Вероника Лесневская – Диагноз: так себе папа (страница 27)
Семейная жизнь - дело тонкое. И я в ней полный профан.
- Ну, все, тише, - уговариваю Марго, как потерявшуюся маленькую девочку. Обнимаю за плечи, поглаживаю, пока она не утопила в слезах весь этот аварийный дом.
Не слушается, и я заключаю ее лицо в ладони. Покрываю поцелуями мокрые щеки, ловлю соленые губы, бесцеремонно раздвигаю их языком и вторгаюсь внутрь. Марго инстинктивно, не отдавая отчета своим действиям, тянется ко мне навстречу. Приоткрыв ротик будто в изумлении, она неожиданно пылко откликается, как при исполнении супружеского долга. Я давно созрел для того, чтобы взять его полностью и даже с процентами, но приходится тормозить себя.
Заставляю себя оторваться от красивой женщины, но сцепление неисправно. И меня снова притягивает к ней, как магнитом.
- Марго, - шепчу ей в губы, слегка покусывая. От солено-сладкого привкуса меня качает, как от алкоголя. Ненужные барьеры смазываются. - Я все решу, слышишь?
Она тает, как будто я ей личный остров подарил. Поддается мне, плавится, сама целует.
Глава 23
Моя ладонь непроизвольно опускается на ее колено, ползет вверх под полы халата, пальцы проходятся по внутренней стороне бедра, ещё пара жалких сантиметров - и я доберусь до белья, если оно есть на ней... От этой мысли кровь закипает. Фантазия бушует. Давление зашкаливает, а из груди хрипло вырывается: «Маргаритка…».
Она вздрагивает, резко сводит ноги, а глаза, наоборот, распахивает широко. Замирает и, чуть наклонив голову, смотрит на меня, как на умалишенного.
- Все нормально, Влас Эдуардович. Спасибо, - сглотнув, вежливо произносит. Нервно кусает алые, припухшие от поцелуев губы. Осознав, за что именно поблагодарила меня только что, покрывается легким румянцем.
Красный. И шлагбаум.
Я нехотя убираю ладонь, пригревшуюся под ее халатом, напоследок провожу подушечками пальцев по бархатной коже и встаю. Марго тоже подскакивает с места, будто на кактусе сидела все это время, и обхватывает себя руками.
- Я в порядке. Меня отпустило.
- Хм, вот как. Ласковые слова как шоковая терапия, Маргарита Андреевна? - усмехаюсь, дергая себя за ворот рубашки. Чертовски душно! На руках сохранилось тепло женского тела, и, стиснув кулаки, я прячу их в карманы натянутых брюк. - Учту на будущее.
- Влас, вы не подумайте…
- Это последнее, на что я сейчас способен. Не накручивай себя.
Она мягко улыбается, я отвечаю ей зеркально. Нашу короткую передышку нарушает телефонный звонок.
- Мама? - хмурится Марго, всматриваясь в имя контакта на дисплее. По выражению лица заметно, что она не в восторге от предстоящего разговора. Буквально секунду спустя я понимаю, почему такая реакция.
- Боже ж ты мой, признала, - насмешливо скрипит в динамике. - Значит, надежда есть.
- Здравствуй, мам, у тебя все хорошо? - сдержанно приветствует младшая ведьма старшую. Да у них целый ковен. - Непривычно тебя слышать. Ты же нам бойкот объявила.
- Допустим, не вам, а конкретно твоему рыцарю Ордена Членоносцев, - выплевывает пренебрежительно. - Почему не сообщила, что вы развелись? Я бы выпила настойки за его здоровье. Не чокаясь.
С трудом проглатываю рвущийся из горла смешок, тушуюсь под укоризненным взглядом Марго, развожу руками. Ничего не могу поделать - ее мать начинает мне нравится. Но я вдруг вспоминаю, что это древнее зло теперь находится в статусе моей тещи, и улыбка слетает с лица.
- Я звонила, между прочим. Мне сложно было решиться на такой шаг. И ещё тяжелее было после, - срывается в откровения она и, покосившись на меня, осекается. - Я записала тебе голосовое сообщение.
- Ты ещё бы почтового голубя отправила, да и то больше толка было бы. У нас на окраине Репино связь ни к черту. Так бы я и не узнала радостную весть, если бы не твой гонец, - ворчит теща. - Ты ничего не потеряла, мать года?
Мы переглядываемся с Марго. Некоторое время она беззвучно хватает ртом кислород, как пойманная рыбка, а потом выпаливает на одном дыхании:
- Фил у тебя?
- А чему ты удивляешься? Родная кровь нашла свой источник, несмотря на горе-родителей, - победно хмыкает она. - У меня он, у меня. Приехал утром на автобусе. С крысой какой-то, моему Ваське на радость. Пожаловался на тебя, на отца - и выбрал меня как нейтральную сторону, чтобы я на вас повлияла. Нашел Швейцарию в поселке, - смеется она. - Сейчас он на кухне блины со сметаной наяривает. Голодный как волк. Матери за амурными делами небось некогда ребенка накормить.
- Слава богу, - Марго проводит ладонью по лбу, смахивая испарину, обессиленно упирается бедрами в тумбу, опять чуть не плачет, но теперь от облегчения. - Мы сейчас же за ним приедем!
- Мы? Это ты со своим новым Членоносцем? - грубо бросает старшая Мегера. Младшая - смущается, виновато поглядывая на меня.
Я возмущенно закашливаюсь. Мне прилетело ни за что. Не теща, а автомат Калашникова со сбитым прицелом.
- Мам, да нет у меня никого. Фил все неправильно понял.
- Вот это обидно было, - ворчу себе под нос. - Мы вообще-то женаты.
Марго шикает на меня предупреждающе и толкает локтем в бок. Перехватываю ее руку и завожу себе за спину. Потомственная стерва мне досталась, но шикарная. Обняв ее за плечи, прижимаю к себе, целую в висок. Затихает.
Будет артачиться - добью «Маргариткой». Благо, рычаги влияния нащупал.
- Вот и привози этого Никого, я посмотрю на него, только не раньше чем послезавтра, - командует ее мать. - Ты меня знаешь, Рита. Если явитесь сегодня - дверь не открою, будете в собачьей будке ночевать. Проверите народную поговорку, что с милым рай в шалаше.
- Но, мам…
- Не перечь матери! - повышает голос. - Хочу с внуком наедине пообщаться, сто лет не виделись. Заберете его, когда я сказала. Вдвоем. Это не обсуждается!
Марго растерянно косится на меня, строит просящие глазки, и я не в силах ей отказать. Киваю, хотя мне эта идея совсем не по душе. Надеюсь, в Репино хотя бы нет мостов и прокуроров.
- Как скажешь, мам, - выдыхает она в трубку и разрывает связь. Устало прижимается ко мне. - Спасибо, Влас, я по гроб жизни вам обязана. Не знаю, как вас благодарить.
- Ну, есть варианты, - лукаво протягиваю, намеренно провоцируя Марго, и наклоняюсь к ее губам. - У нас весь день свободен… И ночь, - заканчиваю хрипло, понимая, что уже ни хрена не шучу.
Я правда хочу свою жену. Так сильно, что все внутри сводит. Знаю, что получу от нее разве что между ног, но все равно целую.
- Влас-с-с, - шипит она на меня, как королевская кобра, и сносит крышу к чертям.
Оставив истерзанные губы, я наклоняюсь к шее, присасываюсь к пульсирующей жилке под кожей. Приспустив халат с хрупких плеч, я оставляю метки на острых ключицах. Врезаюсь пальцами в осиную талию, нащупываю узел пояса. Это единственное, что отделяет меня от жаркого женского тела. Последний рывок - и Марго обнажена. Но она хватает меня за запястья.
- Влас, вы не о том думаете! - очень возбуждающе нашептывает, если не вникать в смысл. - Я знаю, чем вам помочь, - отклоняется, грациозно прогнувшись в пояснице. - Дайте мне минут десять, чтобы переодеться, и поедем.
- Куда? - заторможено моргаю, судорожно пытаясь сфокусироваться на ее лице, но перед глазами лишь округлые полушария упругой троечки и заманчивая ложбинка между разошедшимися на груди краями халата. Откуда это буйство гормонов в преклонном возрасте? Точно колдунья из ковена.
- За Любочкой, Влас, - чуть ли не по слогам произносит она. Неотрывно смотрит мне в глаза, будто гипнотизирует. - Я же обещала.
- У тебя редкий дар, Марго - обломать и заставить почувствовать себя говнюком.
- Не ставила такой цели, - пожимает плечами и выкручивается из моих объятий, наспех запахивая халат. Пройдясь по мне неспокойным взглядом, вздыхает рвано, с сожалением. Как будто это я ее отшил, а не наоборот. - Вам, может, в душ? А потом поговорим о малышке.
- Тц, да идите вы, Маргарита Андреевна… сами в душ! Собирайтесь давайте, - отмахиваюсь удрученно. - И рассказывайте, что задумали.
Неловко кивнув, она проходит на носочках мимо меня, босиком становится на холодную плитку в ванной. Я провожаю тоскливым взглядом аппетитную фигурку, зачем-то плетусь следом и несу ей из коридора тапки, как верный пес хозяйке. Удивленно улыбнувшись, Марго послушно надевает их и наклоняется к раковине, дрожащей рукой включая воду.
Не ухожу. Я опираюсь о косяк и молча смотрю, как она умывается. Мы не испытываем неловкости, как будто это наше обычное семейное утро.
- У меня было немного времени, чтобы изучить ваше дело. Я даже подготовила обращение к комиссии, в котором защищала вашу кандидатуру, - важно говорит, будто мы не в ванной, а в ее кабинете. - Но так как вы теперь мужчина семейный, то это значительно облегчает нашу задачу. Мы подадим заявку как супружеская пара.
- Вот видишь, Марго, как быстро можно решить проблему, если отключить предубеждение и характер, - рявкаю я, срываю полотенце с крючка и протягиваю ей.
- Спасибо, - звучит снова с удивлением, как будто за ней никто никогда не ухаживал. - Я не хотела замуж, Влас, даже фиктивно. И сейчас не хочу. Считайте, что у меня психологическая травма.
- Так и у меня тоже. Предлагаю травмироваться вместе.
Промокнув лицо полотенцем, она поворачивается к зеркалу, никак не прокомментировав мое предложение. Ловко наносит дневной макияж, а я завороженно наблюдаю, как тонкие пальцы сжимают кисточки и спонжи, как изящные кисти грациозно порхают возле лица, как помада ложится на пухлые губы, скрывая следы поцелуев.