда бы я это сделала? Я постоянно рядом с нашим травмированным боссом.
В свое оправдание киваю на Арса, который отнюдь не выглядит больным. Наоборот, бодро и умело порхает длинными пальцами по клавишам рояля. Выбивает из инструмента завораживающую музыку. С такой страстью, будто не играет, а любовью занимается, и я на мгновение фокусируюсь на нем, забыв обо всем. С каждым звуком внутри натягивается струна, резонирует в низ живота, где становится жарко.
- Ой, ясно все с вами, - вздыхает Ярик.
- А? – заторможено отвлекаюсь на него. – Ах да, Пашка! Что делать с ним? Здесь родители, толпа гостей и... новый жених, в конце концов! Надо ликвидировать бывшего, пока он не устроил скандал. Срочно!
В панике порываюсь к выходу, но брат преграждает мне путь.
- Я сам разберусь. Даешь добро? – хрустит костяшками пальцев.
- Эй, только без рукоприкладства! Ну, или так, чтобы тебя не посадили, - морщу нос и зажмуриваюсь, потому что становится стыдно от своих слов.
- Обижаешь, я все серии «Декстера» смотрел. Нет тела – нет дела, - бросает с сарказмом и теряется в толпе.
- Ярослав! – зову взволнованно, когда до меня доходит смысл присказки. Но брата уже и след простыл.
Просканировав испуганным взглядом зал, нахожу родителей. Выдыхаю. Убедившись, что они смирно сидят за столом при свечах, а мать занята головомойкой отца, которому под градусом абсолютно плевать на ее претензии, я возвращаюсь к Арсу.
Он сегодня звезда вечера. Играет со страстью и упоением, отпуская себя, отдаваясь музыке без остатка и словно ничего не замечая. Вокруг толпятся люди, подсвечивают фонариками телефонов, как на концерте рок-звезды.
Тихонько посмеиваюсь над ситуацией, пока пробираюсь сквозь вязкую гущу народа. Замечаю, как рядом с боссом вьется совсем зелёная, но очень красивая девчонка. Хмурюсь. Узнаю в ней вздорную и проблемную дочку политика, что на днях помпезно отметила в отеле свое совершеннолетие, а потом всему персоналу мозги вынесла идиотскими капризами.
Казанова - твоя фамилия, Высоцкий! Ни на секунду одного оставить нельзя!
- Арсений, это было шикарно! – восклицает она театрально, когда мелодия заканчивается, и закатывает глаза, будто получила первый в своей жизни оргазм. Впрочем, тут я с ней согласна – босс кого угодно доведет, не прикасаясь. Ментально отлюбит. - Пригласишь меня на танец?... – нагло обращается на ты, как к неприлично близкому мужчине, говорит что-то ещё, но слова тонут в громе аплодисментов.
Зрители восемнадцатилетку не смущают, а наоборот, наполняют энергией и смелостью. Она подается ближе к Арсу, грациозно закидывает ногу на ногу, рискует соскользнуть с рояля, но каким-то чудом удерживает равновесие. Выглядит при этом соблазнительно. И откуда в едва вылупившейся девушке столько секса? Акселератка.
- От родителей отбилась? – улавливаю насмешливые слова Арса, который впечатывается в резную спинку деревянного стула и отталкивается назад. Судя по движению плеч, тяжело вздыхает.
- А? – растерянно покачивается юная красавица.
- Детское время прошло. Пора мыть попу и спать, а то Дед Мороз не придет, - издевательски выплевывает, любовно закрывая крышку рояля, будто это одушевленный организм, и подрывается с места, едва не опрокинув стул. - И слезь, наконец, с инструмента, пыль до тебя уже вытерли.
- Фи, как грубо. Папе пожалуюсь, - капризно дует губы деваха, брендовой тряпочкой стекая на пол.
- Будь добра, поспеши.
Засунув руки в карманы брюк, Арс невозмутимо поворачивается к мне, словно ничего не случилось. Спотыкается о мой прищуренный, ревнивый взгляд – и принимает каменное выражение лица.
- Что? – выгибает бровь. От неожиданности я неопределенно взмахиваю головой. - Не смотри на меня так. Я жертва обстоятельств, - выдает оскорбленно. - И я с ней не спал.
- У тебя амнезия, ты не можешь быть уверен, - резонно отмечаю одними губами, чтобы никто из веселящихся гостей не слышал.
- Согласен, но я мыслю логически. Смотри, сладкая… - мило, но всё ещё непривычно назвав меня, обнимает за талию. Ведет к столу, по пути прижимая к себе и как бы невзначай целуя в ушко. - Во-первых, статья о развращении несовершеннолетних меня не прельщает. Во вторых, такие костлявые и неоформленные не в моем вкусе, это я точно помню. И главное, она не ты.
Встречаемся взглядами, и я тону в его дьявольски зелёных омутах. Тяжелая рука на моем боку сильно сжимается. Дыхание учащается у обоих.
- У тебя будут проблемы с ее влиятельным отцом, - пытаюсь отвлечь нас друг от друга.
Дурацкая новогодняя ночь – как пережить этот волнующий флер?
- Лучше с ним, чем с моей ревнивой невестой.
- Славка! Кхм-кхм, - сквозь кашель и отдышку различаю голос брата.
- Все хорошо? – оборачиваюсь на звук тяжелых, быстрых шагов.
Поравнявшись с нами, Ярик заходит с моей стороны и, зыркнув на пребывающего в неведении Высоцкого, как можно спокойнее отчитывается:
- Да, но временно. «Гостя-дебошира» взяла на себя Светка, увела куда-то. Кстати, не считаешь это подозрительным?
- Плевать на него, Ярик, - искренне выпаливаю и улыбаюсь.
Мне вдруг так легко становится, свободно. Не верится, что я действительно планировала связать жизнь с Пашкой. Уж лучше быть одной…
- Охрану вызови, - вклинивается Арс.
Вздрагиваю в его крепкой хватке. Мне казалось, он нас не слушает.
- О-па! Боюсь, секьюрити нам здесь понадобятся, - легко толкает меня брат и указывает на родителей, между которыми уже пух и перья летят.
Ссора разыгралась не на шутку, потому что папа… впервые не принимает нападки молча, а огрызается. Ускоряю шаг, сбросив с себя руку босса, чему он крайне недоволен.
- Мам? – грозно зову главного зачинщика, приводя её в чувство.
- Извините, мне надо припудрить носик, - вылетает из-за стола и, разъяренная, мчится в направлении туалета.
- Не торопитесь, мама, - мрачно роняет ей вслед Высоцкий.
Галантно усадив меня на стул, падает рядом. Откупоривает очередную бутылку, хотя сам за весь вечер ни капли в рот не взял. Наливает моему отцу, а Ярику украдкой показывает дулю, на что тот обиженно кривляется.
Закатываю глаза: вот мальчишки!
- Извини, дружище, алкоголь хороший, но ты мне все равно не нравишься, - внезапно заявляет папа, и за столом повисает гробовая тишина.
- Почему? – Арс застывает с бутылкой в руке.
- Чую, намучается с тобой Славка. Она у меня девочка правильная, честная, красивая…
- Пап, - осекаю его, а сама покрываюсь румянцем.
Он относится ко мне трепетно и ласково, в отличие от матери, но его мнение в нашей семье не имеет веса. Собственно, это одна из причин, почему я забрала с собой Ярика – с его вспыльчивым, несгибаемым характером дома он долго не протянет. Сломают, как пытались меня…
- Слава пусть себе нормального мужа найдет, а ты… бабник.
Не в бровь, а в глаз. И сразу навылет.
Высоцкий не в восторге от папиной характеристики, но ни один мускул не дрогнет на красивом, мужественном лице. Прячет эмоции под маской балагура.
- Что ж, я неидеален, - отмерев, плавно возвращает виски на место. - Но это временное состояние и вполне корректируется качественным.… браком.
Неоднозначная пауза во фразе и красноречивый взгляд в мою сторону заставляют меня смутиться ещё сильнее.
- Такие мужики, как ты, полигамны от природы, - четко и строго отчитывает его отец, словно трезв как стеклышко. - Рано или поздно тебе этот качественный… брак надоест, и ты пойдешь искать следующий, с новыми, яркими ощущениями.
- Полигамность – это миф, оправдывающий измены, - парирует разгоряченный жених тоном великого профессора, открывшего новую теорию, а сам тем временем опускает ладонь на мое бедро под столом.
Хватаю его за запястье, но остановить не могу. Или не хочу. Забирается под разрез, ползет к кромке чулка, касается пальцами голой кожи.
О боже! Разряд тока по телу...
Спасибо криворуким электрикам, которые никак не могут включить свет. Иначе весь зал увидел бы, как позорно я плыву по волнам порока.
- Я бы назвал это активным поиском, но он не может продолжаться всю жизнь, - бархатно рокочет Арс, и я начинаю дрожать то ли от его баритона, то ли от смелых прикосновений. - Когда самец находит свою самку, он успокаивается. Вечная охота утомит любого хищника, в конце концов захочется лечь на солнце пузом кверху со своей кошечкой под боком и никуда не бегать.
Пузом кверху? Как же! Боюсь, у него на меня другие планы, судя по тому, как он вклинивается между моих ног ребром ладони. Всё-таки закрывает гештальт с бельём, убеждается, что оно хорошо сидит под платьем, но руку не убирает.
Все красные линии бесцеремонно истоптаны и пересечены. Стиснув бёдра, я делаю только хуже себе. Теперь каждое движение, даже самое минимальное и легкое, отдается дикой пульсацией.
Помогите, пожар с коротким замыканием…
Сердце мечется в груди, как одержимое, жидкое пламя приливает к месту, где нахально трогает меня обнаглевший жених.