Вероника Фокс – Сводные. Нарушая границы (страница 15)

Она была права. Я часто говорил ей, что делать тату – глупо. Что это не переводной рисунок, который смоется, чуть потереть его губкой. Это рисунок, который останется с тобой навсегда, как шрам на душе. Лу ждала моего ответа, а я не мог подобрать правильных слов. Только смотрел в её глаза и чувствовал себя полным придурком.

Я с силой затушил окурок и выбросил его в ближайшую урну.

– Так и есть. Но раз уж ты начала… – мой голос дрогнул, и я развернулся, направившись обратно в тату-салон. Лу последовала за мной, её шаги были неуверенными, как будто она боялась того, что я задумал.

– Ты чего? – спросила она, когда я остановился у стойки.

– Хочу сделать такого же, – фыркнул я в ответ, стараясь звучать небрежно. – Чисто по приколу.

Лу застыла на месте, её глаза расширились от удивления.

– Ты… серьёзно?

– Я хоть раз не был серьёзен в своих намерениях? – ответил я, стараясь скрыть волнение за маской сарказма.

Лу ничего не сказала, лишь её взгляд будто бы кричал, что я – полный придурок. Так оно и было… но мне резко захотелось сделать такую же татуировку, чтобы она не чувствовала себя одинокой в своём бунтарском порыве. На мне уже были татуировки: на груди, предплечье, на талии, около запястья. Поэтому ещё одна татуировка не помешает.

– Ты шутишь, да? – спросила она, шмыгая за мной до кабинета мастера.

– Ни капельки, – ответил я, стараясь сохранить спокойствие.

Она стояла рядом, скрестив руки, пока игла впивалась в мою кожу. И когда я непроизвольно дёрнулся от боли, её пальцы легли мне на плечо – лёгкие, как прикосновение крыла мотылька.

– Я думала, ты не боишься боли, – произнесла она, но в её голосе не было насмешки.

– Не боюсь, – фыркнул я в ответ, ловя её отражение в зеркале. Она улыбнулась уголками губ, едва заметно, но улыбнулась.

Когда мастер закончил свою работу, мы вышли на улицу. Лу щурилась от солнца, которое пробивалось сквозь хмурые тучи, освещая наши новые татуировки.

– Ну что, теперь ты официально прогульщица, – усмехнулся я, доставая сигарету из пачки. Зажав её между пальцами, я чиркнул зажигалкой и глубоко затянулся, ощущая, как никотин наполняет лёгкие.

Лу бросила на меня косой взгляд, её губы скривились в недовольной гримасе.

– Ты так много куришь, прямо как паровоз, – заметила она, но не стала развивать тему. Вместо этого она отвернулась и устремила взгляд вдаль, словно пытаясь найти ответы на свои вопросы в бесконечной городской суете.

Краем глаза я заметил, как она машинально потирает место на руке, где теперь красовалась её новая татуировка. Этот жест показался мне признаком сомнения, будто она уже начала сожалеть о своём поступке.

– Wohin geht’s als nächstes? (Куда дальше?) – внезапно спросила она, обернувшись ко мне. Её голос звучал тихо и неуверенно.

Я пожал плечами, стараясь скрыть своё беспокойство.

– На пары? – предложил я, стараясь звучать непринуждённо. – Oder wir gehen ins Café und essen was Gutes. (Или в кафешку, слопать чего-то вкусного).

Лу молчала, явно не желая принимать решение прямо сейчас. Она просто стояла, глядя на меня с каким-то странным выражением лица, словно пыталась прочесть мои мысли. Возможно, я неправильно истолковал её действия и жесты, и мне хотелось верить, что я ошибаюсь.

– Ich möchte nicht zur Universität gehen… (Не хочу в университет), – произнесла она наконец, её голос был едва слышен.

Моя рука непроизвольно потянулась к её плечу, но я вовремя остановил себя, сжав кулаки и опустив их. Этот жест был лишним; мне не хотелось пугать её своим напором.

– Wollen Sie dann ins Café gehen? (Тогда пойдём в кафе?) – предложил я, затушив окурок и выбросив его в урну.

Мы сели по машинам. Я наблюдал, как Лу аккуратно укладывает свою сумочку на сиденье, как её пальцы задумчиво скользят по кожаной обивке, пока я безэмоционально вставляю ключ в замок зажигания. В каждом её движении чувствовалась некая задумчивость, словно она пыталась осмыслить произошедшее, а я, в свою очередь, не мог отвести от неё глаз.

Мне казалось, что за столь долгое время мы впервые начинаем сближаться. Это ощущение было настолько новым и непривычным, что от него кружилась голова. Сердце билось быстрее, и я чувствовал, как внутри меня что-то меняется.

Рука сама сжала руль, и костяшки пальцев побелели от напряжения. Я не злился – точнее, злился, но не на неё, а на себя. Злился за то, что так долго не мог найти к ней подход, что мы упустили столько времени, играя в ненависть и отчуждение.

Теперь это время казалось безвозвратно потерянным, и я остро ощущал его нехватку.

Лу тронулась первой с места, а я медленно последовал за ней, внимательно наблюдая за её машиной. Мне было интересно, бросает ли она беглые взгляды в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, не рвану ли я с места и не уеду ли в другую сторону. О чём она сейчас думает? Больно ли ей от только что сделанной татуировки, которая, возможно, казалась ей самой большой глупостью в жизни?

Я пытался представить, какие мысли роятся в её голове. Лу всегда была такой решительной и независимой, что казалось, будто она не боится ничего и никого. Но сейчас, после того как она сделала этот шаг, нарушив свои собственные правила, я видел в её глазах тень сомнения.

Возможно, она сожалеет о своём поступке или, наоборот, гордится им. А может быть, она просто пытается понять, что это значит для неё и для нас. Я знал, что Лу не любит показывать слабость, и поэтому её молчание и задумчивость говорили о многом.

Воздух снаружи впился в кожу лезвиями осени, но Лу, казалось, не замечала холода. Я поймал себя на мысли, что смотрю на неё слишком пристально, и ускорил шаг, чтобы догнать.

– Ты хоть представляешь, как будешь объяснять это матери? – спросил я, указывая на её татуировку.

Она повернулась, и ветер подхватил её волосы, запутав их в ресницах.

– Dies kann als vorübergehendes Tattoo bezeichnet werden. Ich habe es einfach mit einem Marker gezeichnet, – ответила она, пожимая плечами. (Скажу, что это временная. Нарисовала маркером).

– Ага, и она поверит, – фыркнул я, распахивая дверь кафе. Тепло и запах свежей выпечки обволакивали, как уютный плед. – Она же в прошлый раз устроила истерику из-за твоего пирсинга в носу.

– Erinnerst du dich? (Ты помнишь?) – удивилась Лу, скидывая куртку.

– Помню, как ты ревела в саду, потому что он застрял в свитере, – ответил я с лёгкой усмешкой.

– Uh, Sie haben mich wie verrückt ausgelacht. (Ага, ты смеялся надо мной, как ненормальный.)

– Ну, может, чуть-чуть, – признал я, стараясь скрыть улыбку.

Мы сели у окна, где свет падал на её лицо, подчёркивая веснушки. Она всегда их ненавидела. А я, наоборот, считал, что они похожи на созвездия – тайные узоры, которые можно разгадывать часами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.