Вероника Горбачева – Иная судьба. Книга 1 (СИ) (страница 29)
«Ссскоро будет в порядке. Подожди ещё немного, побудь со мной. Я так давно ни с кем не говорил…»
— А что вы тут делали? — Марта присела на пенёк, завёрнутая в широкую полосу материи, как в кокон, поболтала ногами, упустила туфлю и зашарила по траве в поисках.
«Детёнышшш», — снисходительно пробормотал дракон. Ювелирно точным щелчком хвоста послал туфельку к хозяйке. «Я тут ссспал. Долго ссспал…»
— Сто лет? — очаровано спросила Марта.
«Почему — сссто?»
— Ну… в сказках всегда спят волшебным сном сто лет, не меньше. Вот я и подумала…
«Нет, детёнышшш, меньше. Но и того доссстаточно…» Дракон вдруг замолчал. Опустил голову на передние лапы. Долго думал.
«Ссскажи, который сссейчас год?»
— Одна тысяча шестьсот десятый от Рождества Христова.
Дракон снова примолк.
«Сссемь лет… Много зсссабыл, многого уже не зсссснаю… Кто сейчас правит в королевссстве? Филипп?»
— Нет. Его величество Генрих.
«Ммм… Давно?»
— Ну… года три…
«Сколько у нассс…» Дракон вдруг болезненно поморщился. Совсем, как человек. «Не помню… не помню, как называетссся… ссслишком долго ссспал… память ссстёрлась. Семь лет… И трёх было бы доссстаточно, как только я продержалссся?»
Марта притихла. Про такое ей тоже приходилось читать — в сссказках… Вот незадача, она скоро как и он, начнёт шипеть. Ох, бедняга, неужели всё-всё позабыл?
— И вы не помните, кто вы такой? — спросила участливо. — Где родились, как жили, почему заснули? Может, какой-то злой колдун навеял на вас сонные чары? Хоть они, колдуны, все сейчас в Некрополисе — но семь лет назад, говорят, их много по земле бродило, на свободе-то. Вот вы, наверное, с кем-то и повздорили…
«Нет», — тяжело ответил дракон. «Всссё не так. Не помню точно, но… не так. О, проклятое бессспамятство! Лучше бы мне сссовсем одичать, чем жить таким обрубком…»
Марта представила, каково это: допустим, она забудет… Да, забудет барона, пастора, Анну, дурной сон про герцога. И при этом — самого герцога, дядю Жана, матушку… Нет, невозможно! Хорошо, когда не помнишь плохого, но если забыл хорошее — это ужасно. И впрямь — обрубок…
— Ваша светлость, — окликнула она машинально. До того привыкла обращаться так к герцогу, что сейчас эти слова вырвались у неё непроизвольно. Дракон вздрогнул и, сморгнув, уставился на неё.
«Как ты меня назсссвала? Почему?»
— Ой, простите… Я так всё время обращаюсь к… к одному человеку, привыкла. Я вас не обидела?
«Нет. Удивила. Я же не человек. Впрочем, мне нравитссся… Ты что-то хотела сссказать?»
— Да. Я вот подумала…
«Назсссови меня так ещё разссс… это красссиво…»
— О! Ваша светлость! — Марте вдруг стало смешно, она невольно хихикнула. — А что, если я вас сейчас поцелую?
Дракон фыркнул. Встряхнул громадной башкой, как пёс. Глянул заинтересованно.
«Ты не принцесса, малышшшка, а я не… Впрочем», — он задумался. «Ну да. Я и есть дракон. А ты…» Хитро прищурился. «А ты любишшшь читать сссказки, да? Детёнышшш… Конечно, это не вернёт мне память, но — я тронут. Можешь поцеловать; мне, старику, это будет приятно… А тебе — не противно?»
Вместо ответа Марта, придерживая импровизированный хитон, приподнялась на цыпочки — и бережно поцеловала ящера в нижнюю губу. Ну, куда дотянулась. И замерла. Что дальше?
На удивление мягкое крыло погладило её по голове.
«Ссспасибо, детёнышшш. Я благодарен тебе от всссего сссердца».
Марта разочарованно вздохнула и пошла переодеваться. Не помогло. Жаль.
Дракон, поначалу старательно прижмурившийся, открыл один глаз и с нежностью наблюдал за маленькой фигуркой, путающейся в длинном платье. Ах, ему бы человеческие руки… Впрочем, не надо пугать этого ребёнка, на ней уже есть чей-то запах, хоть и совсем лёгкий…
Запах… Он сильнее втянул в себя воздух. Чей на ней запах? Что-то знакомое…
— Вы подглядывали! — воскликнула Марта. — Ваша светлость, как не стыдно!
«Арман», — медленно сказал он, пропустив мимо ушей её возмущённый вопль. — «Меня зовут Арман. Понимаешшшь? Я вссспомнил, по крайней мере, одно из сссвоих имён».
Сперва Марта не поняла, но потом захлопала в ладоши.
— Правда? Ну вот, я же знала, что поможет! А ещё, ещё что-нибудь?
«А тебя как зсссовут? И кто ты такая? Как здесссь очутиласссь?»
— Я Марта, Марта!
«Просссто Марта?»
— Просто Марта, а что ещё? Главное, что вы всё вспомнили!
«Что ты, детёнышшш… пока только сссобственное имя… Но будем надеятьссся, что это первая ласссточка. Марта, да? Арман — Марта… Ты зсссаметила? Нашшши имена сссостоят почти из одних и тех же зсссвуков, только перессставленых мессстами. Как же это назсссывалось у придворных поэтов?.. Пуссстое. Посссле подумаю. Расскажи о себе, Марта».
— Да что рассказывать… А это вам поможет, ваша светлость?
«Безсссусловно… Говори, что хочешшшь. Я буду ссслушать — а моя память сссама вытащит знакомые понятия и запуссстит механизсссм восстановления, по асссоциации…»
— Вот как вы умно и красиво говорите, — огорчилась Марта. — А у меня так не получается, хоть и надо бы…
«Зсссачем? Впрочем, давай с самого начала…»
Марта, вздохнув, уселась на знакомый пенёк. Словно прилежная ученица в воскресной школе, разгладила на коленях юбку. И… сама не заметила, как выложила дракону Арману всю свою вроде бы бесхитростную историю. Он не перебил ни разу.
«Хммм… Вот как…»
И надолго задумался. Наконец, посмотрел на розовеющее небо и прервал молчание.
«А ведь тебя ссскоро хватятссся, детёнышшш… Иди-ка домой. Маркизссс проводит… Ссспасибо. Теперь я буду думать, долго и много думать».
— Я хоть немного помогла, ваша светлость?
«Ты стронула с мессста лавину. И теперь мне нужно что-то с ней делать».
— Это как?
«Надо говорить: я не поняла, поясссните».
— Э-э…
«Безссс «э-э»
— Я не поняла про лави… что это такое, ваше светлость. Поясните, пожалуйста. Так?
«Умница. Зссснаешь, что такое — большие горы? Там, на вершинах, ссстолетьями лежит ссснег. Лежит, накапливаетссся, его всссё больше и больше… И вдруг — подземный толчок, осссыпь — и на неподвижную, вроде бы уссстойчивую массу падает камушек. И сссбивает равновесссие. Увлекает за сссобой малую горсссть снега, та — несссколько горссстей, те — охапки… И, наконец, рушитссся всё».
— А-а… Страшно. А вы справитесь?
«Теперь — сссправлюсь. Ты вдохнула в меня силы».
— Ну, уж, скажете, — засмущалась Марта. И спохватилась: — Опять что-то не так?
«Дама должна уметь принимать комплименты… похвалы. Особенно зассслуженные. Детёнышшш, тебе и впрямь пора. Просссти, у меня свой интерессс: надо побыть одному, сссобраться с мыссслями… У меня к тебе просссьба; не говори никому, что я проссснулся. Будут донимать разсссговорами, а я пока не готов к общению».
— Понимаю, ваша светлость, — почтительно ответила девушка. И не удержалась: — А мне — можно когда-нибудь к вам придти? Мы бы разговаривали, вы бы меня поправляли, обоим выгода… простите, польза. Можно?
«Запоминай, детёнышшш, как надо отвечать: я всссегда рад тебя видеть. Я принимаю ежедневно посссле полудня… Видишшшь ли… Нужно летать, укреплять крылья, придётссся делать это по ночам, чтобы не пугать людей. И сссебя не обнаруживать. Посссле полётов мне надо обязсссательно поспать, восстановить сссилы, потому — до полудня не тревожь. А разсссговаривать мы будем непременно. Приходи».