Вероника Лесневская – Обручимся? Влюблен без памяти (страница 18)
- Этого я и боюсь, - закусываю губу, укоряя себя за излишние откровения. Зачем обнажаю душу перед ним? Высоцкому плевать – он в постель меня затащить хочет, а не в проблемах моих разбираться.
- Я вижу, - серьёзно произносит. - Тебе бы тоже не помешало освободиться, прежде всего, от своих же стереотипов.
Теряюсь под его пронизывающим взглядом. Иногда мне и правда хочется бросить все и уехать куда-нибудь на край света, где никому ничего не надо доказывать. Спустить все деньги на ветер, провести время в свое удовольствие, расслабиться на диком пляже под пальмами, не стесняясь лишнего веса, почувствовать себя живой.
Но это секундная слабость. И пока я не поддалась ей, растаяв рядом с Арсом и превратившись в лужицу у его ног, я вспоминаю о своих ближайших планах.
- Вы правы, Арсений Геннадьевич. Как раз хотела вас попросить об отпуске на все праздники. Я заявление писала заранее, ещё при бывшем владельце, но теперь вы…
- Я не хочу тебе его давать, - перебивает недовольно.
Моя система сбоит и ломается. Что происходит? Да сколько можно!
- Почему? Это очень важно для меня, я планировала Пашу с родителями познакомить, обсудить подготовку к свадьбе, - с каждым моим словом он становится все мрачнее. – Мы решили после Нового года подать заявление в ЗАГС, - подчеркиваю для убедительности и, потеряв надежду, тяну умоляюще: - Пожалуйста, Арсений Геннадьевич.
Высоцкий темнее тучи и напряжен до предела. Ноздри раздуваются, как у дракона, желающего сожрать принцессу, потому что надоело охранять ее, руки сжаты в кулаки, желваки на скулах - ходуном. Атмосфера накаляется, в воздухе искрит злость, и кажется, стоит поднести спичку, как весь отель взлетит на воздух.
В висках отбивается тиканье больших часов с маятником, который будто раскачивается над моей головой. Секунды сливаются в минуты. Тянутся мучительно долго. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем Арс расслабляет ладони, молча протягивает мне лист бумаги и кивает на ручку, что лежит на столе. Дрожащими пальцами беру ее, быстро пишу заявление на имя нового босса, пока он не передумал, с опаской отдаю.
Почти не дышу в ожидании приговора. Моя судьба под угрозой, а он… играет со мной в кошки-мышки.
Не вчитываясь в текст, Высоцкий ставит свою размашистую подпись в углу листка. Протяжно выдыхаю, не скрывая облечения. Все идет плану, жизнь возвращается в привычное русло, и это мне по душе.
- Свободна, - бросает шеф совершенно другим, незнакомым мне тоном, глухим и тусклым.
- Спасибо, - благодарю почти беззвучно, слабо пошевелив пересохшими губами.
Направляюсь на выход из кабинета, ощущая на себе его сканирующий до костей взгляд. Горячая волна прокатывается по позвоночнику вниз, ласкает бедра, которыми стараюсь несильно вилять. Мне не нужно лишнее внимание начальства – я без пяти минут замужем.
Судорожно отмахиваюсь от навязчивого предчувствия, что совершаю большую ошибку, бронирую билеты на самолет, собираю чемоданы, а за день до вылета домашние преподносят мне неприятный сюрприз.
- Никуда я не полечу, Слав, прости, - заявляет Ярик, выкладывая свои вещи обратно на полки шкафа. - Арсу помочь надо, у него там запара.
Виновато пожимает плечами, чмокает меня в щеку и сбегает в отель. Он проводит там больше времени, чем дома, и это раздражает. С другой стороны, я понимаю, почему Ярослав не стремится к родителям. Он всегда мечтал вырваться из-под их опеки, а теперь, видимо, и от меня отделаться хочет. От мысли, что я могу потерять самого родного человека, становится грустно. Тоска сменяется злостью на Арса, который среди бела дня нагло ворует у меня брата.
- Лети одна, малыш, - добивает меня Паша. - Я так хотел с будущей тёщёй познакомиться, но начальник-самодур срочно вызвал меня на все праздники. Отказать не могу, сама понимаешь, я и так на испытательном сроке. В общем, я занят по горло.
Оставив меня с растрепанных чувствах, уезжает на работу. Возвращается поздно, глубокой ночью. Обдает меня шлейфом алкоголя и чужих духов, объясняя это деловой встречей без галстуков. Судя по его виду, и без трусов. Однако действует презумпция невиновности.
Когда Паша скрывается в душе, я беру его телефон. Я всегда была той самой принципиальной девушкой, которая не сует нос в переписки своего парня, потому что любовь не терпит недоверия, а сейчас что-то ломается внутри… Какого черта? Мне с ним до конца дней жить! Пока смерть не разлучит нас – и все сопутствующие прелести брака. Поэтому открываю историю сообщений.
Смайлик с сердечками в глазах. Адрес отеля Высоцкого, будто чтобы сделать мне максимально больно. Не ранить, а убить. Откровенное фото идеального модельного тела, о котором я могу лишь мечтать, в кружевном белье. Без головы, да и в данном случае уже неважно, что сверху. Шах и мат!
Моя выстроенная по крупицам иллюзия семьи рассыпается на осколки. Не собрать, не склеить. Получится уродство. Впрочем, наши с Пашей отношения изначально были Франкенштейном, которого я слепила из того, что было.
Картинка будущего плывет, как в кривом зеркале. Всё, о чём я мечтала, не более чем утопия.
Задыхаюсь, будто мне вонзили нож между ребер.
Опускаю взгляд на фотографию любовницы моего жениха. Жаль, нет лица – я бы её прокляла.
Пустоту в душе заполняет слепая ярость.
Я отомщу!
Глава 14
Арсений
- Загрузка отеля – девяносто один процент, в начале января выйдем на все сто. В связи с этим не помешало бы ещё увеличить штат сотрудников, особенно после массовых увольнений, - надоедливо жужжит над ухом управляющая, а мне хочется отмахнуться от неё, как от зелёной мухи, угодившей в тональный крем.
Каюсь – погорячился немного. От злости на Славу повыгонял почти всех, кроме… неё самой.
- Список кандидатов. Нужно ваше одобрение, - перед носом мелькают бумаги, но я упорно отворачиваюсь от них. - Хотите пообщаться с каждым лично?
- Не сейчас, Агния, - откидываюсь на спинку кресла, спасаясь от удушливого шлейфа её духов. - Ещё какие-то вопросы?
- Эм, да, есть один момент.… - поправляет изящные очки на переносице.
Исподлобья изучаю отчаянно молодящуюся женщину, которая будто опаздывает на последний поезд и бежит за ним на шпильках при полном параде. Чем-то Ирэн напоминает…
Всё-таки я уволю эту управляющую. Позже. Когда закончится безумная праздничная вакханалия, а Слава вернется на работу.
Чёрт! При мысли о ней ломаю карандаш в руке, нервно бросаю его остатки в корзину под столом, пинаю её ногой.
Сегодня у моей глупой помощницы второй день отпуска. Она должна быть у родителей вместе со своим женишком недоделанным. У них там милая семейная идиллия, а у меня здесь – надоедливая тетка позднего бальзаковского возраста.
- Говорите уже, что случилось, - раздраженно срываюсь на ней. – У меня сегодня много дел, - нагло лгу. Не могу я ничем заниматься! Без Славки как без рук.
- Поступила жалоба на обслуживающий персонал от дочери политика, которая в эти дни отмечала у нас свое восемнадцатилетие. Она заявила, что у неё один из подарков украли – телефон последней модели.
- Камеры проверили?
- Да, оказалось, она сама его во внутреннем дворике потеряла, когда селфи делала. Нашли, вернули. Конфликт я улажу, горничные согласились извиниться перед гостьей за доставленные неудобства.
- Пигалица малолетняя, - недовольно выплевываю, вспомнив эту скороспелку. - В задницу её пошли от меня лично, а девчонок не трогай, раз они не виноваты. Ни одна шишка не тронет мою команду без причины. Зато если кто-то реально проштрафится, я лично его закопаю, - многозначительно смотрю на Агнию. - Ясно? – гаркаю неожиданно.
Управляющая вся подбирается, активно кивает – и пятится к выходу. Как только за ней закрывается дверь, я набираю номер Славы.
Длинные гудки. Щелчок. Тишина.
- Чёрт!
В сердцах отбрасываю телефон.
Закидываюсь таблетками. Не помогают.
В запертом кабинете становится душно – и я бреду в коридор. Неторопливо обхожу свои владения. Шагаю вразвалку, спрятав руки в карманы. Без энтузиазма рассматриваю новогоднее убранство, цепляю плечом колокольчики на еловой ветке.
Тоска зелёная.
На повороте едва не врезаюсь в стену, заметив в дальнем конце коридора блондинку в форме горничной. Скорее всего, очередная новенькая, которых в отеле сейчас целая армия, но… Округлая попка кажется мне до боли знакомой.
- Булочка? – прищуриваюсь, но силуэт исчезает. Где-то вдалеке гремит тележка. Затихает.
Значит, мерещится.
- Докатился, - выдыхаю и резко разворачиваюсь, едва не сбив с ног девушку, подкравшуюся сзади. – Да у нас, как я посмотрю, персонала больше, чем гостей, - усмехаюсь, поймав ее за плечи. – Ещё одна горничная? Развелось, как тараканов.
- Арсений Геннадьевич, - шепчет она с эротичным придыханием. Блондинка. На этом ее достоинства заканчиваются. – Извините, пожалуйста. Я всё отработаю, - становится на носочки, тянется ко мне и нашептывает на ухо разные пошлости.
Смело… Уверен, она и половины не умеет, но байки рассказывает с энтузиазмом. Такое ощущение, что управляющая персонал не на бирже труда, а в борделе набирала.
- М, ясно. Уво.… - привычно начинаю, но осекаюсь на полуслове. - А впрочем, идём.