Вероника Горбачева – Иная судьба. Книга 3 (страница 10)

Фуке помрачнел, перехватив его взгляд. Видимо, представил ту же картину.

– Пойдём. Здесь больше нечего делать. Для менталистов эти твари оказались закрыты, кто-то хорошо поработал над их мозгами. Хозяина пока не выявили… Да, я, как и ты, доверяю чутью Франсуа. В былые времена старик с точностью до минуты предугадывал прилёты Армана, и даже мелочи, вроде того, на какую башню он опустится…

Мужчины одновременно повернули головы в сторону главной башни Гайярда, возвышающейся над четырьмя остальными. Обоим почудилась мелькнувшая в прорези зубцов женская фигурка. Оба поморщились, как от зубной боли.

– …и даже в каком настроении вернётся, – нехотя продолжил Фуке. – Чёрт, я же просил за ней приглядеть; что, никто не мог отвлечь? Спрашивается: что она там высматривает, у всех летающих шпионов на виду?

– Если девушка не понимает намёков, ей стоит сказать напрямик. Обычное дело. Зря ты от неё всё скрываешь, Макс. Её светлость очень ответственна, она поймёт правильно. Я уже имел случай убедиться в её уме.

– Ещё бы. После того, как она разыграла, как по нотам, побег этой шельмы Аннет… И, главное, от кого?

Капитану редко приходилось краснеть, и теперь секретарь его светлости получил возможность налюбоваться вволю. Однако не злоупотребил. Великодушно отвёл глаза и продолжил, пробираясь через подлесок:

– Раз старик Франсуа заявил – «Тварь хотела украсть!» – значит, герцогиню и впрямь хотели украсть. Но это ещё не всё. Я пока не говорил, но троица таких вот красавчиков обуглилась неподалёку тогда же. Они атаковали одновременно с нескольких сторон, понимаешь?

Капитан молча кивнул. Как человеку военному, ему нетрудно было догадаться: владельцем «птичек» была проведена разведка боем. Прощупывалась оборона замка, которая, к счастью, оказалась на высоте.

– Значит, с земли они уже пробовали подобраться, – добавил вслух. Выпутал из зарослей шпагу, упрямо цепляющуюся за колючие ветки. – Теперь мне не кажется странным совпадение во времени наших отъездов… Подкинуть одну-две вещи бывшего больного оспой в бедную Роанскую семью, либо запустить нищего в особых лохмотьях потолкаться в храме – и всё, вот она, эпидемия. Наплести Аквители Восьмой о прелестях исторической родины – и готово дело, подавай нам сюда Бургундию, или хотя бы герцога для переговоров…

Секретарь чертыхнулся. Нехорошо прищурился:

– И герцогиня остаётся практически одна и без охраны. А меня, значит, они всерьёз не воспринимают.

– А ты, Макс, весьма удачно поработал над образом. – Капитан Винсент, продравшись сквозь последние заросли, вышел на свободное пространство и ступил на парковую дорожку. Не удержавшись, поддел друга: – Кто ты есть, в сущности? Сухарь, бумажный червь…

– Но-но!

– Да ты гордиться должен такой личиной! Какой артист в твоём лице погибнет, если ты вздумаешь проявить себя настоящего… Нерон, не иначе.

И от души полюбовался вспыхнувшим на высоких, почти гасконских скулах эльфа багрянцем.

– Винс!

– Макс! Не ерепенься, мне тут и без того недавно пришлось воспитывать одного ежа… Ежонка, если уж точнее. Вернёмся к нашей теме. Расклад получается таков: Жиль с кирасирами – в Бургундии, я с рейтарами – в Роане…

– Так ты вернулся тайно?

– Да, для всех я ещё разбираюсь с оспой. Сюда въехал через западные ворота, предупредил часовых, чтобы о приезде молчали, даже к матушке не заходил, сразу к тебе. Оставил за себя Лурье с наказом на все вопросы отвечать, что нахожусь где-то поблизости, но занят. У него язык подвешен ловко, что-нибудь наплетёт. Надо будет – представит двойника, такой вариант предусмотрен. Значит, здесь для охраны у тебя лишь небольшой гарнизон Гайярда… Хм. Ну, там люди проверенные. Сопровождение герцогини набирается из них же. Выезды за эти два дня были?

– Нет! – рявкнул Макс. Сердито сверкнул глазами. Очень ему не нравилось, когда капитан переходил на такой вот поучающий тон, будто имел дело с собственными подчинёнными, а не со вторым лицом в провинции. Доверенным лицом! – Её светлость Марта занята тем, что исследует, как ребёнок, ещё неизученные уголки замка, а таковых, пожалуй, – он смягчился, – наберётся изрядно, ей надолго хватит. Во всяком случае, до конца недели провозится. Постараюсь удержать её здесь, как смогу.

Капитан словно не заметил эмоциональных перепадов в настроении собеседника. Но менторский тон смягчил.

– Вот-вот. Удержи. А я, в свою очередь, предупрежу Марка Капета из резервного отряда, что при казармах. Нужны будут люди – обращайся к нему. Да, совсем забыл! На крайний случай – есть молодцы его преосвященства… Хорошие молодцы; сдаётся мне, господин архиепископ доплачивает моим вербовщикам, чтобы они заворачивали с новобранцами не ко мне, а прямиком к нему. Значит, с ним и с братом Туком я переговорю, людей они тебе выделят. Заодно и здешний магический барьер подправят, поскольку атака подобных тварей бесследно не проходит… Не теряйте бдительности, Макс. Атаки могут повториться, причём с виду несерьёзные, похожие на мелкие случайности, но они будут подтачивать купол исподтишка, незаметно.

– Между прочим, тут остаются на посту не глупее некоторых, господин капитан, – чопорно ответил Фуке. – Будьте покойны. Я тоже кое-чего стою.

В преувеличенно любезном поклоне Винсент Модильяни обмахнул перьями шляпы гравий на дорожке.

– Шут, – не сдержавшись, фыркнул секретарь. – Тебе бы вместо Пико верховодить да краснобайствовать.

– Упаси Боже, он слишком ревностно относится к своей должности. Заколет, но не уступит. Порой даже мне бывает неясно, кто же на самом деле управляет этой страной… Боюсь, не справлюсь.

Мир был восстановлен. Некоторое время приятели шествовали молча, думая о своём. По мере приближения к замку у каждого, похоже, созрел план дальнейших действий.

– Всё, дальше я в обход, – заявил капитан. – Матушкины окна выглядывают на эту сторону, лучше не рисковать.

– Когда ты намерен ехать?

– Немедля. Не нравится мне эта ситуация, когда кто-то словно нарочно растаскивает наши силы, дробит по кучкам. Лурье завтра же высылает мне вслед десяток ребят, и через день будет отправлять по столько же, чтобы убыль в Роане была не так заметна. Чем больше нас соберётся рядом с Жильбертом, тем лучше.

– Хорошо. Пройдём ко мне через боковой вход, захватишь два письма.

– Настолько срочные, что ради них стоит задержаться?

С преувеличенной серьёзностью Максимилиан Фуке закатил глаза.

– Нет, конечно, если послание от Его Святейшества Папы Аврелия ты сочтёшь несерьёзным. И от дражайшей супруги его светлости. Что ты предпочитаешь получить за промедление в доставке – хорошую порку или разжалование? Я бы на твоём месте не рисковал ни мундиром, ни задом… прости, седалищем.

– Его Святейшество?

Капитан остановился, будто налетел на невидимую стену.

– Да, представь себе. Похоже, нам не избежать высочайшего визита, причём неофициального. И что это они все повадились путешествовать инкогнито? Однако поспешим.

…Он даже не подозревал, Макс Фуке, чуждый ошибок любого рода, что письмо, запечатанное её юной светлостью под его руководством (ибо в жизни своей Марта не держала в руках сургуча) – являлось, на самом деле, не письмом, как таковым, а черновиком. С самого утра Марта усердно переписала его содержание на беловик, даже опоздав при этом к завтраку, а потом целый час топталась у кабинета секретаря, не решаясь зайти и попросить об услуге – запечатать и надписать по всем правилам! Пришлось Ворону отложить дела государственного значения и взяться за ещё одно, не менее важное. Ибо, как он рассудил здраво, весточка от любимой супруги обладает свойством повышать дух государя и настраивать на нужные решения, даже если разум к тому моменту порядком замутнён дебатами с наиупрямейшими тёмными эльфами. Он-то, Максимаэль, хорошо знал своих земляков, этих твердолобых амбициозных упрямцев, далеко не с лучшей стороны…

Итак, послание было запечатано и приготовлено к отправке с ближайшей оказией, а Марта, чрезвычайно довольная, заторопилась исполнять очередной пункт из оставленного мужем «домашнего задания». Она так постаралась, убрала из предыдущего письма всё лишнее, разные там поцелуйчики и нерешительности, недостойные важного облика герцогини… И хоть самой ей казалось, совсем чуточку, что последний вариант получился каким-то суховатым, без «любви» – но ведь это «Отчёт», в нём не место чему-то легкомысленному.

А главное – на обновлённом письме не было ни кляксочки, ни ошибок, ни помарок. Ровно, чисто, гладенько… Почти как у Доротеи.

Только вечером, роясь в бумагах, она с ужасом и стыдом обнаружит, что перепутала листы. Замечательный парадный беловик остался в ящике стола, а черновик – упорхнул с неизвестным Марте отправителем…

Глава 3

Главное сокровище Бургундии, её чудесные виноградники, щедро прогреваемые солнцем, овеваемые ласковыми тёплыми ветрами, отягощённые золотистыми гроздями, появились еще со времён кельтов. Потом они долго переходили из рук в руки: сперва галлам, потом римлянам, потом франкам… Пока, наконец, не вернулись под десницу и защиту Галлии. Да и помимо ценнейших лоз, одаривала эта земля многим. Непревзойдённые тонкие белые вина, жёлтые горчичные поля и изумительное душистое масло, Шаролесская говядина, Бресские пулярки и цесарки, рыба в реках, улитки в лозах… Если Лютецию по праву называли сердцем Франкии, Шампань – душой, то Бургундия заслуженно именовалась желудком, сытым, умиротворённым, знающим толк и в изысках и в простоте, любящим и ублажить себя, и побаловать соседей… Воистину, золотое графство.