Вероника Крымова – Соблазненная тьмой. Гувернантка для демона-2 (страница 29)

— Сэр Динпельберт выбрал меня для сегодняшней операции, видимо не такая уж я и неумеха, верно?

— Вот только не надо сравнивать нас, — прошипела Лили.- Мне пришлось зубами выцарапывать место в Ведомстве. Сюда не берут с улицы, вернее раньше не брали. Ты наверняка слышала про мое прошлое. Думаешь, я была на дне? Вовсе нет, я купалась в деньгах. Золото, драгоценности, все текло рекой. Мой наставник…он…мне говорили, что я необычайно одаренная. О, я это сама прекрасно знала. Со мной мог сравниться только мой брат. Два близнеца-метаморфа. Блестящая пара, хитрые и ловкие. Но одна случайность перечеркнула все. В девятнадцать лет я первый раз попала за решетку. Ты знаешь как весело в тюрьме, ты когда-нибудь сидела в вонючей камере на грязной соломе? В тот момент я пообещала себе, что больше никогда не окажусь там вновь.

— Похвально, что в итоге ты выбрала честный путь, — проговорила я, выдерживая напряженный пристальный взгляд янтарных глаз. — И да, я была в тюрьме, а еще…еще я оказалась одна, без денег и жилья, поздним вечером посреди огромного города. Но даже в тот момент у меня не возникло мысли преступить закон. Никогда.

Лицо Лилиан прояснилось, она приподняла четко очерченные брови, на пухлых губах промелькнула тень улыбки.

— Теперь я понимаю, что разглядел в тебе Адриан. В груди серой мышки бьется огненное сердце. Что ж, пламенное рвение благородно, только вот часто это сулит проигрыш. Холодный ум и трезвый расчет, вот что имеет значение.

— Учту на будущее.

Меня так и подмывало спросить, с чего она взяла, что демон во мне что-то там разглядел, но я предпочла промолчать. Лили тоже замолчала, так мы и сидели, слушая лишь стук колес и шум многолюдных улиц, пока не прибыли к месту назначения.

На главной городской площади располагалось много красивых зданий, но самым роскошным из них по праву считался императорский театр. Величественный, в своем белокаменном великолепии, он возвышался над темной, отполированной до блеска гладью мостовой, будто парил посреди темного озера. За бледно-голубыми мраморными колоннами располагались арки панорамных окон, а с крыши приветствовали гостей белоснежные каменные горгульи. В зависимости от времени суток, солнечный свет окрашивал статуи в разные цвета. Утром, едва рождался новый день, белый менялся на лазурь, а вот вечером, окутанные закатной дымкой горгульи становились темно-синими.

В народе поговаривали, что в ночь зимнего равноденствия, когда на город опускается метель и снегопад скрывает шпили, одна из статуй оживает. Каменные крылья освобождаются их плена и горгулья улетает. Только вот проверить, правда, это или нет, так никому и не удалось. После того, как буря стихает, все изваяния оказываются на своих местах.

Но еще больше театр поражал воображение своих посетителей, едва те оказывались внутри просторного зала. Стены украшала изящная золоченая лептина, пол выложен затейливой керамической мозаикой. Под высоким, расписанными лучшими художниками сводом, парила люстра поистине королевского размера, по длинным хрустальным подвескам которой, струился зачарованный огонь.

— Спектакль уже начался, — один из сотрудников ведомства тенью скользнул за нами, провожая в ложу.

Красная бархатная занавесь распахнулась, демонстрируя четыре пустых стула, пятый был занят Бакстером. Маг смерил нас неодобрительным взглядом, достал из кармана часы и демонстративно откинул пальцем серебряную крышку.

— Семнадцать минут.

— Катись к трольей мамке, Бакст, — выругалась Лилиан, усаживаясь на свое место.

— Простите нас, мы…случайная задержка.

Я не стала обвинять Лили, у меня не было привычки выгораживать себя за счет других. К тому же, положа руку на сердце, при желании я могла не ждать ее, уехать одна, или поторопить или…в общем было множество вариантов, а я выбрала просто стоять и терпеливо ждать. Сама виновата.

— Любая оплошность, мисс Лоури, может привести к большим неприятностям, я доложу обо всем начальству, — не преминул злорадно заметить маг.

— Отстань от девчонки Бакст, — шикнула Лилиан. — А если настрочишь донесение, то я засуну тебе его в…глотку.

Угроза неожиданно подействовала. Мужчина сжал цепочку часов в кулаке и торопливо вернул их обратно в карман, пробурчав себе под нос «дисциплина превыше всего».

— Где объект? — деловито осведомилась Лили, раскрывая монокль.

— Через две ложи, левый балкон, — пробурчал Бакстер.

— Мамочки, какой плюгавый, — с отвращением выдала метаморф.

В соседней ложе разместились несколько человек, три дамы и один джентльмен. Вчера мне показывали их портреты и назвали имена, поэтому я сразу узнала леди Кристину Шелдон, ее юную дочь Амелию, третьей дамой оказалась мисс Вэйли, компаньонка.

Молодой человек приходился Амелии женихом. Жюлиан Морел отличался на редкость неказистой внешностью. Узкие плечи, большая голова, длинный крючковатый нос, маленькие глазки с нависшими веками. Длинные сальные волосы собраны в тугой хвост, демонстрируя залысины на высоком лбу. Правда, данное обстоятельство вовсе не мешало прекрасной юной невесте беззаветно его любить. Излишне трепетно, местами страстно, а иногда пугающе сильно.

Все эти качества Амелия демонстрировала на публике, совершенно не заботясь о приличиях. За тот час, что длился первый акт пьесы, девушка не сводила восторженных глаз с жениха, цеплялась за его руку, пытаясь ее поцеловать, а когда тот грубо выдернул ладонь из нежных пальчиков, расплакалась от огорчения.

Леди Кристина как будто не замечала возмутительное поведение дочери, бесстрастно смотрела на сцену, делая вид, что поглощена представлением. Мисс Вэйли же, судя по всему, обладала менее крепкими нервами, поэтому пару раз прикладывалась к нюхательным солям, а еще затравлено озиралась по сторонам, стараясь кого — то высмотреть.

— Компаньонку недостаточно обработали, — Лили хищно облизнула пухлые губы, поворачиваясь к Бакстеру. — Большой прокол.

— Мисс Вэйли вообще не должно здесь быть, ей велено сказаться больной, но за каким-то лешим леди Шелдон потащила компаньонку дочки в театр.

— Надо было устранить ее.

— Леди Шелдон?

— Дурак! Компаньонку конечно.

Мисс Вэйли действительно заметно нервничала. В очередной раз схватившись за коробочку с солями, она неловко просыпала душистые крупинки себе на юбку.

Жюлиан Морел нахмурился, с подозрением покосился на девушку и, что-то недовольно спросил. Та вздрогнула и отчаянно помотала головой.

Бакстер молниеносно дотронулся до медальона, висевшего на груди. Камень, спрятанный внутри ажурного металла, вспыхнул, в то же мгновение алая бархатная занавесь за спиной мисс Вэйли качнулась и она внезапно чихнула. Потом еще раз. Еще.

Леди Шелдон раскрыла веер пряча перепуганное лицо, а господин Морел брезгливо отодвинулся. Лишь одна леди Амелия оказалась безучастной к происходящему. Она словно преданная собака смотрела только на Жюлиана, внимая каждому его слову и жесту.

Мисс Вэйли продолжая содрогаться от чихания, встала и торопливо извинившись, выбежала прочь.

— Как оригинально! Чахоточная бомба, — съязвила Лилиан. — А чего не расстройство желудка, эффект был бы еще внушительнее.

— Вот только не надо умничать, ладно? Угроза устранена, все идет по плану. Кстати, мисс Лоури, может вам стоит подойти ближе к ним? Это лучше сделать сейчас, до конца первого акта.

— Нет, все в порядке.

Хотя наши ложи и разделяло расстояние, я все равно прекрасно чувствовала флер чужой магии.

Жюлиан Морел появился в нашей стране совсем недавно. Год назад, может чуть больше, но за это время молодой иностранец уже успел покорить добрую дюжину очаровательных дам. Одна любовница сменяла другую в списке побед, и все сгорали в лихорадке любви. Безумное, ураганное чувство, сродни помешательству. Редкая по своей сути магия приворота, дар, данный при рождении. Ценный и благословенный, вот только жаль, попал он к человеку без чести. Жюлиан с легкостью мог завладеть сердцем любой женщины, достаточно только пожелать. Один взгляд, один вздох и жертва падала к его ногам. Одной из пташек, угодивших, в умело расставленные сети, оказалась дочь льера Шелдона, второго советника императора. С ней он собирался идти под венец. Только вот незадача, предполагаемый зять, мягко говоря, не устраивал высокопоставленного отца. Получив предложение руки и сердца, достопочтенный льер отказал новоявленному жениху. Но магия приворота продолжала туманить голову его любимой и единственной дочери. Амелия чахла на глазах, грозила утопиться и ночами блуждала по дому словно призрак, превращаясь в тень от самой себя, некогда жизнерадостной и веселой девушки. Фактически встав перед выбором, согласие на брак или потеря дочери, любящий отец выбрал первое.

Естественно, ведомство по борьбе с магическими преступлениями не сидело без дела. Правда все осложнялось тем, что арестовать или изолировать Жюлиана не было возможности по политическим причинам. Как представитель посольства другой страны, он имел неприкосновенностью. Любой шаг в сторону иностранного дипломата мог расцениваться как оскорбление. Приходилось действовать тонко и филигранно.

— Думается, этот хитрец выбрал девицу дабы подобраться к ее папаше, — заявил Бакстер. — Шпионажем попахивает.

— А ты думал все так просто? — Лили буквально впилась взглядом в леди Амелию, продолжая тщательно изучать ее манеры и мимику. — Только сунься к нему с обвинениями, тут же получим дипломатический скандал.