Вероника Ланцет – Морально испорченная (страница 44)

Я вижу вены на руке Бьянки, когда она продолжает давить на горло Аллегры, и понимаю, что если не остановлю ее, то она убьет ее. Я хватаю ее за руку и говорю.

— Прекрати. Ты душишь ее. — На мои слова она резко поворачивается ко мне, в замешательстве качая головой.

— Ты защищаешь ее?

— Нет, но ты убьешь ее. — Я дергаю ее за руку, и Аллегра падает на пол, задыхаясь.

Бьянка вырывает свою руку из моей хватки и приседает рядом с Аллегрой, так что они теперь на одном уровне.

— Если я еще раз увижу, что ты пристаешь к моему мужу, я покончу с тобой. Мы поняли друг друга? — Бьянка тщательно выговаривает каждое слово, и Аллегра смотрит на нее в недоумении.

— Ты сумасшедшая сука. Гребенная сумасшедшая сука... Какого хрена? — говорит Аллегра между прерывистыми вдохами.

— Да. Я сумасшедшая сука. И знаешь что? Сумасшедшие суки не имеют ничего против того, чтобы разделать твоё тело на части, пока ты еще жива. Хочешь трахнуть моего отца? Вперёд. Но только взгляни в сторону моего мужа, и я сделаю так, что даже дикие звери не захотят есть твои останки. Все ясно?

Аллегра решительно кивает головой, слова Бьянки явно подействовали на нее.

— Беги! — Бьянка призывает ее, и Аллегра делает то, что ей говорят, оставляя нас с женой одних в этом проклятом чулане.

Честно, я благодарен, что все закончилось, и уже собираюсь выйти, когда Бьянка останавливает меня.

— Ты прикасался к ней? — спрашивает она, ее глаза приковывают меня к месту.

— Что? Нет конечно, — говорю я непринужденно и направляюсь к двери. Бьянка снова хватает меня за руку и поворачивает так, что я оказываюсь у стены.

— Ты, черт возьми, прикасался к ней? — Что не так с женским родом? Я избавляюсь от хищницы только для того, чтобы на меня накричала ревнивая женщина.

Подождите... Я вдруг остановился на этой мысли.

Ревность? Бьянка ревнует? Потому что это подразумевает наличие чувств, а она на это не способна. Или...

— Нет, — снова отвечаю я, и она начинает свою тираду.

— Хорошо, потому что помоги мне Бог, если ты хоть раз... — Я останавливаю ее на полуслове, пользуясь преимуществом своей силы, и меняю нас местами, так что теперь она прижата к стене. Ложу руку на ее горло и наслаждаюсь ощущением ее мягкой кожи и пульсирующего пульса.

— Если я хоть раз? — спрашиваю я, прикасаясь щекой к ее волосам.

— Если ты хоть раз посмотришь на другую женщину. — Начинает она, но не может продолжить, так как я массирую ее пульс.

— Да?

— Если ты хоть раз... — Она стонет, и тогда я атакую.

— Позволь мне сказать. Если ты когда-нибудь подумаешь, что я опущусь так низко, чтобы нарушить свои брачные обеты, даже если моя жена — гребаная социопатка, то ты сильно ошибаешься. — Я отпускаю ее и выхожу из кладовки, направляясь прямо к бару.

Эта ночь просто не может быть лучше, а мы ещё даже не установили жучки. Когда я направляюсь к бару, то вижу растрепанную Аллегру, разговаривающую с Энцо, язык ее тела говорит о том, что она играет в жертву. Энцо смотрит на нее с явным отвращением. Глядя на эту сцену, я качаю головой и продолжаю свой путь. Заказываю еще один бурбон, на этот раз опрокидываю бокал в себя и наслаждаюсь обжигающей янтарной жидкостью.

Блин... Должен признать.

Бьянка выглядела такой горячей агрессивной и ревнивой. Это почти заставило меня захотеть попробовать еще раз, просто чтобы увидеть, как она возбуждена.

Почти.

Потому что я знаю, что она действительно убьет другую женщину. Почему меня это не беспокоит больше, я не знаю.

Допив напиток, я несколько минут прихожу в себя, прежде чем обратиться к Бьянке, чтобы выполнить задание и убраться отсюда. Поскольку Хименеса нет, нам незачем здесь задерживаться.

Я выхожу из бального зала и оглядываюсь по сторонам, пока не оказываюсь у входа в гостиную. Там за разными столами идет игра в покер, и я наконец замечаю Бьянку прикованную к одному из столов.

Я пробираюсь к ней и понимаю, что она смотрит на что-то со странным, тоскующим выражением лица. Перевожу взгляд на стол и вижу, как один из мужчин выкладывает в линию какой-то белый порошок, а затем скатывает стодолларовую купюру и нюхает ее.

Бьянка слегка приоткрывает рот и начинает идти. Я быстро понимаю, что она жаждет этого, ведь прошло всего несколько дней после ее детоксикации.

Пока ее ноги ведут ее к ее зависимости, мои видут меня к моей.

 

Глава 34

Бьянка

 

После того, как Адриан выбегает из кладовки, я бросаюсь за ним. В какой-то момент я теряю его из виду в толпе людей, поэтому хожу туда-сюда, пытаясь разглядеть его.

Нам все еще нужно выполнить задание!

Каким-то образом я оказываюсь в другом крыле дома, недалеко от кабинета.

Должна ли я...

Но потом я качаю головой. Я должна сделать это с Адрианом. Показать ему, что мы можем быть командой.

Я направляюсь в гостиную, поскольку это единственное место, где я не проверила.

Как только я вхожу внутрь, то сразу чувствую другую атмосферу. По всей комнате расставлено множество столов, как в казино. Люди курят и помещение превратилось в «хотбокс»

. Я вхожу внутрь и осматриваю участников, мои глаза сканируют в поиске Адриана. Когда я его не нахожу, я поворачиваюсь, чтобы уйти, но не раньше, чем вижу вспышку белого цвета.

Я даже не осознаю своих действий. Мои ноги несут меня вперед, пока я не оказываюсь перед столом. Мужчина рассыпает кокаин по поверхности, готовясь вдыхать его. Сжимаю руки от внезапного желания пошевелиться и тоже принять участие.

Не сводя глаз с белого порошка, я ставлю одну ногу перед другой. В момент, когда я собираюсь подойти к человеку, нюхающему наркотик, кто-то тянет меня за руку и разворачивает.

Я оказываюсь лицом к лицу с Адрианом, его глаза пристально наблюдают за мной, и он приближает руку к моему лицу для легкой ласки.

— Закрой глаза и дыши, — говорит он низким голосом, и я подчиняюсь. Затем я сразу же чувствую лёгкое касание его губы на своих, а его язык гладит между моими губами, открывая их для его вторжения. И когда наши рты сливаются воедино, я забываю обо всем. Волшебный порошок всего лишь далекая мысль.

Я не хочу, чтобы это заканчивалось. Я крепко сжимаю руки вокруг бицепсов Адриана, цепляясь за материал его костюма, мое тело умоляет его никогда не отпускать меня.

Но он отпускает.

Я слышу, как вокруг нас хлопают в ладоши, и смотрю, что несколько пожилых мужчин за покерными столами свистят и хлопают в ладоши, глядя на наше публичное выступление.

Адриан извиняется и уводит меня в коридор. Он ничего не говорит, и я чувствую, что вынуждена заполнить тишину.

— Спасибо. За то, что отвлек меня. — Он только хмыкает на мою благодарность, до того как опускает голову, чтобы прошептать мне на ухо.

— Не благодари меня. Мне удалось установить один жучок. — шепчет он, и я почти чувствую разочарование. — Давай пройдем через кухню в кабинет.

Мы быстро придумываем предлог, чтобы оказаться на кухне, и пока Адриан болтает с персоналом, мне удается незаметно установить два жучка, одного на задней стенке холодильника и одного под раковиной. Дав ему знак «сделано» он откланивается, и мы направляемся в западное крыло, где находится кабинет.

— Пока все хорошо. — Говорит он, когда видит, что коридор чист.

Три двери далее, и мы останавливаемся перед кабинетом. Я даю ему сигнал открыть дверь, пока я стою на страже.

Он медленно, чтобы не шуметь, поворачивает ручку, но, к нашему обоюдному удивлению, дверь оказывается запертой.

— Конечно. Надо было догадаться, что он не собирается оставлять кабинет открытым во время домашней вечеринки? — сердито шепчу я.

— И что теперь?

— Отойди и стой на страже. — Мы меняемся местами, и я снимаю пару булавок из слоновой кости с подвязки. В последнюю минуту я решила добавить их, и они пригодились. Булавки очень тонкие, острые и прочные, что делает их идеальным мини-оружием для металлоискателей. При правильном использовании они также могут нанести большой ущерб.

Хотя я никогда раньше и не пробовала, возможно, их можно использовать и для взлома замка.

Первую булавку я использую в качестве натяжного ключа и вставляю его в нижнюю половину замка. Затем я добавляю вторую и начинаю непрерывно покачивать ее, одновременно усиливая давление на первую. Проходит около минуты, прежде чем первая булавка поддается, и раздается щелчок, сообщающий о том, что дверь теперь не заперта.

Я со скрипом открываю дверь и сигналю Адриану следовать за мной. Когда я поворачиваюсь, он смотрит на меня с выражением сродни благоговению.