Вероника Ева – Невеста супергероя (страница 35)

Уже в лифте Лив начала зевать, больше не в силах бороться со сном, и Август проводил ее до комнаты. Он больше не осмеливался обнимать ее, опасаясь, что тогда это затянется до утра, а он и сам уже едва стоял на ногах. Поэтому просто стоял напротив, но, все же, не сумел заставить себя отступить чуть дальше, почти касаясь ее. Лив, как загипнотизированная, смотрела на него снизу-вверх, все еще отказываясь верить своему счастью. Это случилось. Он открылся ей, и теперь она больше не позволит ему чувствовать себя монстром. В лепешку расшибется ради этого, но сделает.

— Что ж, — зашептал ей Август, боясь разбудить кого-то. — Выходит, что теперь я должен пригласить тебя на ужин?

— Ты же не ходишь в людные места, — зардевшись, смущенно отозвалась Лив. Это все точно сон. Слишком нереально.

— Ну да, — хмыкнул он. — Как на счет, китайской еды на заказ и ужина на крыше или в самом дальнем уголке какого-нибудь парка? Ночью.

— Годится, — она просто не могла перестать улыбаться, как дура.

На прощание он потрепал ее по голове и спешно удалился, а Лив, порхая словно бабочка, влетела в свою кровать и зарылась с головой в одеяло. Твари в животе больше не жалили ее, а ласкали и согревали неведомым ей ранее теплом и светом.

Ужин. Он пригласил ее на свидание. С ума сойти.

И пусть она очень смутно представляла себе, как могут развиваться их отношения без таких важных аспектов, как прикосновения, поцелуи и… прочее. Но сейчас ей было все равно. Это не главное. Она готова была обойтись без всего этого, лишь бы он был рядом с ней и улыбался.

С этими мыслями она и провалилась, наконец, в глубокий сон.

А помечтай она о предстоящем свидании еще хотя бы пол часа, и услышала бы, как из вытяжки на стене внезапно закапала вода. Она насторожилась бы, ведь это же не нормально, когда из вытяжки течет вода? Тогда она, возможно, успела бы закричать, увидев, как из лужи на полу вырастает женская фигура. Кто-нибудь обязательно услышал бы ее крик и пришел на помощь.

Но история не терпит сослагательного наклонения.

Кап.

Кап.

Кап.

Глава 12.?

— Где… — все, что он смог выдавить из себя, задыхаясь.

Боль в голове сменилась чем-то другим — каким-то болезненным гулом в черепной коробке, словно туда поместили гудящую электростанцию. Все громче и громче она резонировала внутри, просверливая виски.

Август больше не понимал, открыты у него глаза или закрыты. Все, что он видел перед собой — гнев и пламя.

И отчаяние.

Он находился ровно на границе между сознанием и полным безумием, когда стихия начинала брать над ним верх, грозясь спались не только его самого, но и все, что находилось вне. И одному создателю известно, насколько далеко она зайдет, оставит ли от мира хотя бы что-то живое?

Огонь пылал на его коже. Но не грел.

Кожа на костяшках уже давно превратилась в кровавую кашу, которую тут же прижигало пламенем, чтобы через мгновение рана вновь начала кровоточить под плотными перчатками, встретившись с непробиваемой железной поверхностью ненавистного лица. И так снова и снова. Он мог продолжать в том же духе хоть до следующего утра, но ему пришлось остановиться, прекратить бессмысленное избиение. Но лишь на мгновение. Чтобы отдышаться и выдавить из себя второе слово, складывая оба в один простой вопрос:

— Лив… — сквозь плотную стену пламени, он видел лишь очертания лица пленника, который сейчас лежал на полу у него под ногами. Но и этого хватило, чтобы рассмотреть его нахальную ухмылку. — Скотина. Где Оливия?!

— Катись к черту, — железный сплюнул на пол сгусток крови. Если бы Август обратил на это внимание, он бы понял, что громила не такой уж и непробиваемый, каким казался ему. Но сейчас у него было только одно желание — защитить ее.

Он ведь обещал ей. Обещал… А она взяла и пропала, как сквозь землю провалилась. И на камерах ничего. Абсолютно. Никто не заходил и не выходил. На мгновение ему в голову закралась безумная мысль, что и не было никакой Лив. Лишь плод его больного воображения, уставшего от одиночества. К счастью, не он один видел ее. Только это помогало не сойти с ума окончательно.

— Ты отправишься к нему первым, если не назовешь мне адрес, мудила, — рыкнул Август и вновь кинулся на обездвиженное железное тело, беспорядочно осыпая его ударами. — Зачем, — удар в челюсть. — Вам, — хрустнули костяшки пальцев, оставляя вмятину в железном плече. — Лив!

— Пламень, ты его убьешь, — сзади скрипнули дверные петли, но Август не слышал ни этого, ни чужого голоса. Лишь когда его обхватили сзади, замораживая спину и плечи, сбивая пламя, он понял, что они не одни в комнате.

— Какого черта? — Взревел он, пытаясь скинуть с себя Нико. — Он еще ничего не сказал.

— Продолжишь в том же духе, и он уже вообще ничего не скажет, — вдруг заорал на него обычно спокойный друг, оттаскивая его извивающееся тело к дальней от Железного стене. — Мы проверили все внутренние камеры.

— И что там? — Обхватив голову руками, Август опустился на пол, пытаясь успокоиться. Обычно глубокое дыхание помогало, но не в этот раз. Не сейчас, когда у него из-под носа исчезла она… Подняв взгляд, он осмотрел результат своих стараний. Тело громилы перестало быть железным. Теперь на его коже красовались ужасные кровоподтеки и гематомы. Он продолжал лежать на полу, раскинув руки в стороны, и тяжело дышал.

— Там… — Нико подозрительно замолчал, отвернув от него взгляд в сторону пленника. На его лице, как и на лице Августа, красовалась черная тонкая маска. — После того, как ты проводил ее ночью до комнаты, она оттуда не выходила. И посторонних не было. Разве что, они как-то пробрались сразу в ее комнату… Не знаю. А в комнатах камер нет, сам знаешь.

— Эй, урод, что на это скажешь? — Стиснув зубы, прорычал Август в сторону железного. — Что-то твои дружки о тебе не позаботились, забрали только Лив. Не очень-то ты им и нужен.

— Я буду говорить, — вдруг хрипло отозвался амбал, повернув голову и сплевывая на холодный металлический пол сгусток крови. — Только с мелкой.

— Чего? — Презрительно кривился Август, поднимаясь на ноги и подходя ближе. — О ком это ты?

— О той, — Железный повернул голову и уставился на парня своими холодными алыми глазами. И усмехнулся, оголяя окровавленные зубы, — которая на коляске.

— Почему с ней? — Август даже растерялся, подозрительно обернувшись на Нико. Но тот лишь пожал плечами.

— Может, я по ней соскучился? — Хохотнул он и медленно сел, болезненно морщась.

— Сегодня твоим собеседником буду я, — Августа вдруг снова охватила злость. Приблизившись к парню, он схватил его за грудки, опаляя кожу вновь вырвавшимся пламенем.

— Ты не в моем вкусе, уголек, — прохрипел он, а Августа вновь оттащили назад ледяные руки.

— Да остынь ты, придурок, — развернув его к себе лицом, рявкнул Нико. — Сейчас важнее всего найти Лив.

— И ты серьезно собираешься просить Грейс прийти сюда? — Сквозь сжатые зубы прошипел Август, вырываясь из ледяной хватки. В глубине души он был благодарен другу за то, что он не позволял ему взорваться по-настоящему. Чувство потери и сумасшедшей беспомощности пошатнуло его, выработанное месяцами, самообладание.

Он просто не может потерять ее.

Теперь, после всего, что произошло.

Это не может случится с ним снова.

— Ей вовсе не обязательно заходить сюда, — Нико махнул рукой себе за спину, на укрепленное затемненное стекло. — Она сможет поговорить с ним через стекло.

— Забыл, что этот урод сделал с ней? Я… — Август замолчал на середине предложения. Просить Грейс вновь взглянуть в эти злые глаза было настоящим преступлением. Но Лив сейчас могла грозить настоящая смертельная опасность. — Ты прав.

— Что я слышу, — вздернул бровь Нико и шагнул на выход. — Если обидишь ее, я больше не стану останавливать этого психа. — Небрежно бросил он через плечо, указывая на Августа, волосы которого неизбежно пылали. Ни один мускул на лице железного не дрогнул.

Просить Грейс дважды не пришлось. Без каких-либо возражений она резво рванула на своей коляске в сторону самодельных камер, которые, к слову, пока что оправдывали свое название. Стекло предварительно сделали прозрачным, поэтому ей не пришлось заезжать внутрь. Да она и не стала бы. Для нее это было полнейшим безумием.

Железный уже ждал ее. Мрачной угрожающей тенью он замер перед стеклом, сузив свои злые, словно налитые кровью глаза. Но Грейс и бровью не повела, останавливаясь перед ним. И даже тот факт, что она наблюдала за ним снизу-вверх не мешал ей горделиво задрать нос, всем видом показывая ему, что она не боится. Ей не страшно.

Он и не подумал стереть кровь с лица, что придавало его виду еще большей мрачности.

— Если надеялся, что я испугаюсь тебя, то у меня для тебя плохие новости, здоровяк, — отчеканила каждое слово Грейс. Она не улыбалась, вперившись в парня угрюмым взглядом.

— С чего бы мне на это надеяться? — Пробасил здоровяк, пожав плечами. — Ты даже не пискнула, когда я мутузил тебя. А сейчас я вообще заперт.

— Почему ты позвал именно меня? — Напряженно выпалила Грейс. Ей не удалось сдержать этот вопрос при себе, хоть она и пыталась.

— Потому что ты здесь единственная, кто не пытается меня покалечить, — внезапно на его лице появилась совсем не уместная ухмылка.

— Вообще-то, я была бы рада, — фыркнула девушка и скрестила руки на груди, отворачиваясь. — Ты расскажешь мне, где искать Лив?