Вероника Ланцет – Морально испорченная (страница 17)

 

В ожидании звонка Марселя я украдкой бросаю взгляд на Бьянку, которая лежит на кровати в отеле, всё еще потрясенная случившимся. Все ее тело застыло, а глаза мечется по сторонам, почти ожидая нового нападения.

Обработав ее небольшую рану, я изо всех сил старался успокоить ее, но шок, похоже, не проходил. Или она так утверждает. Сегодня так много всего пошло не так сегодня. Столько всего произошло, что я просто не могу уложить это в своей голове.

Она убила троих мужчин.

У меня не было возможности проанализировать тела людей из картеля, но то, что простой гражданский человек убил трех преступников, — это просто за гранью моего понимания. В свое время я видел, как обученные профессионалы с трудом поражают цели за такое время.

Как бы она ни объясняла, что-то не сходится.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, садясь рядом с ней и протягиваю ей стакан воды.

— Да... просто в шоке, я думаю. — Я ложу свою руку на ее, чтобы успокоить ее.

— Ты только что пережила сильную травму. Это естественно. Тебе нужно поспать.

— Я не могу... — шепчет она.

— Подожди минутку, — говорю я и быстро иду к своей машине. Помню, Марсель оставил там снотворное. Оно должно помочь ей отдохнуть.

Вернувшись в комнату, я протягиваю ей таблетки.

— Прими их, они помогут тебе отдохнуть.

Она смотрит на таблетки и почти неохотно принимает их.

— Спасибо, — бормочет она.

Мы ложимся на кровать, я глажу ее спину, и жду, пока таблетки подействуют. Проходит не так много времени, когда ее дыхание налаживается. Я медленно встаю с кровати и снова выхожу из номера.

Иду к машине и начинаю просматривать запись с камеры наблюдения, видя, как трое мужчин выходят из машины и наобум организуют нападение. Я пытаюсь найти в записи какие-то зацепки, когда звонит Марсель.

— Можешь говорить? — это первое, что он говорит.

— Да, а что?

— Я в доме у озера с бригадой уборщиков. Черт, вот это прицел! — присвистывает он в знак уважения. — Я и не знал, что в тебе это есть. — Говорит он, и я хмурюсь от его похвалы.

— Я не убивал их.

— Что ты хочешь сказать? Если ты их не убивал, то...

— Бьянка.

— Ты уверен в этом? — спрашивает Марсель, и у меня возникает чувство, что что бы Марсель там ни увидел, это не очень хорошо.

— Да, уверен.

— Мужик... даже не знаю, как тебе это сказать.

— Уже еду. Я неподалёку.

— Твоя жена?

— Спит в отеле.

— Хорошо. Это... увидишь.

Я заканчиваю разговор и возвращаюсь в дом у озера. Именно в этом и заключается проблема. Я не хочу это видеть. Почему-то я знаю, что то, что я найду в доме у озера, навсегда изменит мои отношения с женой.

Мне не требуется много времени, чтобы добраться туда, и я вижу на подъездной дорожке несколько других машин, вероятно, бригады уборщиков. Марсель приходит поприветствовать меня.

Я быстро рассказываю ему свою версию событий и спрашиваю.

— Насколько все плохо? — Он слегка гримасничает.

— Думаю, мы нашли нашего снайпера. — Говорит он, и я резко поворачиваюсь к нему с вопросом в глазах.

— Марсель... — начинаю я, но он прерывает меня.

— Ничего не говори, пока не увидишь это.

Мы входим в дом, и я вижу все в точности так, как мы и оставили.

— Я сказал им ничего не трогать, пока ты не придешь. — Я киваю.

Мы поднимаемся по лестнице, пока не доходим до первых двух тел. Я приседаю, чтобы осмотреть их повреждения, и потрясён тем, что вижу.

— Это... как?

— Это чистый выстрел. Вообще-то, оба. Знаешь, каковы шансы попасть в цель не один, а два раза?

— Полагаю, не очень.

— Крайне редко. — Он машет рукой молодому человеку, стоящему в стороне.

— Джейкоб, ты делаешь это все время. О чем тебе говорит этот выстрел? — Марсель спрашивает его мнение. В моем животе зарождается чувство ужаса.

— Это профессиональный стрелок. И я имею в виду профи, профессиональный стрелок. — Марсель благодарит его, и я даю им разрешение разобраться с этими двумя трупами.

Джейкоб и еще один парень приходят с чём-то похожим на мешок для трупов. Они расстилают его на полу и, почти небрежно, бросают в него одно из тел. То же самое они делают с другим. То, как они обращаются с телами, кажется мне практически бесчеловечным, но потом я вспоминаю, что это их работа. К этому времени они, вероятно, стали менее чувствительными... к смерти.

— Теперь о третьем парне. Ты уже сказали мне, что она дважды стреляла в него. — привлекает мое внимание Марсель, указывая на второй этаж дома.

Мы добираемся до верха лестницы, и я вижу, что именно это были за выстрелы. Один выстрел в запястье, чтобы обезоружить, а затем еще один выстрел в голову. В руке у него зияет дыра, что говорит о том, насколько чистым был выстрел. Я медленно осматриваю другое огнестрельное ранение и поражаюсь тому, как точно расположена пуля. Прищуриваясь, я смотрю на расстояние между раной и каждым глазом. Это почти математическая точность.

— Опять же, какова вероятность, что кто-то сделал три идеальных выстрела в таких условиях? Никакой, если только... — Он прерывается, и я заканчиваю.

— Если только это не профессионал.

— Это не выглядит хорошо, Тео. Не только это, но и то, что она была на месте стрельбы Мартинеса.

— Что ты пытаешься сказать? Что моя жена — какая-то обученная убийца? — спрашиваю я, звуча немного более оборонительно, чем предполагалось.

— Все, что я говорю, это то, что доказательства накапливаются... и тебе решать, считаешь ли ты случайностью то, что она убила их, или нет.

— Проклятье... — бурчу я.

— А я-то думал... — Марсель супится, поднося руку ко лбу.

— Что?

— Помнишь школьницу? Я хочу еще раз просмотреть запись. — Я подозрительно смотрю на него секунду, прежде чем понимаю, на что он намекает. Я едва киваю, немного ошеломлен возможными догадками. Марсель говорит остальным членам команды закончить работу, и мы направляемся к его машине.

Оставив дом позади, я вижу, как к нему направляются сотрудники в специальном оборудовании с уборочным инвентарем. Эти парни очень стараются. Интересно, где Марсель их нашел.

— У меня с собой ноутбук, — упоминает Марсель, когда мы садимся в его машину. Он открывает компьютер и снова проигрывает отснятый материал. Конечно, сначала мы видим кадры, на которых моя жена входит в отель, а затем выходит из него.

— Она была там два часа, — говорю я, понимая, что она не могла принимать душ так долго.

— А потом... — Марсель воспроизводит кадры за день до перестрелки, где мы видим только уходящую школьницу, но не приходящую. Мы останавливаемся на этом кадре.

— Рост совпадает, — добавляет Марсель. Я прищуриваюсь, но больше ничего не могу разобрать.

— Значит, у нее была другая маскировка.

— Или она не пользовалась главным входом.